Джирайя устало растянулся на плаще, мгновенно провалившись в сон. Или, скорее, потеряв сознание. Цунаде оперативно проводила обследование его организма.
— Токсины вывели, — поджав губы, прокомментировала она, — но я повредила нервы. Они плохо восстанавливаются… Придется некоторое время Джи отдохнуть от миссий.
— Главное, что жив, — пожав плечами, отозвался я. — Когда мы сможем уходить?
— Думаю, через пару часов нужно будет его будить. Не знаю, сможет ли он сейчас нормально двигаться. В бою точно не помощник. Но сбежать мы должны суметь. В крайнем случае, пусть призывает своих жаб — скроется в одной из них, а мы унесем его вместе с ней.
Говорила Цунаде зло и раздраженно, но, как мне кажется, это больше от усталости. Несколько часов поддерживать технику Мистической Руки, а до этого почти неделю бежать без сна — на такое не каждый шиноби способен.
— Поспи сама тоже, — порекомендовал я. — Мы с Хиро посторожим.
— Спасибо, Орочи, — благодарно кивнув мне, Цунаде устало упала на спину.
Немного поворочавшись, девушка подложила под голову свой рюкзак. Правда, вместо сна она предпочла бездумно смотреть в низкий свод пещеры, который уже успел покрыться копотью от костра. Сизые шлейфы дыма неспешно расползались вдоль потолка, скользя ко входу — картина и в самом деле в чем-то завораживающая.
— Я бы хотела путешествовать, — внезапно призналась Цунаде.
— Гм?
— Я про свою мечту, — пояснила Сенджу. — Хочу путешествовать. По всему миру. Не сопровождать караваны, не проводить операции, а пройтись по всем казино мира. Испробовать все алкогольные напитки всех стран. Ты когда-нибудь бывал в Стране Демонов?
— Нет.
— И я… А она ведь не так далеко. Если идти через Страну Молний и Страну Снега, то там по проливам и островам можно до нее пешком дойти.
— Вряд ли так легко получится пройти по Стране Молний…
— Вот именно, Орочи! — сердито перебила меня Цунаде. — У нас огромный мир, но в нем слишком много границ. Мы же ничего не знаем о западном континенте. О том, что находится за Страной Демонов. Я мечтаю побывать там. Но это почти нереально…
— Джи пробовал путешествовать. Вернулся быстро, но, наверно, с удовольствием бы составил тебе компанию, когда надумаешь сорваться с места.
Цунаде насмешливо фыркнула, глянув на отшельника. Тот продолжал неподвижно лежать на спине, грудь мерно, с большими перерывами вздымалась. Бледен, но помирать не собирается.
— У нас разные пути, — ехидно ответила Сенджу. — Этого извращенца всегда будет тянуть к онсенам и баням.
— Тоже неплохо… Не думаю, что ты будешь против пройтись по всем баням мира. Как и Джи — хлебнуть какого-нибудь крепкого пойла.
Цунаде проигнорировала мое провокационное заявление, не став опровергать его или подтверждать, вместо этого спросив:
— А какая у тебя мечта, Орочи?
Моя мечта?.. Над этим вопросом я думал, когда его еще задавал Джирайя. Но ответа так до сих пор не нашел, несмотря на то, что прошло много времени. Хотя мне было немного не до того, чтоб размышлять над своей мечтой — нужно было жизнь спасать.
Однако сложный вопрос, на самом деле. После того, как я добился реинкарнации, какая у меня мечта? Изучить все вокруг? Нет, познание нового — это отдых для души, это то, чего я в любом случае всегда могу достичь. Да и вообще, можно ли считать даже реинкарнацию в новом мире и теле мечтой? Это была моя цель, к которой я шел. И был уверен в результатах. Сентиментальное желание добиться чего-то невыполнимого меня никогда не посещало.
Остановить войны? Не слишком-то реальное желание, но и его можно осуществить хотя бы по шаблону Кагуи. Если вспоминать о ней, то, может, не дать возродиться Богине-Кролику? Ну, это совсем не тянет на мечту. Я даже не уверен, что хочу этого. Тогда, может, заниматься своими делами? Да и так этим сейчас занимаюсь. Есть, конечно, помехи в жизни, но это даже забавно. Спасти Деревню Водоворота и клан Узумаки? Ну, это тоже только цель, которой я так или иначе достигну. Даже не цель, а задача, которую нужно выполнить, и не более.
— Наверно, у меня нет мечты, — хмыкнув, признался я, сам удивляясь этому факту. — Единственное… что может быть мечтой — это желание, чтоб сбылись ваши мечты.
Цунаде на это никак не отреагировала, она спала.
Глава 38. Кушина
Было приятно вернуться в Коноху. Несколько лет скитаться по миру, поддерживать связь с нужными людьми только с помощью клонов, посыльных змей и контакта через Отохиме — это оказалось довольно сложно. Вообще, не понимаю, как в подобной ситуации живет Мицуко.
Зато дорвавшись до нормального общества, сразу столько новостей получил. Узнал вот, что Джирайя временно перевелся в наставники. Из-за ранений сейчас он на миссии не отправляется, но без дела тоже не сидит. Еще, оказывается, мои генины, а теперь уже чунины, успели на фронте побывать. Не воевали, логистику обеспечивали, но на войну посмотрели тоже. Посмотрим, что у них там и как пойдет. Вроде, прибить не должны. Ну, по крайней мере, Кизаши и Микото. А если уж и не переживут, то это даже интереснее. У самого-то у меня рука не поднялась, а так - как бы и ни при чем, наоборот, помогал выжить в этом суровом мире.
Так, иронично улыбаясь своим идиотским фантазиям, я шел по утрамбованной улице деревни. Мысли скакали с идеи прибить всех, кто может сыграть в будущем хоть какую-то роль, на размышления об изменениях в Отохиме.
Настроение было странным. С одной стороны, хорошо вернуться в относительно мирную деревню, с другой… Война-то не прекратилась. И скоро придется к ней вернуться. Это навевало уныние. Во время Первой мировой я был еще в восторге от переселения в новое тело. Все вокруг воспринималось нереальным. Чужие смерти не трогали душу. Сейчас же все немного поменялось. Умирали мои знакомые. Те, кого я знал уже два десятка лет. Это оказалось немного сложно.
Ладно б эти придурки просто дохли, так они же страдают при этом! Я, чтоб его, ирьенин, и многие умирают на моих руках. И мне приходится тянуть их, продлевать мучения, чтоб спасти. Или не спасти. Иногда чувствую себя безжалостным садистом. Заставляю людей мучиться неизвестностью, дарю надежду, многие выжившие остаются калеками. Было бы проще дать им последнюю милость. Однако это считается неправильным, не по Воле Огня. Странно это. Все равно ведь в Чистый Мир попадут, и это всем известно. Чего тут бояться-то?
От этих пространных размышлений меня отвлекли приглушенные крики из подворотни. Мимоходом глянув туда и увидев несколько колошматящих друг друга с утра пораньше детишек лет десяти, я уж собирался пройти мимо. Уже поднял ногу, чтоб сделать шаг, когда глаз зацепился за яркое пятно. Невольно остановившись, я присмотрелся. И решительно направился к драчунам. Чтоб их разнять, не понадобилось много времени.
— Так вот какая ты, Кушина Узумаки, — ухмыльнулся я, рассматривая девчушку девяти-десяти лет.
Примечательная внешность, однако. Алые волосы, сердитые глаза стального цвета, круглое личико и очень недовольная гримаса. Недовольна она, наверно, тем, что я держу ее за шкирку и отвлекаю от увлекательного процесса — избиения своих однолеток.
— Да, это я! — зло воскликнула мелочь, но все же не решаясь размахивать кулаками при взрослых. — А ты кто такой, даттебане?!
Проигнорировав вопрос, я холодно глянул на начавших подниматься парней. Под моим взглядом они замерли, парализованные даже без использования гендзюцу. Самые обычные ребята, и чего им так неймется?
— Обзываются? — спрашиваю я у девчонки.
— Да, — угрюмо и настороженно отвечает она, косясь на меня недоверчиво.
— Гм… — снова внимательно осматривая Кушину, протянул я.
Должен признать, что сейчас, с ее детской пухлостью, она и в самом деле похожа на помидорку. Забавная такая пацанка. Но какой она станет, когда вырастет? Ну-ка, а если волосы ей вот так уложить. И немного растрепать. А теперь глаза пошире… О!!!
— Вы, шпана! Слушайте сюда. С этого дня никаких помидоров и перцев, ясно? — строго сказал так и не сдвинувшимся с места парням я. — Алый Лотос и никак иначе! И если я только узнаю, — придавить эту шантрапу своей волей, но аккуратно, чтоб не обоссались, — то всем будет плохо. Передайте другим. А теперь, Гурен, пойдем погуляем.