— Сейчас составьте список всего, что посчитаете нужным, — говорю прислуге. — Сегодня мне нужно уехать в свое поместье, но когда я вернусь, выберите кого-то одного, кто передаст мне список. Обсудим и решим, как нам лучше поступить.

И если поначалу я хотела попросить приготовить вкусный ужин, то сейчас прекрасно понимаю: вкусно не будет. А это совершенно не та еда, которой мне хотелось бы накормить сегодня Бернарда. Мне нужно перетянуть его на свою сторону. «Путь к сердцу мужчины лежит через его желудок», — гласит древняя житейская, наверняка женская, мудрость. Кто я такая, чтобы спорить с предками? И поэтому, чтобы не провалить весь свой нехитрый план, наш ужин придется перенести.

На этом я распускаю собрание. Марфа с Кассандрой сбегают первыми, наверняка торопятся перемыть мне косточки. Остальные расходятся достаточно спокойно, что-то обсуждая между собой. Ко мне же подходит София.

— Они вас полюбят, — тихонько говорит она.

— Почему Бернард допустил такое безобразие в замке? Почему не следил за едой? — не могу скрыть своего удивления.

— Он, как правило, питается в таверне недалеко отсюда. Там прекрасная хозяйка и она готовит весьма необычные и, самое главное, вкусные блюда. Ему не с кем было здесь делить трапезу, — как-то даже грустно отвечает она.

— А прием? На прием же кто-то готовил? — удивляюсь я.

— Королевские повара. Мы лишь разогревали и подавали.

— Бернард в тесных отношениях с королем?

— Весьма. Хозяин — один из его приближенных советников.

Я мысленно присвистываю. Ну ничего себе муженек у меня. Точнее, у Авроры.

— Но так было не всегда. Он стал им, когда получил ваш титул. До этого господин Арден был всего лишь владельцем завода по производству закаленного металла для военной промышленности.

Так, так, так. Кажется, мне только что раскрыли один секрет. Но какой важный!

— София, у господина Бернарда и Авроры был брак по расчету?

— Все так и подумали сперва, — кивает София. — Но лично мне показалось, что господин Арден действительно что-то начал испытывать к Авроре. Она, то есть вы, очень красивая девушка, — заканчивает она.

— На одной красоте далеко не уедешь. Так что изменилось? Хотя, знаешь что, не отвечай. Нам нужно собираться к моему брату. Пойдем, поможешь мне подготовиться, заодно и поговорим немного без посторонних ушей.

Мы вместе поднимаемся на второй этаж и идем к моей комнате. Я не могу не радоваться, глядя на сияющую чистоту коридора. Рамы портретов, светильники, даже палас: пыли и грязи нет нигде. Мне кажется, даже дышится в доме теперь совсем иначе.

Думать о том, что я сделала что-то сверх выходящее за рамки нормы, не хочу. Я простая женщина, которая любит чистоту и порядок. В своем мире по выходным дням у меня была генеральная уборка. Конечно, не до полной стерильности, но я все же пылесосила, мыла полы, убирала кухню, очищала сантехнику. Помню, как после трудов с огромным удовольствием наливала себе белоснежную кружку кофе со сливками и в тишине потихоньку пила его.

«Кофе-е-е-е-е!», — вдруг стонет мое измученное вынужденной диетой сознание. Мне кажется, я даже чувствую неповторимый терпкий привкус первого глотка.

— София, я смогу вернуться назад? — вырывается у меня вопрос, стоит нам с ней оказаться в спокойствии моей комнаты. Я прохожу к скрытому в стене гардеробу, спасибо опять-таки Софии, которая мне его показала. Нервно ожидая ответа, ищу широкие темно-синие брюки. Слава богу в этом мире женщинам дозволено носить что-то вроде шароваров или штанов карго. Хватаю белую приталенную рубашку и жилетку в тон брюкам.

— Нет, — вдруг доносится до меня тихий ответ.

София, нахмурившись стоит посередине комнаты, и испытующе смотрит на меня. — И я не стану извиняться за то, что очень рада этому факту, — вдруг огорошивает она.

— В этом мире есть ведьмы? — почему-то в голове сразу всплывает созданный стереотип. Если нужно перемещаться куда-то, то ведьмы — лучшие проводники.

— Есть. Но к их поселению вас не допустит их магия. И они терпеть не могут драконов.

— Почему? — удивляюсь я.

София подходит к другой стене, нажимает на кирпичик и отходит в сторону, позволяя мне пройти в ванную комнату. Ну хоть что-то у нас схоже. Здесь стоит вполне себе обычный туалет, просторная душевая кабина. И даже есть огромная ванна у противоположной от входа стены.

— Древнее противостояние. Драконам, как и оборотням, неведома магия. Они умеют лишь то, что может род, клан. Не более. Ведьмам же подвластны стихии и более тонкие материи.

— Такие, как смерть, — заканчиваю за нее.

— Аврора. Выбросите эту мысль из головы. — вдруг становится совершенно серьезной девушка. — Поверьте, вы не захотите платить цену, которую у вас запросят ведьмы в обмен на услугу.

По коже против воли бегут мурашки. Что-то угрожающее и страшное разливается в воздухе.

— Но это же не мой мир, — шепчу в ответ. Не в моих правилах грустить и сдаваться. Но как-то совсем уж печально никогда больше не увидеть родных мест. Да. Меня ничего не держит там. Папы уже давно нет со мной рядом. Мама бросила нас, когда я была совсем малышкой. Поэтому я никого не оставляю там. Но все же… Сердце тоскливо сжимается.

— Этот мир тоже может стать вашим, — ободряюще улыбается София. — Просто дайте ему шанс, — она мягко пожимает мою руку, стараясь поддержать и передать капельку своей уверенности.

— Я замужем, — вдруг хмуро отвечаю ей.

— Не за самым плохим мужчиной, — подмигивает она.

— Я девственница! Опять! — восклицаю я.

— Поправимое недоразумение, — прикрывает она ладошкой губы и смеется.

— София! — громко вскрикиваю и хохочу вместе с ней. — Тебя не шокируют мои признания, — вдруг замечаю я.

— Нет, — она мягко качает головой.

— У тебя есть дар? — неуверенно спрашиваю я.

— Да. С детства я вижу многое, что не подвластно простому дракону или драконице. Вас я увидела задолго до того, как вы появились в теле Авроры.

Вот это заявление! Голова кругом!

— Так! — машу на нее руками. — Слишком много информации. Как нам добраться до моего поместья?

— Вы принимайте душ, а я распоряжусь подать лестинстера, — отвечает София и мигом исчезает из ванной.

Я даже не думаю расспрашивать, кто такие эти лестинстеры. А зря. Очень и очень зря. Запомните, оказавшись в чужом мире и имея чью-то поддержку: спрашивайте! Каждый шаг спрашивайте!

Спустя полчаса я стою на улице в ожидании кареты, чтобы поехать к брату. Да! Я на сто процентов уверена, что меня ПОВЕЗУТ лошади! Но не-е-е-ет! Где я, а где все обычное и общепризнанное?!

На меня с высоты своего огромного роста смотрит ПТЕРОДАКТИЛЬ!

Да! Именно он! Ну или что-то очень на него похожее. Потому что вид у него не совсем как у того, кого мы привыкли видеть на картинках да в музеях. Горящие огнем глаза. Внушительные рога, которые венчают вытянутый череп, шесть пар лап, заканчивающихся острыми когтями. Птичка у меня не то что доверия не вызывает, а в принципе желания оказаться к ней ближе десяти километров.

— Вы зря его боитесь, Аврора, — как ни в чем не бывало произносит София. Она легкой походкой приближается к этому монстру, который уже опустил к девушке голову. В моей фантазии мелькают кровавые кадры ее смерти. Но нет. Зверюга с удовольствием прикрывает глаза и едва не мурчит. А София гладит его по огромной морде, что-то нежно воркуя при этом. — Лестинстер — самый безопасный и надежный вид транспорта, — начинает она свой рассказ.

— Да ладно! — чуть не икаю я от скептицизма, звучащего в моем голосе. — Давай я тебе на слово поверю, а до брата дойду пешком! — с надеждой предлагаю я.

— Через густой лес, населенный мавриями? — изгибает она бровь.

— А? — не понимаю я.

— Как-нибудь потом расскажу об этих существах, — задорно подмигивает София. — Но, поверьте, встречи с ними вы точно не захотите.

В общем, выдвинулись мы только через час уговоров, угроз, увещеваний и даже обиженного сопения огромного зверя. Ну надо же, они чувствуют, когда им не доверяют или боятся. И это их ранит! А душевные переживания даже могут сказаться на здоровье. Совесть потихоньку начинает скулить внутри, отзываясь жалостью к огромному монстру, и я уступаю.