― Подожди… отец Морлена был генералом?

― Был… до тех пор, пока не доложили королю, чем он занимался за его спиной, ― пожимает плечами служанка. ― Да только я в это не верю.

― Думаешь, его подставили?

― Похоже на то.

― И это был генерал Ашер, ― вырывается у меня прежде, чем успеваю подумать.

― Ваш отец? ― Лидия смотрит на меня, широко раскрыв глаза. ― Вы так говорите о нем, будто он вам чужой…

Так и есть. Он мне вообще никто.

― После того, как он меня дважды предал, сложно назвать его отцом, ― нахожусь я. ― К тому же больше не на кого подумать. Или у прежнего генерала были враги?

― Не знаю. Я говорю то, что слышала, работая в вашем доме. Как и то, что генерал Морлен вскоре после разоблачения слег. Сердце не выдержало, очень скоро он умер. А потом брат вашего мужа попал в нехороший переплет… неужели вы и это забыли?

Лидия выглядит слегка раздраженной. Она такой стала, как только заговорила о брате Морлена. Как будто это касается ее лично.

― Теперь понятно, почему он на кладбище целые дни проводил, ― вздыхаю, вспоминая сюжет и первую встречу Морлена и Фэй. ― Там его отец, но… брат вроде бы жив?

― Он сошел с ума. ― Лидия отводит глаза.

― А где он сейчас? В доме его нет, насколько я понимаю…

― Понятия не имею и знать не хочу, ― сердито проговаривает она и отворачивается.

― Ты знала его раньше? ― догадываюсь я.

Лидия отвечает не сразу.

― Училась с ним в одной магической Академии, ― нехотя проговаривает она. ― Тогда еще был жив мой отец и мог оплатить учебу… да только мы были на разных курсах и факультетах.

― Вот как, ― протягиваю задумчиво. Как-то неловко ворошить прошлое служанки, которой явно тяжело об этом вспоминать.

― Он на боевке учился, чтобы вступить в драконью армию, а я ― на прикладном магическом искусстве. Да и вообще, он старше меня на два года, мы не должны были пересекаться… не хочу о нем говорить.

Она складывает руки на груди и отворачивается.

― Хорошо, я не буду расспрашивать, ― произношу успокаивающе, не решаясь положить руку ей на плечо: Лидия сейчас похожа на ощетинившегося ежика. ― Только… почему он сошел с ума?

― Дэвиан так и рвался на службу, хотел что-то брату и отцу доказать, ― тихо, едва слышно говорит она, не оборачиваясь. А я мысленно соединяю ниточки. Дэвиан ― брат Алларда Морлена, и в его беде виноват генерал Ашер. Перед глазами всплывает юное лицо молодого человека на портрете с удивительно ясными голубыми глазами. И чем же он Ашеру не угодил?

― Брат отговаривал его, но тот не слушал, ― продолжает Лидия, видимо, решив рассказать все до конца. ― Как раз начались проблемы с их отцом, и ваш муж не хотел вмешивать туда младшего брата. Хотел повременить, чтобы все устаканилось. Но куда там! Дэвиан всегда делал то, что хотел, не считаясь ни с кем. В самом начале его службы он о чем-то повздорил с Ашером, в кабинете генерала начался пожар… после Дэвиана никто не видел.

Она судорожно вздыхает, обхватив себя руками.

Вот и тайна, связанная с моим папенькой, который слишком хотел скрыть какую-то правду. Да так, что не пожалел дочь, чтобы отдать ее Морлену взамен на молчание.

Да только уверена, Морлен молчать не станет. Значит, у него еще не все козыри на руках, раз он до сих пор не уничтожил его и не избавился… от меня.

Выходит, что мне нужно помешать ему раскрыть тайну, связанную с его братом, чтобы продлить себе жизнь.

Не знаю, справлюсь ли. Может, лучше сидеть тихо и не лезть в чужие дела, чтобы не усугубить ситуацию?

― А я на днях к вам домой ходила, ― сменяет Лидия тему. ― Забирала кое-какие вещи… и знаете, мне показалось, с вашим уходом все как-то помрачнело там.

― Да брось, ― отмахиваюсь, все еще думая о Дэвиане и о том, что с ним могло случиться. ― Они и думать обо мне забыли…

― Может и так, ― задумчиво протягивает та. ― Да только ваши родители теперь все время ругаются, чего не было раньше. А ваша сестра… она вообще заперлась в своей комнате и не захотела меня видеть, когда я зашла поздороваться…

― Так она, может быть, сердится, что ты променяла ее на меня, ― невольно усмехаюсь, представляя, как Коралин могла рвать и метать, когда узнала, что ее верная горничная выбрала невзрачную серую мышку Фэй, чтобы теперь ей прислуживать. Ведь сестрица, судя по всему, меня не слишком-то жаловала.

― Ей все равно, ведь в доме полно других служанок, ― говорит та без капли обиды в голосе. ― Просто она давно уже скрытной стала, запрещала мне комнату убирать, мол, сама справится. Все какие-то старинные книги читала, похожие на магические манускрипты… даже не знаю, зачем они ей, ведь она не училась в Академии…

Благодарно смотрю на служанку. Лидия, сама того не ведая, дала мне очень много пищи для размышлений. Коралин и впрямь ведет себя подозрительно. А именно ― до сих пор никак себя не проявила. Разве это нормально? Ведь книга-то о ней, но ее нет в нынешнем сюжете от слова вообще.

― А… вы не могли бы похлопотать за то, чтобы меня здесь прописали? ― слышу и удивленно смотрю на Лидию.

― Зачем? ― что-то не понимаю юмора. Она что, хочет обосноваться в замке надолго?

― Мне нужно.

― Хочешь прописаться и жить в этом мрачном месте? ― обвожу рукой коридор. Хотя он теперь и чистый, но серый камень и картины с темными скучными оттенками веселья не прибавляют. ― Да ладно! Ты такая счастливица, в отличие от меня ― можешь жить, где хочешь. Я бы на твоем месте уже бежала отсюда, сверкая пятками…

― Некуда бежать, ― говорит она, отведя глаза. ― Мама давно умерла, а отец… он долго болел, мне пришлось взять в долг много денег на его лечение. Но он не выжил, и меня вынудили продать дом, чтобы заплатить долги…

― Но ты ведь и так живешь здесь, ― мягко говорю я.

Зачем ей именно бумага, на которой будет написано, что она живет в таком-то и таком-то замке? Разве это играет какую-то роль?

Кажется, в моем мире играло. Память слабо подкидывает воспоминания, что без прописки вроде как нельзя было устроиться на работу…

Но Лидии-то она зачем, если уже работает, и ее никто не гонит?

― Да, нужен документ, ― отрывисто произносит она. ― Ашеры обещали мне, но после вашей свадьбы и… всех странностей… ― Лидия начинает прерывисто дышать и отворачивается. ― Они обманули меня. А мне нужна эта бумага сегодня… сейчас!

― К чему такая спешка? ― подхожу ближе.

― Я сюда пришла не ради вас. ― Лидия отходит, не желая смотреть мне в глаза. ― Я должна где-то жить на постоянной основе, тогда… тогда у меня все получится. Не хочу, чтобы из-за каких-то обстоятельств… из-за чьей-то лжи страдали невинные!

― Да в чем дело, можешь сказать? ― разворачиваю ее к себе. В красивых темно-синих глазах служанки застыли злые слезы.

― А если я скажу… вы мне поможете? ― В ее взгляде мелькает надежда.

Я жду, пока все разойдутся по своим комнатам, и замок окутает тишина. Нэлла уходит последней, убирает на кухне, потом гасит свечи и идет в комнату на втором этаже ― в крыле, отведенном для слуг.

Крадусь на кухню, стараясь поменьше шуршать платьем. Хочу еще раз навестить дракона и покормить его. При этом из головы не выходит просьба Лидии, которая затеяла этот переезд из симпатичного домика в мрачный замок только с одной целью.

Спасти то, что дороже всего.

После смерти ее отца остались младшие брат и сестренка. А так как дом у них отобрали, детей отправили в приют. Как ни пыталась Лидия забрать их, ответ один: нужен документ о постоянном месте жительства.

В чем-то эти бюрократы правы, детям нужна стабильность, пропитание и должный уход. А девушка, которая мыкается по богатым домам, подрабатывая на жизнь, не похожа на надежного человека, способного тянуть еще двух маленьких детей.

Из ее слов я поняла, что она не собирается здесь оставаться. Главное получить документ, а там уж она разберется.