Наши ноги хрустели льдом из поверженных конструктов. Пропитанный едкой чакрой Джинчуурики, он превращался в странную чёрную пыль, всполохи которой периодически выстреливали в воздух, не принося нам обоим вреда.

Настоящий Кубикирибочо с огромной силой встретил посох Ягуры, но сдвинул того всего на пару метров. Когда я уловил взгляд Мизукаге, то заметил, что его зрачки начали светиться неестественно хищным, жёлтым цветом.

Мой стихийный клон выпрыгнул из лежавшего на земле ледяного меча, метнувшись к Ягуре, но тот вовремя дёрнулся, провожая взглядом вытянутую руку клона. Прежде, чем он смог бы среагировать, удар ногой в живот раскрошил его на осколки.

Я сузил глаза. То, как Ягура уклонился… Больше походило на реакцию зверя.

Он начинал превращаться.

— Фуиндзюцу? Хочешь меня живым взять? — удивлённо спросил Ягура. В его голосе слышалось рычание. — Знай своё место, мальчишка!

Он рванулся ко мне на бешенной скорости, быстрее всех, кого я когда-либо видел вживую. В форме Восьмирукого Гиганта я оказался заметно медленней, чем обычно, но всё же успел заблокировать выпад вовремя.

Грохот удара сотряс воздух на километры вокруг. Земля под нами взорвалась комьями замороженной почвы, разлетевшись грязью по округе. Четырёх моих рук, мёртвой хваткой удерживавших улучшенный Обезглавливатель, едва хватило, чтобы сравняться с бешенной силой Джинчуурики, ещё не собравшего свой первый хвост.

Каждая из моих оставшихся свободными рук начала складывать печати. Градины, продолжавшие сыпаться с неба, резко трансформировались в стаи острых ледяных птичек, тут же заполнивших обзор на небо.

Ягура успел лишь расширить глаза, когда в него сплошным потоком начали врезаться мои конструкты.

Внезапно меня окатило чуждой волей, словно кто-то древний пыхнул Жаждой Убийства. Я почувствовал на себе изучающий взгляд.

Исобу?

С яростным рыком Ягура высвободил разрушающую волну чакры, разбившую все мои конструкты поблизости. Оставшихся на ногах АНБУ отбросило ударной волной, покатив по земле. Я сомневался в их способности принять участие в нашем бою. Как и в их шансах выжить.

Не теряя времени, я ударил Кубикирибочо, но на этот раз никакого лязга металла я не услышал.

Тесак оказался обёрнут чакро-хвостом Джинчуурики. Ягура лишь молча смотрел на меня с растущей ненавистью в глубине ярко жёлтых глаз. Я попробовал выдернуть клинок — безуспешно. Провёл чакру Ветра по лезвию — полупрозрачный хвост пошёл пузырями, но сохранил форму и хватку.

Что же. Значит, пора пробовать новые трюки.

Один импульс чакры и Кубикирибочо мгновенно меняет форму на что-то, напоминающее рапиру-переростка. Тут же я воспользовался шансом, и освободил меч из хватки, мгновенно проткнув острием видимый невооружённым глазом покров чакры, прошив тот насквозь. Меч успел войти в его плоть на несколько сантиметров.

В ту же секунду меня смело в сторону. Удар, переворот, удар, удар, моей ледяной тушей пропахало пару сотен метров леса, сметая деревья на пути. Тряхнув головой, я попытался оценить полученный мной урон. Конструкт сохранил свою целостность, подпитываясь бронёй чакры, но долго махаться в ближнем бою с Джинчуурики я не смогу.

Однако, свой ход я уже сделал. Ягура ещё не знал, но у него появилось ограничение по времени.

…Как и у меня, подумалось мне, когда мужчина появился передо мной будто чёрт из табакерки и схватил «лицо» моего Гиганта, с размаху впечатав затылком в землю. Сила и резкость движения знатно тряхнули и меня самого, но нынешняя версия брони учитывала подобные перегрузки и полностью защищала от них носителя.

Его скорость и реакции слишком опережали мои собственные. Не думая, сформировал одной из рук Богобойный Взрывной Шар Абсолютного Ледяного Геноцида™, и выстрелил им в ноги Ягуре.

Тот, разумеется, со звериной грацией увернулся, а его лицо, поплывшее в нечто, напоминавшее гротескную восковую маску, оскалилось. Второй хвост медленно сформировывался у него за спиной.

Но в ту же секунду моя техника взорвалась в сияющей, белой вспышке света.

До сих пор я продолжал охлаждать окрестный лес, понизив температуру до уровня самых холодных мест планеты. Теперь же… По моим расчётам…

Она должна была упасть ниже сотни.

В месте взрыва из-за перепада давления и температуры завертелся чудовищный вихрь. Воздух начал сыпаться, словно стряхивая с себя превращающийся в сухой лёд углекислый газ. Главная причина, по которой в новую версию брони чакры мы запечатали аварийную подачу кислорода со специальной маской, которую я тут же надел.

Весь лес вокруг застыл хрустальным памятником. Все животные, насекомые и растения оказались мгновенно заморожены. Деревья стали хрупкими, как стекло, и тут же принялись крошиться от сильных ветров. Вода в почве расширилась, ломая опору под нашими ногами.

Сам Ягура покрылся ледяной коркой. Его глаза продолжали зыркать на меня двумя злыми фонарями, пока он стоял, как статуя.

Но я не обманывался. Два полных хвоста у него за спиной продолжали двигаться, как ни в чём ни бывало, и я заметил начало третьего.

Вопрос был в том, насколько полная трансформация сможет защитить его от минус сотни по цельсию и отсутствия воздуха.

С рёвом, от которого у меня пошли мурашки по коже, Ягура взорвался очередной волной чакры, в разы сильнее прошлой. Его кожа отделялась от плоти, смешиваясь с чакрой и кровью, которая отказывалась замерзать.

В один момент он стоял, скорчившись от боли, заходясь в оглушающем крике. В другой он уже разрывал моего Восьмирукого Гиганта на несколько частей лапой с когтями. Даже мои глаза увидели лишь размазанный силуэт вместо полноценного движения.

Вот только меня в нём уже не было.

В спину Ягуре почти в упор ударил Обезглавливатель, покрытый острейшей чакрой Ветра, что я владел. Лезвие впилось в плоть, но вновь не смогло проникнуть достаточно глубоко. Монстр тут же резко развернулся и полоснул когтями обидчика, легко разбив Демоническое Зеркало.

Вот только меня в нём уже не было.

Завертевшись волчком, Ягура забуянил, круша всё вокруг себя, оставляя глубокие кратеры, полные перемолотой ледяной пыли. Туман из мелких кристалликов продолжал сгущаться, ухудшая видимость, и никакой погром не мог её разогнать. Обычному шиноби он бы стёр глазные яблоки в кашу, но Ягуре он лишь доставлял неудобство, заставляя чаще моргать. Почуяв что-то обострившимися инстинктами, Джинчуурики развернулся на сто восемьдесят градусов и пульнул в меня слабой Бомбой Биджу, прорыв землю на несколько сотен метров и оставив огромный кратер на месте взрыва.

Вот только меня там уже не было.

На короткий момент я стал псевдо-Богом этого маленького кусочка мира. Мой Кеккей Генкай пропитал всю округу, подчиняя всё в ней моей безоговорочной власти. В радиусе примерно одного километра мои желания стали законом.

Демонические Зеркала появлялись и исчезали быстрее, чем я мог о них подумать, и не стоили почти никакой чакры.

Мне больше не требовались печати, лёд будто сам складывался в наилучшие для ситуации техники, черпая больную фантазию из моего подсознания.

Самое главное, он оказался под моим полным контролем. Благодаря моим стараниям, лёд пронизал всё вокруг.

Всё вокруг было под моим полным контролем.

Смотря вниз с высоты птичьего полёта на бушующего монстра, я невольно хмыкнул. Говорили, что Мизукаге был Идеальным Джинчуурики, полностью подчинившим своего Зверя, но я сомневался в этом. Марионетка, подчинившая Биджу? Не смешите мои тапочки. Скорее, люди просто приняли пассивный характер Исобу за подчинение. Это бы объяснило то, как Ягура резко сменил стиль боя с выверенного и техничного на звериный и инстинктивный.

Я глянул вдаль, на место, где начинался наш бой. Оставшиеся в живых оперативники из охраны Ягуры не сумели вовремя сбежать из моего радиуса, и превратились в гротескные статуи, застыв в отчаянных попытках отползти из последних сил подальше от эпицентра нашего боя… Забузу и революционеров я предупредил заранее, подчеркнув, что не несу ответственности за смерть излишне любопытных. Никакая подмога или внезапные предатели не помешают мне.