— Хмм. Я всё ещё хочу расспросить тебя о твоих масках, но ничего не поделаешь. Спрошу в следующий раз, — решительно кивнула она сама себе, держа меня за локоть и игнорируя злобно пыхтевшего Сандаю в нескольких шагах от нас. — Завтра? Послезавтра? Признаться честно, я полностью забыла, как часто по контракту мы обязаны посещать эти мероприятия.

— Раз в неделю, — оповестил её с хитрой улыбкой. Она удивлённо уставилась на меня, чуть не споткнувшись, но я успел вовремя её поддержать. — Ничего не поделаешь, сестрёнка Юкие. Это столица, как-никак, цены тут не просто кусаются, они могут проглотить тебя целиком. На более частые визиты не хватит никакого бюджета.

— Но… Но как же… Постой, что, если я заплачу из своего кармана?! — запаниковала принцесса. Позади нас Сандаю зашёлся в протяжном приступе кашля, судя по всему, подавившись слюной от неожиданности.

Я внимательно посмотрел на неё и выдержал паузу. Она никак не изменилась в лице, ожидая ответа.

Кажется, она взаправду пропустила пошлый подтекст своего предложения.

— Не стоит, — мягко возразил я, легко сжав её руку. — Мы видимся каждый день по работе, у нас будет ещё много шансов поговорить.

— Атмосфера на площадке совсем другая, — раздражённо цокнула она языком. — Вездесущие гримёры и камеры. И режиссёр. Тем более у нас главные роли, на отдых не останется времени…

— Я уверен, что возможность найдётся. Но пока что, я должен откланяться, — сказал я ей с извиняющейся улыбкой, кивнув в сторону здания, к которому мы подошли. — Я остановился в этом отеле. Спокойной ночи и приятных снов… Сестрёнка Юкие.

Неуловимым движением выскользнув из её хватки, я отправился внутрь, махнув на прощание рукой. Краем глаза я заметил, как она застыла с рукой, зависшей в воздухе, словно пытаясь остановить меня.

Шаг финальный. Возбудить её аппетит, не дав насытиться.

Первый акт завершился на пять с плюсом. Такими темпами я уложусь куда раньше, чем за месяц.

К сожалению, я уже принял решение, что немного задержусь на этой работе. Не стоило упускать такие возможности и связи. Даже когда я чуть ли не физически ощущал утекающее время, я знал, что успею.

Далеко не каждый день выпадает случай соблазнить принцессу, пусть и ради меркантильных целей. Кем я буду, если откажусь насладиться процессом?

Я сидел на диванчике, аккуратно разложив свою «понтовую» накидку так, что она не смялась и её не пришлось менять раньше времени. Коюки сидела рядом, нахохлившись, словно недовольный воробушек, тоже аккуратно подобрав своё кимоно. Оба наших лица всё ещё покрывала боевая раскраска в виде макияжа и грима, а причёски пребывали в сложных, экзотичных конструкциях, которые наши гримёры собирали чуть ли не час. До конца рабочего дня оставалось ещё много времени, и портить кропотливую работу помощников никому из нас не хотелось, поэтому как следует расслабиться не получалось.

Отдыхали мы совсем не по расписанию. Основная камера начала сбоить, и местный технарь, чертыхаясь, начал колдовать над ней. Режиссёр, оценив этажность матов, объявил перерыв, пытаясь добиться от подручного прогнозов починки, что у него выходило с переменным успехом. Вполне возможно, что в худшем варианте развития событий нам придётся сидеть здесь, как истуканам, несколько часов.

Принцесса, как и всегда при любом удобном случае за прошлую неделю съёмок, решила воспользоваться моментом, чтобы провести время со мной.

Все эти дни я продолжать дразнить её, не переходя определённую черту. По правде говоря, её взгляды начинали меня нешуточно беспокоить. Куда делась депрессия? Гормоны явно доедали её труп и пожирали глазами меня.

Впрочем, я не мог сказать, что характер Коюки кардинально изменился. Она всё также оставалась холодной и колючей… Ко всем, за исключением меня.

— Почему бы тебе не заговорить с кем-то из коллег, сестрёнка? — спросил я с мягкой улыбкой, и, как всегда, при использовании этого обращения её щеки слегка зарумянились.

— Я разговариваю с тобой, разве нет? — парировала она, самодовольно усмехнувшись в ответ.

— Неужели моей дорогой сестрёнке Юкие не хочется наладить отношения с её съёмочной группой? — спросил я, немного забавляясь и играя голосом. Принцесса содрогнулась всем телом, но быстро вернула самообладание, обиженно надувшись.

— Вот же стервец. …Ты знаешь, почему. Я проработаю с ними ещё годы, а ты исчезнешь из моей жизни меньше, чем через месяц.

— Обещаю, что наше общение на этом не закончится, — попытался я её утешить. На самом деле, даже знай она правду, я не мог гарантировать постоянного контакта, так как не планировал большую часть своего времени пребывать в стране Снега. С другой стороны, возможно так будет лучше, если по итогу моей игры ей не захочется проводить много времени рядом со мной.

— Я ловлю тебя на слове, Ши-ро-кун, — проговорила она мой псевдоним с таким чувственным тоном, что по мне забегали мурашки. С некоторых пор она вняла моему совету и начала использовать свои актёрские навыки в повседневной жизни… Против меня. Исключительно против меня.

Мне оставалось лишь развести руками. Прогресс есть прогресс, пусть и однобокий. Пусть тренируется на мне, если ей пока так удобней.

— Не уводи разговор в сторону, — пожурил я её. — Я же вижу, что ты всё ещё сторонишься ребят. Они совсем не страшные и не кусаются, я проверял.

Коюки фыркнула в ответ, сложив руки на груди.

— Первое впечатление так просто не изменить. Да и что я им скажу?

— Извинись за холодное обращение, расскажи про тяжёлое детство. Поверь, они не будут глубоко копать.

— Хорошие отношения с лжи не начинаются, — возразила она, скривившись.

— Разве наше общение не началось со лжи? — задал я ответный вопрос, весело усмехнувшись двойному значению.

Коюки запнулась и не нашла, что ответить, вместо этого молча зыркнув.

Спустя пару секунд она собралась с мыслями и, наконец, выдала:

— Это другое!

— Хорошо, хорошо, сестрёнка, не кипятись, — я снисходительно похлопал её по ноге. Судя по её лицу, реплика возымела эффект, и она закипела ещё сильней. Атаковав на упреждение, я вернул разговор в прежнее русло, сменив тон на серьёзный. — Ложь всего лишь инструмент. Я сильно сомневаюсь, что ты желаешь коллегам зла. К тому же, наладив с ними контакт, ты, как минимум, избавишь их от одной заботы и подаришь позитивные эмоции. Неужели ложь во благо хуже холодной правды?

— Мне бы хотелось, чтобы они видели настоящую меня, — пробормотала принцесса, отвернувшись.

— Тогда, может мне стоит поведать им секретное слово? — спросил я задумчиво. — А, «сестрёнка» Юкие?

— Только посмей, стервец! — погрозила она мне пальцем. — К тому же, никто из них… Ну… В общем, не сработает! — добавила она твёрдо.

— Никто из них не обладает неотразимой внешностью этого молодого мастера? — спросил я, подняв высокомерно подбородок, после чего моя причёска опасно затряслась. Нужно поаккуратней мотать головой.

— Мы в гриме, простофиля, — ответила она снисходительно. — И не входи в свою роль вне работы, мне сложно сдерживать порыв отвесить тебе пощёчину. Это отвлекает.

Перевод: желание заехать мне по наглой роже вкупе с сексуальным напряжением вызывает странную смесь эмоций.

…А это довольно забавно…

Нет, не время отвлекаться.

— Почему игра в обычной жизни так беспокоит тебя? — спросил я серьёзно. — Я же вижу, ты наслаждаешься своей работой, для тебя это не тяжкий труд, который надо выполнять через силу. Так в чём причина?

— Не то чтобы я боялась, — начала она, неловко пожав плечами. — Просто… Не знаю. Это очень одиноко, когда никто не видит тебя настоящего. Я уже всласть натерпелась этого ощущения до того… До того, как встретила тебя, — призналась она, в очередной раз покраснев. Мило.

— В этом твоя ошибка, Юкие. Тебе не нужно притворяться совсем другим человеком, — ответил я. — Маски являются частью нас самих. Как я уже упоминал, подавляющее большинство людей используют их неосознанно, потому что они помогают в общении. Помогают правильно подать твоё «настоящее я» под правильным углом. Возьмём, к примеру, тебя, — внезапно добавил я с усмешкой.