Девушка нахмурилась, внимательно посмотрев мне в глаза.

— Хаку… Зачем нам дальше связываться с этими людьми? Это слишком опасно! Мы оба чуть не погибли! Нас здесь ничего не держит!

— Наш разум всё ещё под воздействием их ритуалов, — возразил я, заставив глаза девушки удивлённо расшириться. — Пока мы не разрушим их, мы в опасности. Тем более, твоя учитель в плену культа, по словам Трёххвостого.

— Учитель? О чём ты говоришь?.. — Шизуне резко оборвала себя, схватившись за голову и зашипев от боли. Спустя некоторое время она подняла на меня взгляд. В глазах обычно спокойной девушке кипела ярость. — …Треть. У меня осталась треть.

Я широко оскалился.

— Значит, откладывать незачем. Мне не терпится попробовать этого их Дзибосё на вкус…

— Тц. Вы слишком торопитесь списывать всё на случай и невезение, товарищ, — заявил мне Усагин, аккуратно смазывая свой кинжал какой-то опасной на вид бурдой. Несколько отрядов зайцев, призванных мной, проверяли в последний раз своё снаряжение. — Шансы, что вы «случайно» наткнулись на паразита, ненавидящего аномалии, негативные. Он явно почуял вас, и привёл сюда, в своё логово.

— Тогда почему он не сделал этого раньше? — спросил я скептически, не поднимая взгляда со свитка в моих руках. Чернила на нём ещё не успели высохнуть. — Поймай он меня несколько лет назад, и я бы не смог и пикнуть.

— В том-то и дело, что вы были слишком слабы, чтобы вас могли заметить. Начав усиливаться через поглощение… Инь-энергий, вы стали весьма заметны для подобных существ, — пожал заяц плечами.

— То есть, вы хотите сказать, что на меня открылся сезон охоты?! — зашипел я ошарашенно.

— Юноша, не делайте из мухи слона, — поморщился Усагин. — Двое недобитков-инвалидов никак не назвать «охотой». Божественное Древо выпило здешний сонм духов до донышка, вам просто не свезло…

Заяц осёкся. Я выразительно уставился ему в глаза.

Он прокашлялся, отвернувшись, и сделал вид, что чрезвычайно занят изучением кинжала в руках

То-то же.

Рядом бесшумно приземлилась Шизуне. Её глаза на секунду задержались на зайцах, и я заметил, как дёрнулись пальчики девушки. Почувствовав мой знающий взгляд, Шизуне почти незаметно покраснела и фыркнула, сложив руки на груди.

Кто-то явно сдерживал порыв почухать милых зверюшек за ухом.

— Каков наш план действий? У нас он ведь есть? — спросила она серьёзно.

— В отличие от вас, людей, наш разум не подвергся искажениям восприятия, — ответил Усагин, спрятав свой кинжал. — Я отлично помню госпожу Цунаде и прекрасную Кацую.

— Постой, постой… Их двое? — удивился я.

— Женщина и её призыв, — ответил заяц, раздражённо цокнув языком. — Детали сейчас не важны. Главное, что мы найдём храм, даже будь тот спрятан под землёй. Как только один из нас обнаружит цель, он активирует сигнальную печать товарища Хаку.

— Вас почти наверняка ожидает ещё одна засада, — заметила Шизуне. — Кто знает, какие ещё техники… Простите, «ритуалы» у них припрятаны?

Девушка всё ещё продолжала скептически воспринимать мои объяснения о природе врага, но разумно предпочла не спорить. Я подозревал, что она просто внесла их в категорию «экзотичные дзюцу», что… Было недалеко от правды для наших целей.

— Ты активировала мою печать фильтрации воздуха? — спросил я у неё.

— Да. А что?

— Мы с товарищем Хаку и товарищем Трёххвостым обсудили увиденное вами в ритуальном зале, — вклинился Усагин. — Приятнейшей души собеседник, кстати, моё почтение.

— Передай ему, что я польщён и всегда готов разговору с таким интересным разумным, — пробасил Исобу, о чём я тут же поведал зайцу, получив довольный кивок в ответ.

— Это всё очень мило, но мы можем вернуться к плану? — нетерпеливо вставила Шизуне.

— Конечно, конечно… Ключевой деталью, за что я зацепился, было число культистов. Для мощности ритуального контроля жрецу понадобились несколько десятков человек, в специально подготовленном зале. Это… Слишком мало.

— Слишком мало?! Да я никогда раньше не слышала о технике, требующей столько людей! — возмутилась Шизуне.

— Слышали ли вы о технике, для которой требовалось посильное участие сорока человек с количеством чакры, достаточным лишь для поддержания своих жизней? — спросил Усагин, выразительно подняв бровь. Увидев понимание на лице девушки, он кивнул. — Именно. Чакра здесь не при чём. Ритуалы отличаются от дзюцу на фундаментальном уровне, пусть порой со стороны это может быть и незаметно. Количество и качество духовной энергии, доступ, всё это влияет на результат. То, что почти получилось у жреца, должно было быть невозможным в текущих реалиях.

«Подобные манипуляции с душой и судьбой практически невозможны с текущим уровнем сил полудохлого божка», перевёл я посыл зайца.

— Мы считаем, что жители подпитывают его, — пояснил я.

— Это очевидно, посёлок слишком маленький, чтобы никто не был в курсе такого количества… Стойте, — осеклась Шизуне, расширив глаза. — Вы же не имеете в виду… Всех жителей?

— Помнишь историю про «видение своего пути»? — ответил я вопросом на вопрос.

— Обычные люди не способны пользоваться дарами духов планеты, — продолжил за меня Усагин. — Только лишь в том случае, если их души уже несут их метку.

— Но это же… Это же сотни людей, семьи, дети…

— Нам не нужно их убивать, — прервал я девушку. — Лишь заставить одновременно сойти с «пути судьбы». Единственная загвоздка в том, что… Мы не знаем, как это отразится на них.

— Но у нас в любом случае не осталось выбора, — добавил Усагин, заметив переменившееся лицо Шизуне. — Рассматривайте их как заложников, если вам так угодно. Вполне вероятно, что фанатичность поведёт их под наши клинки. Поэтому так или иначе, но придётся обезвредить всех.

— Этим займусь я. Для этого и печати фильтрации, — пояснил я нахмурившейся девушке. — Не волнуйся, это всего лишь галлюциноген.

— Теперь я волнуюсь ещё больше!

В ту ночь свет луны, падавший на посёлок, заслонила чудовищная тень.

Исполинских размеров существо зависло высоко в воздухе, вопреки всем законам физики. У него отсутствовали крылья, что совершенно ему не мешало, и случайный наблюдатель смог бы разглядеть лишь три длинных хвоста, что колыхались под несуществующими порывами ветра.

Внезапно существо издало глубокий гул, и с шипением выпустило струю прозрачного тумана, накрывшую весь посёлок. Спустя считанные секунды раздались первые крики. Обманчиво тихие улицы быстро начали наполняться шумом и гамом, будто разворошённый муравейник. Часть буйных людей высыпала наружу, но мелкие тени, замелькавшие по улочкам, быстро нейтрализовали особо активных, чьи инстинктивные действия могли навредить им самим либо их соседям.

Поначалу казалось, что никакого эффекта наши действия не возымели, но внезапно часть воспоминаний с щелчком встала на место, заставив меня громко выругаться, вызвав вопросы у Исобу.

Техники, места, события, Цунаде… Проклятый культ умудрился закопаться глубже, чем я боялся.

Но, разумеется, больше всего откровение ударило по…

— Хаку… — глухо подала голос Шизуне, находившаяся у нас на спине. Несмотря на неблизкое расстояние, слышал я её прекрасно. — …Скажи. Ты же знаешь, что принесёт Гёдзя наихудшие страдания?

— Знаю, — ответил я ртом Исобу. — Я собирался сделать это с самого начала, Шизуне. Сконцентрируйся на спасении и, если понадобится, лечении Цунаде.

— Конечно… Конечно… — пробормотала она в ответ. Я сделал себе заметку приглядывать за ней. Ритуал Дзибосё по иронии исковеркал судьбу девушки, отобрав память о самом близком человеке, столпе её жизни. Их отношения с Цунаде всегда виделись мне не очень здоровыми, и я надеялся, что смогу постепенно помочь, но подобные вещи так быстро не лечатся. Шизуне наверняка находилась на грани нервного срыва.

Это уж не говоря о том, что о Тонтон мы вспомнили тоже только сейчас. Что не говорило ничего хорошего о шансах бедной свинки.