Шизуне лишь на мгновение кинула поражённый взгляд в спину наставнице, но этого оказалось достаточно. Н-да, мне стоит начинать перехватывать нити разговора прежде, чем он деморализует девушек.

— …Ты даже не рассказала об этом близким людям? Ох, Цунаде-Цунаде, ты же должна понимать, насколько информация важна в нашей профессии…

— Вы всё это время ходили вокруг да около основной цели этой встречи, — произнёс я спокойно, сложив руки в замок. — Большую часть того, о чём вы так любезно поведали нам, вы узнали не сегодня. Кабуто, я полагаю?

Упомянутый парень сверкнул очками и улыбнулся мне почти добро, по-приятельски, но ничего не сказал вслух.

— Тебя не смущает, что твоя возлюбленная хранит от тебя подобные секреты? — с любопытством спросил Орочимару.

— Вам никто не рассказывал о личном пространстве? — ответил я вопросом на вопрос.

— Нет, но звучит аппетитно. Его можно есть?

— Кажется, за эти пару реплик мы раскрыли тайну вашего поражения в гонке за шляпу Четвёртого Хокаге, — улыбнулся я гаденько.

— Но мы даже не упомянули непотизм… — с наигранной растерянностью произнёс нукенин.

— Ты сам ученик Третьего, олух, — закатила глаза Цунаде. — В случае выбора тебя непотизм вышел бы гораздо крупнее. Надо было друзей лучше выбирать. С которыми, я погляжу, ты всё ещё в контакте. Одноглазая мумия всегда напрашивался на казнь за предательство, но нынче он совсем берега потерял.

— Спешу тебя огорчить, Кабуто-кун работает на меня, а не на Данзо. Наш старый знакомый успел здорово обидеть мальчика, видишь ли… Устранил твою любимицу Ноно руками её же приёмного сына, представляешь? Поломал настоящего гения. А я… Я просто подобрал, что осталось.

Кабуто держал лицо неплохо, даже искусственно изменив реакции тела, но его выдало само усилие замаскировать свои реакции. Он не ожидал, что Орочимару так легко расскажет о его прошлом.

— Тц. Кажется, у меня появился личный счёт к старику… Постой. Тогда какого хрена Якуши всё ещё в Корне? — воззрилась на бывшего напарника девушка.

— Самоуверенность, — с улыбкой развёл руками нукенин. — Данзо привык считать, что держит ситуацию под контролем. Кабуто-кун позволил ему думать, что всё ещё носит его ошейник.

— Я заметил, вы не стали говорить, что не держите контакта с, как вы выразились, «одноглазой мумией», — вмешался я.

— Ох. Всего лишь пара весточек и маленькая услуга, — отмахнулся Орочимару. — Разве это контакт? Так, мелочи.

— Это он занимался… Археологическими раскопками на кладбище? — уточнил я.

— Ну разумеется. Правда, твой вопрос немного некорректно сформулирован, — поправил меня мужчина. — Данзо, как главный приближённый Хокаге на протяжении полувека и неофициальный преемник учений Второго, как никто другой знаком с Эдо Тенсей. Останки всех Хокаге держатся в особом месте, недоступном никому, кроме двух человек. И старая обезьяна — не один из них.

— То есть старая мразь выдала тебе скелеты дедушек и Минато на блюдечке с золотой каёмочкой? — спросила Цунаде. Её голос подрагивал от гнева, а пальцы сжались в кулак.

— Не только их, — облизнулся Орочимару. — Но и их жён.

— Зачем вам они? — поинтересовался я. — Очевидно, что вы владеете техникой воскрешения… Но, в то же время, не питаете любви к Конохе.

— А зачем они вам? — улыбнулся нукенин.

Повисло напряжённое молчание.

— С чего ты вообще решил, что знаешь, что нам нужно? — недовольно цокнула языком Цунаде.

— Обычная догадка. Чего ещё может желать Мастер Фуиндзюцу, что примкнул к Листу, завербовав тебя? Хаку-кун ведь подёргал воскрешение у тебя перед носом, я прав? И предложил за компанию воскресить Узумаки. По крайней мере, я бы сам поступил так же.

— Твоя отсутствующая эмпатия не позволила бы додуматься до подобного, — фыркнула блондинка.

— Когда-то такой я тебе нравился… Интересно, насколько изменились твои вкусы? — спросил мужчина лукаво, кинув взгляд на меня. Намёк был очевиден.

— Вернись к останкам. С чего ты решил, что нам они нужны?

— Как насчёт… Предложения? — облизнулся Орочимару. — Я выдам вам останки Первого и Второго. Подскажу, где спрятал Наваки и Дана. Но и только. Если вам не нужны Узумаки, я оставлю их себе. Ведь вас это устроит, да?

Так он их перепрятал?

— Орочимару, скотина, ты!..

— Тихо, тихо, мы же просто разговариваем! — поднял руки нукенин. На его лице играла довольная улыбка. — Я верну тебе их, а остальных оставлю себе. Если я ошибался со своими догадками, то я даже не попрошу ничего взамен! В конце концов, они достались мне почти задаром. Ну как? Согласна?

— Я думаю, что несогласны будете вы, Орочимару-сан, — вмешался я.

— Ох? И почему же? — спросил мужчина с любопытством.

— Вы хотите свести счёты со «старой обезьяной», это очевидно, — улыбнулся я вежливо. — Эдо Тенсей изначально была способно лишь призывать душу умершего в симулированную жизнь. Причём воскресший терял большую часть своих сил и возможностей, поэтому основная польза лежала в добыче информации. Но никто из Хокаге или Узумаки не начал бы ни с того ни с сего разбалтывать вам секреты или помогать строить планы против Конохи. Значит, вы модифицировали технику. Подрисовали какой-нибудь контролирующий элемент. Но вот незадача, чем туже поводок, тем меньше ценность пленника. Особенно, если он сам прекрасно знает фуиндзюцу. В таком ракурсе оставлять себе трёх мастеров печатей, в то же самое время расставаясь с наивысшей боевой силой двух сильнейших Хокаге…

— Никто не говорил, что я вот прямо собираюсь их воскрешать. Может, я просто решил начать коллекцию! — всплеснул руками нукенин.

— Тогда у вас бы не имелось причины контактировать с бывшей напарницей, намекая на обмен, — ответил я спокойно. — Мы можем разойтись прямо сейчас, если вам так удобно. Сделаем вид, что никогда не встречались раньше, если увидим друг друга в поле. Шизуне, быть может, простит вас за слизь, которую вы расплескали повсюду, испортив дорогие татами.

Упомянутая девушка кинула мне раздражённо-усталый взгляд, но ничего не сказала.

Орочимару засмеялся.

— Звучит заманчиво, особенно последний пункт. Но, пожалуй, откажусь. Скажи, Хаку-кун, — внезапно он понизил тон. — Всё дело в легенде, верно? О Ключе.

Я невозмутимо поднял бровь. Если он пытался заставить меня нервничать, то зря.

— Это так удивительно? Как вы сами упомянули, я немного увлекаюсь фуиндзюцу. Так, совсем чуть-чуть. В наших кругах о Ключе знает каждый второй… Пусть верят лишь немногие.

— О нет, я имел в виду совсем другое. Я и сам когда-то исследовал эту тему, знаешь ли, — меланхолично признался мужчина. — Я даже посещал руины Узушио, Деревни, Скрытой в Водовороте. Но я не нашёл никаких следов. Ноль. Пустота. Мне не хотелось тратить годы жизни на бесполезное дело, поэтому я оставил легенду о Ключе в покое.

— И вы даже не задумались о том, чтобы воспользоваться Эдо Тенсей и заполучить его себе?

— Кушина-чан была слишком маленькой, чтобы что-то знать, а старуха Мито… — протянул Орочимару, сморщившись. — Я бы не стал её воскрешать, даже будучи уверен в своих контрмерах. Во избежание. Но кто знает? Возможно, она будет куда более благосклонна к своей внучке, и расскажет вам о Ключе добровольно.

Я задумался.

Разумеется, он брехал. Не во всём, но в одном ключевом моменте. У него не могло быть останков Мито. Даже если каким-то чудом окажется, что она отключила действие печати, удалявшей все следы её генного материала, я ни за что не поверю, что старая Узумаки не задумалась о сохранности секретов клана и её тела. Тем более, что она заранее знала, что не переживёт передачу Курамы Кушине. У неё имелось время, чтобы подготовиться.

Скорее всего, Орочимару считал, что мне не хватало информации об Узумаки и их печатях. Поэтому он толкал меня к варианту Мито. Интересно, чей скелет он собирался мне подсунуть вместо неё?

— Кушина-сан отлично разбиралась в печатях, разве нет?

— Думаешь попытать удачу? Что же, твоё право. Но… Видишь ли, мне понадобится ответная услуга. Мизерная, на самом деле. От тебя, от Цунаде, и даже от малышки Шизуне.