— Буду искать продавца, — предупредила я.

— Угу… — ответила мне Жанна.

Если ей что-то не нравилось, она всегда отвечала «угу», в переводе это означало: не согласна, но спорить не буду.

Я понимала, что рано или поздно из магазина нужно будет уйти, то есть не работать за прилавком лично. Контроль и организация — только эти обязанности я хотела себе оставить. И что вы думаете? Оказывается, не так-то просто выйти из своего проекта, даже если это всего лишь маленький пет-шоп. Теперь я понимаю всех этих старых директоров, которые никак не расстанутся со своим креслом, даже когда их корабль идет на дно. Они не отдают свои портфели, потому что у них больше ничего нет. У меня было, у меня, кроме магазина, появились еще и книжки, но я все равно, как старый директор, тянула резину.

— Ну? Где твоя вторая продавщица? — спрашивал муж, когда я снова собиралась на работу.

— Не знаю… — отвечала я. — Нету никого! Ты знаешь, кто мне звонит по объявлениям…

— Отговорки, — как всегда, говорил муж. — Ищи! Это только кажется вначале, что подходящего человека нет. Нужно искать! Нанимать надо! Обязательно, иначе бизнес будет топтаться на одном месте.

Теоретически я все это понимала, но на практике мне мешали сомнения. А вдруг у меня не хватит денег на две зарплаты? А вдруг вторая продавщица будет хуже? А вдруг без меня все заглохнет? В итоге я решила взять продавца на подмену, для начала. Кого, кого… Естественно, того, кто ближе. Жанна привела свою дочку.

Серьезным бизнесменам это непонятно. Муж надо мной смеялся.

— Позор! Она тебе втюхала, и ты согласилась. Рано или поздно тебе все равно придется решать эту проблему капитально.

Да, знаю я, что родственников на работу брать нехорошо. Согласна, зачастую это вредно в первую очередь для самих же родственников. Они и так друг друга раздражают, а постоянные контакты на работе только провоцируют лишние конфликты дома. К тому же риск коррупции, безусловно, возрастает. Только пусть этого боятся большие корпорации, а мне с моим маленьким магазином бояться нечего, я наконец-то решила от него отдохнуть.

Дочь Жанны Лорик училась на третьем курсе архитектурного факультета и уже подрабатывала дизайнером в огромном торгово-развлекательном центре, где Жанна любила гулять в выходной.

— Ты видела, там золотое дерево стоит у фонтана? — хвалилась она мне. — Это Лорик делала, с девчонками… А рыбу видела? Там рыба крутится под потолком? Это мы с ней из проволоки лепили…

Декорации в ресторанах и залах галереи обновлялись регулярно, и все это делали студенты-архитекторы, разумеется, за три копейки. Большие бизнесмены не стесняются платить людям маленькие зарплаты. И молодые специалисты идут к ним получать опыт и статусного заказчика в свое портфолио. А мы, крошки экономики, платим зарплату честно, потому что хорошему специалисту, кроме денег и покоя, нам предложить нечего. Кроме денег… Да, я верно сказала. Как показала моя небольшая практика, люди работают отнюдь не за деньги. Как минимум не только за деньги.

Черт его знает, зачем ко мне в магазин пришла Лорик. Я думаю, она работала за совесть, просто помогала матери, согласившись на ее просьбу. Иначе для чего ей было торчать у нас все выходные? Лорик была красавицей, я говорила. Она подрабатывала фотомоделью, Жанна мне регулярно показывала ее новые снимки. У девочки была куча друзей, и сразу же после работы она обычно уезжала в город, на вечеринки и мероприятия.

— Послушайте, Жанна, — высказала я ей свои сомнения. — Дите у вас пашет как лошадь. Академия, торговый центр, съемки…

— Пусть работает, — отвечала Жанна. — Ты знаешь, какие у нее расходы? А у нас стройка…

Я была не против. Это был вариант-люкс для моего магазина. К тому же Лорика не пришлось почти что ничему учить, она давно была в курсе, что и как мы продаем, и знала многих наших клиентов. По деталям ее инструктировала Жанна, так что я отпустила ее в свободное плавание в первый же день. Коммуникабельная девушка с интеллектом — к чему придираться? Продажи меня устраивали.

Жанна по необходимости прибегала на помощь. Пару раз я заставала ее за уборкой, она чистила клетки с грызунами и приходила кормить попугаев. Я не знала, что у Лорика была аллергия на пыль, шерсть и птицу. У нее всегда был рядом носовой платок, и как-то раз я увидела у нее ингалятор для астматиков. Тогда я начала немного волноваться.

— Что вы делаете, Жанна? Что толку от тех денег, которые Лорик сегодня заработала? Все они уйдут на лекарство. Вы думаете, я не знаю, сколько стоит такой ингалятор?

— Ничего… — отвечала мне Жанна. — Организм должен адаптироваться.

— Но вы говорили, что в детстве у Лорика была астма…

— Да сейчас уже легче. Она ее перерастет. Иногда случаются приступы, но это ерунда по сравнению с тем, что было в детстве. Ты не представляешь, как она болела! И все равно она у меня окончила математическую школу, сама поступила на факультет. Ты знаешь, какой там был конкурс? А Лорик прошла. И учится. И никто даже не догадывается, что она очень больной человек.

— И сейчас?

— Да, и сейчас. У нее опухоль в мозге, — прошептала Жанна и сразу стала старенькой, я даже удивилась, как за одно мгновение она изменилась. — Сейчас эта опухоль не опасна. Она может увеличиться, а может, останется как есть. Мы все время проверяемся. Она сидит на гормонах, чтобы опухоль не росла.

Я все поняла. Жанна жила на пороховой бочке, так что причиной ее тревожности было совсем не трудное детство, а Лорик. Но это правда!.. Вы бы в жизни не подумали, что Лорик больна! Она выглядела здоровее многих здоровых. И телом, и духом. Она излучала оптимизм и спокойствие, в отличие от своей здоровой, но очень нервной матери.

Жанна все время терзалась вопросом: за что?

— Ну за что? Почему невинные люди страдают, а сволочи наслаждаются жизнью?

Это она у меня спросила — нашла у кого спросить! Раньше я тоже думала, что с неба падает награда или кара. Сейчас сомневаюсь. Поэтому Жанне ничего врать не стала, ответила просто:

— Не знаю.

Да, это была страшная информация, но ни я, ни Жанна, ни тем более Лорик, не принимали ее как приговор. И астму Лорик переросла, и опухоль рассосется.

Все жили спокойно, в обычном режиме. Работа в магазине для Лорика была не сложной, девочка не дергала меня звонками, все было тихо, без маньяков и скандалов. Только однажды утром она позвонили и сообщила спокойно в отличие от Жанны:

— Алло, Соня? Доброе утро. У нас в магазине мелкая неприятность… Сунгурики загрызли своего.

Сунгурики, те самые хомяки, которые мне меньше других не нравятся, напали на родного брата. Аквариум был в крови. Из пятерых сунгуриков осталось четверо. Пятого они разорвали в клочья. Его маленькая лапа валялась сверху. Остальные части тела хомяки закопали. Я поймала этих уродов, отсадила в переноску, а все остальное просто вытряхнула из аквариума в мусор. Почему такое случилось? Объяснить было сложно. Все хомяки были из одного помета. У них были корм, вода и достаточно места. Они прекрасно жили вместе уже месяц, и вдруг сбесились.

Меня и Лорика такая ерунда ничуть не испугала.

— Бедный сунгурик… — кажется, сказала я.

И она пошутила:

— Где-то он накосячил…

Я разлюбила Жорика. За одну минуту. Да, мой крыс-гигант стал мне неинтересен совершенно, и все, что раньше в нем я считала красивым, его длинный хвост, его гусарские усы, его наглую морду и черный капюшон… Все это за мгновение обесценилось и стало мне смешно.