На этот раз пленник промолчал, погрузившись в раздумья. Но сам Алексей уже не мог и не хотел остановиться. Застарелая боль, рана на сердце, отсутствие человека с которым он мог бы говорить о таких вещах… Всё это буквально выталкивало из него слова.
— Такой чекист искренне недоумевает… Как?! Как мог быть врагом народа его друг детства или родственник? Это невозможно! Просто огромная ошибка! Так он думает… Но идёт время а "органы" не спешат выпускать жертву из своих рук. Человек пропадает… Либо в далёком лагере, либо… с концами. Сослуживцы, с которыми он работает, горячо клеймят предателя, затесавшегося в их ряды. Другие пожимают плечами, озабоченные тем чтобы самим не попасть под маховик. Словом, был наш парень, с которым вместе курили, работали, дни рождения отмечали… А завтра бац! И уже мгновенно перевернулись… "А я подозревал его!" — кричат они. " То-то он был какой-то странный в последнее время.." — думают другие. "Слава нашим чутким органам!" — с радостью подпевают третьи. А где-то в пустой квартире глухо рыдает мать-старушка, оплакивая своего арестованного сына… — с показной грустью закончил мужчина.
На минуту в погребе повисло молчание. Саша, видимо, переваривал то что услышал а Алексей пытался найти новые, убедительные слова для легенды своей информации.
— И что? — нарушил молчание пленник. — Хочешь сказать что внутри "НКВД" образовалась оппозиция из, так сказать, обиженных на власть и систему сотрудников? Не верю! Так такой отбор что все потенциальные предатели и недовольные отсеялись бы намного раньше.
— Абсолютно верно! — победно улыбнулся Залесский. — Но в том-то всё и дело что, поступая на службу, такой человек и не был предателем даже в мыслях! Понимаешь это? С самого начала это был искренний советский патриот, горячо одобрявший власть и её методы которыми она устраняла неугодных. Этот сотрудник принимал участие в арестах, может даже, расстрелах, других неблаговидных с точки зрения многих, делах. И совесть его была спокойна. Ведь он же не знал близко своих жертв. Раз сверху говорят что они предатели значит так оно и есть! Зачем ломать голову и сомневаться? Гораздо легче просто выполнить приказ и спать спокойно. Но что будет если начальство решит что "враг народа" его друг? Или близкий родственник, которого он любит и уважает? Отец, дядя, брат? Товарищ, который в детстве очень помог ему? Что случится тогда?.. — с намёком спросил он, глядя на нахмурившегося Сашу.
Тот снова молчал, но даже это было для мужчины красноречиво. И Алексей продолжил:
— А случится то что если один, хоть и будет страдать и сомневаться но смирится с этим… То другому, напротив, в голову закрадутся первые крамольные мысли о том что в государстве советском отнюдь не всё гладко. Что если совершена такая страшная ошибка с его близкими то не могло ли быть так что этих ошибок намного больше? Потом возникнет предположение что его непосредственное начальство некомпетентно или даже преступно. О, тут можно дойти до такого святотатственного вывода о том что сам товарищ Сталин ведёт страну явно не туда куда нужно народу! И вот, потенциально, этот сотрудник уже наш… При этом он по-прежнему прилежно выполняет приказы, делает свою работу, не высказывает свои сомнения кому попало. Словом, никто не видит в нем зарождающегося протеста. Вот только разбуженная совесть и сомнения лишают его покоя, ему хочется узнать ответы на свои вопросы, прийти к согласию внутри себя… Но с кем говорить? С сослуживцами, которые сегодня здороваются с ним а завтра, в случае чего, без колебаний арестуют как агента иностранной державы? С членами семьи, если она у него есть? Тоже опасно. Не с кем поделиться, понимаешь, Саша? А совесть не успокаивается, не даёт спать ночью… Накапливается напряжение, раздражение. И сотрудник хочет забыться, выпить… Заткнуть эти мысли хоть ненадолго! Это замечает наш человек, подходит к нему, невзначай знакомится… О, у нас есть такие кадры, залезут в душу любому! — с воодушевлением придумывал на ходу Залесский.
— Допустим! — усмехнулся Александр. — Хоть я и слабо в это верю но допустим! Насколько я слышал, сотрудников периодически проверяют на полиграфе. А в таком случае ваших потенциальных предателей быстро бы обнаружили. Так что не надо тут мне лапшу вешать на уши, учёный уже..
— Ты слишком сильно веришь в могущество этого несовершенного прибора… — улыбнулся мужчина. Как хорошо что предварительно он успел продумать слабые места своей легенды для пленника! — На самом деле его можно обмануть даже смышлёному гражданскому. А уж для опытных сотрудников ведомства это ещё легче. Этот твой полиграф не панацея а средство успокоения для начальства. Прошёл его? Значит, абсолютно верен! Или думаешь в "НКВД" не было ни одного предателя? Если так то я разочарован в тебе, Саша… Запомни, предатели всегда были, есть и будут! В любой стране и в любой организации! Это человеческая природа и бесполезно с этим бороться до полного уничтожения. Можно лишь сдерживать это на низком уровне но, как и с тараканами, уничтожить полностью никогда не удастся!
— Получается, подошёл ваш человек, разговорился с таким обиженным и тот, расчувствовавшись, стал вашим сторонником? — не сдавался Александр. — Как-то слишком легко получается, не находишь?
— Естественно, всё это не сразу… Но почти всегда, когда такой сотрудник услышит ответы на свои вопросы… Причём, те ответы о которых он уже сам стал догадываться!.. Так вот, услышав их, он начинает по другому смотреть на свою жизнь, работу и власть предержащих. И если искренне любит свою страну, а в "органы" стараются брать именно таких, то он понимает что настоящие, истинные враги, сидят высоко наверху. Они из тех кто отдают ему приказы, заставляют гнобить свой народ и в страхе дрожать по ночам… Вот тогда этот сотрудник уже вливается к нам, в стан единомышленников, которые ответили на мучившие его вопросы и дали нужные ответы! — закончил Залесский свою длинную речь.
— А что если среди твоих единомышленников тоже есть предатели, а? — снова усмехнулся Саша. — Ты же сам сказал что в любой организации есть предатели? Значит и у тебя они есть! — привёл он вполне логичный довод.
"Опа… Надо же, умудрился попасть в свою же ловушку! Заврался совсем!" — с досадой признал мужчина. Надо как-то вывернуться и притом сразу, иначе будет подозрительно. Пока он играет роль всезнающего и опытного, но если пленник поймёт что это маска то все его слова окажутся напрасными.
— Моя организация очень маленькая… — со снисходительным видом ответил Алексей. — И каждого из них я отбирал лично а не через кадровый отдел. К тому же, будь среди них предатель то я давно был бы арестован и расстрелян. Ведь мы совершили уже столько вещей, которые можно назвать антисоветчиной, что хватило бы на сотни лет лагерей. Есть, конечно, невольные осведомители, как тот же Круглов, но на них столько компромата что они и не пикнут против нас. Так что, разочарую тебя, но у меня предателей нет! Им я верю так же как себе! — сказал он, невольно улыбнувшись.
Учитывая то что вся вымышленная организация состояла только из него самого то можно было быть уверенным — предателя в ней не было! Но на будущее, сделал себе зарубку Залесский, стоит более тщательно продумывать то что говоришь, иначе будет прокол..
— Так зачем вы убили Круглова? — вернулся к старой теме Саша, видимо, решив свернуть разговор про организацию. — Потому что он пытался сорваться с крючка и донести на вас, при этом оставшись чистеньким? Хоть он и предатель, но мне интересно знать… Зачем?
— Хорошо, я расскажу… — согласился Алексей, быстро прокручивая в голове нужные мысли. — На самом деле мы его и пальцем не трогали. Просто сказали что "НКВД" вышло на него и готовится взять. Не понаслышке зная о работе коллег тот испугался и повесился у себя дома, решив не ждать этого момента.
— Да ну? — не поверил парень. — Я общался с ним, хоть и недолго. Он не произвёл на меня впечатление слабака! Скорее, поверю в то что он сражался и вы убили его, чтобы тот не вывел Берию на вас.