Хранительница Снов повела рукой. Над океаном поднялся лёгкий ветер. Он осторожно подтолкнул брёвна, и плот медленно пошёл по направлению к чему-то неведомому.

— Мне нравится океан, — негромко сказала Хранительница. — Поэтому я люблю бывать здесь. Это сон одного знаменитого путешественника. В молодости он был достаточно безумен — решил переплыть океан на плоту и сделал это. Он плыл несколько месяцев, его плот изрядно потрепало штормами. Течение чуть не затянуло его в ледяную ловушку, но он всё же добрался до берега. После этого плавания он и стал знаменитым.

Хранительница Снов замолчала и с лёгкой усмешкой посмотрела на меня.

— А что было дальше? — спросил я.

— Он ещё много путешествовал, но по суше. Написал несколько книг, открыл собственную школу и даже стал академиком. Шли годы, и он поймал себя на мысли, что хочет повторить безумное путешествие своей юности. Он решил снова отправиться в плавание.

Но с тех пор путешественник стал умнее и осторожнее. Он хорошо помнил, что чуть не погиб в океане, и решил получше подготовиться к новой попытке. Он изучал разные конструкции плотов, долго подбирал подходящие деревья и обучался морской магии, чтобы справиться с ветрами и течениями. А когда момент отплытия наступил, он вдруг потерял решимость. Стоял на берегу, смотрел на плот и не мог заставить себя шагнуть на шаткие брёвна.

Хранительница печально покачала головой.

— Ни один человек не осудил его, ведь никто из них тоже не рискнул отправиться в безумное плавание. Плот поместили в музей, а знаменитый путешественник вернулся к своим ученикам. Но с тех пор ему стали сниться эти сны.

Она повела рукой.

— Сны, в которых были только он, плот и океан. Дело в том, Тайновидец, что сны — это не искажение реальности, а её продолжение. В снах с вами случается то, что вы не можете позволить себе наяву. Поэтому сны бывают так удивительны.

— Печальная история, — усмехнулся я.

Но Хранительница Снов строго покачала головой.

— Нет. Невозможно понять, какова история, пока ты не добрался до её конца. А эта история ещё не закончена. Об этом-то я и хотела с тобой поговорить. Потрогай воду. Чувствуешь холод?

Я опустил ладонь в воду. Наверху она была тёплой, ну чуть дальше я ощутил ледяную толщу.

— Это дыхание Северных Морей, — кивнула Хранительница. — Мы сейчас совсем рядом с ними. Когда я оказалась здесь впервые, то почувствовала, что за горизонтом что-то есть. Там прячутся сны, в которых я не бывала раньше. Я надеялась, что однажды течение принесёт меня прямо к ним, но получилось по-другому. Смотри!

Она показала на тонкую линию, которая отделяла бескрайнюю воду от необъятного неба. Я проследил за её движением и увидел на горизонте узкую серую полоску.

— Это туман, — сказала Хранительница Снов. — Я не могу заплыть за него, а он не выпускает сны наружу. Я думаю, это неспроста. Раньше я такого не встречала, поэтому прошу тебя о помощи.

— Что я должен сделать? — спросил я.

— Я надеюсь, что этот туман существует только в мире снов. А в своём мире ты без труда проникнешь за преграду. Увидишь наяву всё, что там происходит, а затем покажешь мне — во сне. Твой сон станет пропуском для меня. Ты согласен?

— Конечно, — улыбнулся я. — Надеюсь, за этим туманом прячутся просто осторожные сны, а не жуткие кошмары, которые нельзя выпускать наружу.

— Я тоже на это надеюсь, — серьёзно кивнула Хранительница. — Но если там кошмары, то мои Лунные волки справятся с ними. Так будет лучше для всех миров, ведь сны и реальность очень тесно переплетаются.

— Я выполню твою просьбу, Хранительница Снов, — согласился я. — Проберусь за туман, увижу, что там происходит, и покажу тебе.

Хранительница благодарно посмотрела на меня.

— У меня есть ещё одна просьба. Пожалуйста, присматривай за Сноходцем, ладно? Предупреди его об опасности и не отпускай далеко в сны. Если заметишь что-то неладное — сразу буди его. Я покажу тебе верный способ.

Хранительница Снов зачерпнула воду ладонью и бросила её мне в лицо.

Меня окатили холодные солёные брызги, и я мгновенно проснулся.

На улице бушевала гроза. Оглушительно грохотал гром, зловещие синеватые молнии с треском раздирали небо, в открытую форточку летели капли дождя. За стеклом метались испуганные тени — это ветер немилосердно трепал старые липы.

Я провёл по щеке ладонью. Пальцы стали мокрыми.

Так вот, что меня разбудило!

Снова загремел гром, и я почувствовал, как Лиза вздрогнула во сне. Это заставило меня выбраться из-под одеяла и захлопнуть форточку. Гроза сразу притихла, как будто стекло создало между нами и непогодой надёжную преграду.

Спать расхотелось. Встреча с Хранительницей Снов не выходила у меня из головы, а тут ещё эта гроза…

Я босиком выбрался на тёмную кухню. Магические лампы осторожно мигнули и снова погасли, как будто почувствовали, что свет мне сейчас не нужен.

Я разжёг жаровню и сварил себе крепкий кофе. Стоя у окна, сделал первый глоток, а потом распахнул стеклянную дверь и вышел на балкон.

Стихия обрушилась на меня сразу со всех сторон. Гром оглушал, молнии слепили и заставляли жмуриться, холодный дождь хлестал по лицу и плечам. Я мгновенно промок, но упрямо стоял на мокрых досках и пил кофе, прикрывая чашку ладонью.

Почему-то мне было важно запомнить эту грозу.

Я сделал последний глоток, и чашка опустела. Тогда я вернулся в дом, растёрся кухонным полотенцем и снова забрался под одеяло.

Утром я поймал себя на том, что меня раздирают сразу два противоречивых желания. Одна половина меня хотела растянуть прощание, чтобы как можно больше времени провести с близкими людьми, а другая стремилась поскорее выйти в море.

Но я махнул рукой на эту борьбу. Мои половинки сами разберутся между собой, а у меня есть дела поважнее.

— Ваше сиятельство, я вам пирогов в дорогу напекла, — сказала Прасковья Ивановна и вручила мне две огромные корзины, от которых вкусно пахло горячей сдобой. Этих пирогов хватило бы на то, чтобы до отвала накормить всю команду «Ворона».

— Благодарю вас, Прасковья Ивановна, — улыбнулся я.

Поставил корзины на пол, подкатил к ним два вместительных чемодана с вещами и озадаченно покачал головой:

— Тут одним извозчиком не обойдёшься.

— Даже не думайте ехать на извозчике, ваше сиятельство, — сурово насупился Игнат. — Я сам вас отвезу.

Пока мы с Лизой пили утренний кофе, Игнат выкатил из гаража огромный мобиль, который мы использовали для хозяйственных поездок.

— Я ведь могу тебя проводить? — спросила Лиза.

— Конечно, — улыбнулся я и поцеловал её.

Мы спустились вниз, и тут бронзовые колокольчики на ограде удивлённо зазвенели. Возле нашей калитки стоял Набиль.

На моей памяти джинн никогда не покидал свою кофейню на плоту — он даже путешествовал вместе с ней. Я сразу понял, что происходит что-то необычное.

— Я пришёл пожелать вам хорошего плавания, Александр Васильевич, — улыбнулся джинн. — У меня для вас подарок.

Набиль протянул мне полотняный мешочек, крепко перетянутый верёвкой. Я взял подарок и нащупал сквозь плотную ткань крепкие зёрна.

— Это волшебный мешочек с кофе, — объяснил Набиль. — Вы ведь не знаете, сколько продлится плавание? Но можете быть уверены, кофе в этом мешочке никогда не закончится, даже если вы будете угощать им весь экипаж. Вкус кофе тоже будет разным. Это живой напиток, он почувствует ваше настроение.

— Благодарю вас, Набиль, — удивлённо улыбнулся я. — Это замечательный подарок.

Прасковья Ивановна утирала слёзы кончиком платка. Даже магический кот Уголёк вышел нас проводить и теперь сонно щурился на утреннее солнце.

Я уже садился в мобиль, и вдруг в доме раздался громкий крик Фомы:

— Ваше сиятельство, вы коня забыли!