— Старец предупредил меня, чтобы я не разговаривал с вами, — сурово ответил Федот. — Ешьте.

Он отдал мне корзину и сразу отошёл от окна. Но совсем не ушёл — подкатил к двери амбара толстый чурбак и уселся на него.

Я заглянул в корзину. Старец прислал мне большую краюшку хлеба и кусок копчёного мяса. В небольшом глиняном кувшине плескалась чистая вода, и я с удовольствием сделал несколько глотков.

Мёда в корзине не оказалось, дружелюбие пасечника иссякло.

На самом дне корзины я нашёл маленький пузырёк из толстого тёмного стекла. Он был плотно заткнут деревянной пробкой. Наверное, это и было сонное зелье.

Я задумчиво покрутил пузырёк в руках, но пробовать зелье пока не стал. Чуть позже. Сначала нужно рассказать друзьям, в каком положении мы оказались.

Я послал зов Савелию Куликову, он лучше Севы разбирался в настоящей магии, и быстрее мог меня понять.

— Старец Филарет только что говорил со мной. Он не знает, где находится Страж Магии, но очень хочет его найти и требует, чтобы я помог ему в этом. Если я откажусь, он угрожает убить нас всех.

— Но ведь вы можете его обмануть, — нерешительно предложил Савелий. — Я уверен, что вы сможете договориться со Стражем, когда найдёте его, и Страж нас защитит.

— Филарет это предусмотрел. Он требует от меня ментального подчинения.

— Ни в коем случае! — быстро ответил Куликов. — Вы же знаете, что это такое! Помните, как Тёмный мастер снов пытался подчинить меня? Я до сих пор не могу думать об этом без отвращения. Что будем делать, Александр Васильевич?

— Я постараюсь заснуть и увидеться с Хранительницей Снов. Спрошу у неё совета. Вы тоже попробуйте поспать, Савелий Георгиевич. Побродите по снам, вдруг увидите что-то важное.

— Я уже кое-что видел, только не успел рассказать вам, — неожиданно сказал Савелий. — Сегодня ночью, помните, когда профессор напал на вас?

— Рассказывайте сейчас, — нахмурился я.

— Пока вы с профессором были у старца, я всё думал, как мне найти могилу отца. Эта мысль не давала мне покоя, с ней я и заснул. И увидел очень странный сон. Мне приснилось, что я превратился в очень старое, неповоротливое существо. Не знаю, как оно выглядело, я видел только толстые чешуйчатые лапы и край панциря. Панцирь был очень крепким и отливал золотом, я хорошо это запомнил.

— Рассказывайте дальше, — велел я.

— Меня поразили мысли этого существа. Они были такими же медленными, как его движения. В них я почувствовал могущество и беспомощность одновременно. Мне показалось, что существо умирает, но даже его смерть происходила бесконечно долго.

— Савелий Георгиевич, я могу ошибаться, но похоже, что вы каким-то образом попали в сон Стража Магии, — медленно сказал я. — Теперь рассказывайте подробно, постарайтесь ничего не упустить. Вы знаете, где находится это существо?

— Я видел камни, между ними росла жёсткая трава. Она была солоноватой на вкус. И ещё я слышал шум прибоя, он доносился сразу со всех сторон. Александр Васильевич, я уверен, что это существо находится на острове! Но не здесь. Это какой-то другой остров. Совсем маленький островок, на котором нет ничего, кроме травы и камней.

— Вы можете вспомнить, где именно он находится?

— Нет, — виновато ответил Савелий. — Это существо никогда не покидало остров. Я вспомнил ещё кое-что! Вокруг острова клубился туман! Но вы уверены, что это был сон Стража Магии?

— Вы же сами сказали, что это очень могущественное существо, — напомнил я. — В любом случае, это наш шанс, пусть он и крохотный. Постарайтесь снова увидеть этот сон и запомнить как можно больше деталей. Поговорите с этим существом, если оно захочет вам ответить. Я тоже попробую.

— Хорошо, — послушно ответил Савелий.

— Передайте князю Пожарскому всё, что я рассказал вам о старце, — напомнил я. — И скажите, чтобы он вас не будил. Ваш сон — это самое важное, что вы сейчас можете сделать.

Я попрощался с Савелием, затем открыл пузырёк с сонным зельем и проглотил его одним глотком. Сладость мёда, который в него подмешали, не могла до конца скрыть травяную горечь, и я поморщился.

Ничего, скоро кому-то станет куда горше.

Проглотив зелье, я вытянулся на сенной трухе, закрыл глаза и уснул.

Во сне я снова оказался на морском берегу. Наш катер лежал на камнях, доски обшивки почти истлели, в бортах зияли дыры. За спиной шумел лес, а передо мной сидели Лунные Волки.

Их было восемь — целая стая. Густая волчья шерсть отливала серебром, клыки угрожающе блестели. Волки смотрели на меня пронзительно-жёлтыми глазами. Они чего-то ждали.

— Привет, ребята! — улыбнулся я.

Мне было совершенно ясно, для чего я оказался здесь. Огромная магическая сила переполняла меня и требовала выхода.

— Давайте, поохотимся, — сказал я.

И пошёл по тропе в сторону деревни, а волки послушно потрусили за мной.

Волчок бежал рядом. Изредка он поднимал морду и поглядывал на меня.

— Жителей деревни трогать нельзя, — предупредил я его. — Они нам не враги. Враг у нас только один, его-то мы и должны найти.

Лес вокруг спал и тоже видел сны.

На тропу выскочила лисица, остановилась прямо перед нами и настороженно оглянулась. Нас она не видела, но чуяла опасность.

Вот лисица дёрнула ушами и одним прыжком скрылась в зарослях, а из леса выскочил заяц. Во сне у него были клыки, и он бесстрашно преследовал лису.

Я расхохотался — надо же, какие забавные сны снятся лесным обитателям. Наверняка этот заяц сейчас спрятался под ёлкой и даже сквозь сон настороженно прислушивается — не крадётся ли к нему хищник. Зато во сне он сам стал хищником и охотится на лису.

Сны — продолжение реальности, так говорила Хранительница?

— Не вздумайте гоняться за местной живностью, — предупредил я лунных Волков. — У нас впереди настоящая охота.

Мы вошли в деревню. Она почти не отличалась от настоящей, разве что дома выглядели чуть побогаче. что ж, всем нам свойственно мечтать во сне.

Перед одним из домов стояло несуразное металлическое чудовище на огромных колёсах. Огромная кабина напоминала сарай, стёкол не было. Я заглянул внутрь и увидел деревянные скамейки, на которых мог рассесться десяток пассажиров, не меньше.

Похоже, кому-то из жителей острова приснился мобиль — такой, каким он вообразил его, наслушавшись моих рассказов.

Бывают же чудеса! Жаль, что я не могу показать это страшилище Игорю Владимировичу, вот бы он удивился.

Сны жителей деревни почти ничем не отличались от их реальности, и ничего удивительного в этом не было. Весь их мир сосредоточился на этом острове, они никогда не видели ничего другого, потому и мечтали просто и бесхитростно.

Осматривая деревню, мы набрели на пасеку. В высокой луговой траве прятались деревянные ульи, над ними деловито гудели пчёлы.

Я увидел Федота. Пасечник склонился над ульем и осторожно достал из него рамку, полную мёда. По рамке ползали десятки насекомых, они облепили Федота, путались в его бороде, но не пытались ужалить.

Мы с волками подошли совсем близко, но Федот нас не видел. Он провёл пальцем по тонкой деревянной рамке, затем облизал его и довольно зажмурился.

— Спишь, охранничек? — весело спросил я. — И как мёд, скусный?

Федот удивлённо завертел головой и прислушался, но ни меня, ни Лунных Волков так и не заметил.

Тягучая капля мёда упала в траву, на неё сразу слетелись пчёлы. Федот тряхнул бородой и снова занялся ульем.

Мы с волками переходили из одного сна в другой, и везде было одно и то же. Простая тихая жизнь, дружелюбная магия, повседневные заботы.

Правда белобрысый мальчишка на берегу пруда меня удивил. Перед ним на рогульке лежала кривая удочка, старательно вырезанная из орехового прута. Поплавок из гусиного пера весело прыгал на воде, но мальчишка этого не замечал.