— Поговорю, — обрадовался Куликов.

Мы вместе спустились к шлюпкам. Корабельный повар Митрофан Гаврилович сурово выговаривал своим помощникам:

— Мидий нужно больше, чтобы на весь экипаж хватило, а не только господам офицерам. И вообще, запас на корабле — первое дело.

Посиневшие от холода помощники стояли по колено в воде и хмуро слушали повара, но перечить не смели.

— Чем это вы тут занимаетесь? — поинтересовался я.

— Мидии собираем, ваше сиятельство! — браво доложил повар. — Я их в оливковом масле с чесноком обжарю, потом в белом вине потушу, ох, и объедение получится! Господин капитан приказал справиться у вас насчёт праздничного обеда. Что пожелаете к столу?

— Побольше сытной и простой еды, — строго сказал я. — И без всяких там мидий и других морских гадов. Хотя… Князь Пожарский мечтал попробовать тушёного осьминога. Сумеете приготовить?

— Раз плюнуть, ваше сиятельство, — радостно кивнул Митрофан Гаврилович.

И снова строго уставился на помощников:

— Слыхали, бездельники? Вам ещё осьминога ловить!

Я улыбнулся, но так, чтобы повар этого не заметил.

Кстати, осьминога матросы выловили довольно просто — отплыли на шлюпке подальше от берега и опустили на дно глиняный кувшин на верёвке. В кувшин положили кусок подпорченной солонины, на запах которой и приполз осьминог.

Когда моллюска вытащили из воды, он угрожающе размахивал щупальцами, но Митрофан Гаврилович не испугался и радостно повёз его на кораблеьный камбуз.

А мне прислал зов Страж Магии.

— Скажи, Тайновидец, сколько вы ещё собираетесь оставаться на моём острове? — осторожно поинтересовался он.

— Мы тебе мешаем? — догадался я. — Конечно, за несколько тысяч лет ты привык к одиночеству.

— В общем, да, — смущённо признался Страж. — Мне нравятся люди, их быстрая и неугомонная энергия. Но я вполне способен воспринимать её на расстоянии.

— Давай говорить прямо, — улыбнулся я. — Этот островок — твой дом, и ты предпочитаешь сам приглашать гостей и принимать их, когда тебе удобно. Отлично тебя понимаю. Мы отчалим как можно скорее. После нашего отъезда ты сможешь поместить остров в отдельное магическое пространство и не опасаться, что кто-то заявится сюда без твоего приглашения. Во всяком случае, я этого делать не стану. Разве что Савелий иногда забредёт во сне полюбоваться своим маяком.

— Это не страшно, — заверил меня Страж. — Мне понравилась магия снов, она очень необычная. Я слышал, вы собираетесь на остров Ветров? Я устрою для вас попутный ветер. Спасибо за помощь, Тайновидец!

Поговорив со Стражем, я отыскал капитана Кораблёва.

— Нужно отчалить, как можно скорее, Фёдор Иванович. Наше присутствие беспокоит Стража.

— В таком случае, поспешим, — согласился Кораблёв. — Я полагаю, теперь мы смело можем взять курс обратно на Столицу?

Я покачал головой:

— Сначала заглянем на остров Ветров. Жители острова враждебно настроены по отношению к нам. Нужно это исправить, ведь в дальнейшем остров Ветров станет основным форпостом Империи поблизости от Места Силы.

Кораблёв недовольно нахмурился.

— Так в том-то и дело, Александр Васильевич, что жители настроены враждебно. Стоит ли рисковать? Экспедиция выполнила свою задачу, дальше пусть поработают дипломаты. Как вы считаете, Игорь Владимирович?

Капитан повернулся к моему деду, ища поддержки. Но глава рода Воронцовых вежливо улыбнулся:

— Экспедицией руководит Александр, ему и решать.

— Мы отправляемся на остров Ветров, — твёрдо сказал я.

Несколько секунд капитан Кораблёв молчал, подыскивая возражения. Затем неохотно кивнул:

— Как скажете, ваше сиятельство.

Через полчаса наш катер отошёл от берега. Я сидел на корме и смотрел на остров. Золотой панцирь Стража возвышался над россыпью гранитных валунов, а над ним вздымалась серая башня маяка. На её вершине вспыхивал и гас сигнальный огонь.

Когда мы были на полпути к «Ворону», остров Стража окутался туманом. Туман становился всё гуще и наконец превратился в плотное облако, которое надёжно укрыло остров. Только башня маяка торчала из белых клубов.

— Магия, — уважительно проворчал боцман.

И вот мы снова оказались на «Вороне».

Едва катер подняли на борт, Фёдор Иванович скомандовал отплытие. С лёгким шорохом разворачивались паруса, гудел туго натянутый такелаж, торопливо грохотали по палубе матросские башмаки.

Я спустился в свою каюту и первым делом сварил себе кофе. Сделал глоток и зажмурился от удовольствия — именно этого мне не хватало с тех пор, как мы покинули корабль.

Затем я забрался в душ и долго смывал с себя грязь и морскую соль. Растёрся полотенцем до красноты и почувствовал себя так, словно заново родился.

Фигурка шахматного коня стояла на столе. Я задумчиво дотронулся до неё, и понял, что сейчас не время отправляться домой. Потому что экспедиция ещё не окончена, и ответственность за её благополучный исход лежит на моих плечах.

Зато я мог послать зов Лизе, и сделал это немедленно. У нас было всего несколько минут, и мы не потратили зря ни одной секунды. А ведь это тоже магия, и не такая простая, как может показаться на первый взгляд.

Говорить только о том, что действительно важно.

— Возвращайся скорее, — сказала Лиза. — Я тебя жду.

В этих простых словах было столько нежности, что у меня защемило сердце.

Затем в кают-компании подали праздничный обед. Повар постарался на славу, а Игорь Владимирович собственноручно открыл бутылку игристого в честь нашего благополучного возвращения на борт «Ворона».

Когда перед Севой торжественно поставили блюдо с тушёными щупальцами осьминога, он изумлённо вытаращил глаза:

— Это ещё что такое⁈

— Твоя мечта, дружище, — весело рассмеялся я. — Помнишь, ты хотел попробовать осьминога?

— И попробую, — отважно кивнул Сева.

Он решительно ткнул вилкой в щупальце.

— А неплохо!

— Принесите и мне порцию, — попросил я.

Общими стараниями от осьминога остался только клюв.

В конце обеда капитан угостил всех своим особенным пуншем. С кружкой в руках я вышел на палубу и облокотился на борт.

«Ворон» легко скользил по волнам, попутный ветер наполнял паруса, а прямо по курсу лежали песчаные отмели острова Ветров.

Поздним вечером «Ворон» встал на якорь неподалёку от острова Ветров. А на рассвете капитан Кораблёв прислал мне зов.

— Простите, что разбудил, ваше сиятельство, но дело срочное. Я жду вас на палубе.

Накинув куртку, я поднялся по трапу и удивлённо замер.

В воздухе кружились снежинки. Они суматошно мелькали в свете палубного фонаря и пропадали в темноте.

Я вздрогнул от холода и протёр ладонью заспанные глаза.

— Меня разбудил вахтенный штурман, — озабоченно сказал Кораблёв. — Сразу после полуночи резко похолодало, а сейчас температура уже опустилась ниже нуля, и продолжает падать. Смотрите!

Он дотронулся до палубного ограждения. На дереве блестела тонкая корочка льда.

— Это не просто непогода, Александр Васильевич. Я сначала подумал, что наш профессор опять развлекается с магией, но он уверяет, что даже не думал колдовать. Творится что-то непонятное.

Капитан был прав. Я почувствовал, что магический фон вокруг нас непривычно низкий, как будто магия бесследно улетучивается в какую-то чёрную дыру.

— Сейчас разберёмся, — кивнул я.

Мельком взглянул на заснеженный остров Ветров и послал зов Стражу Магии:

— Что происходит с погодой? Ещё вчера было лето, а сегодня вокруг самая настоящая зима.

— Я здесь ни при чём, Тайновидец, — медленно ответил Страж. — На острове появилась магическая аномалия.

— Откуда она взялась? — удивился я.

— Этого я не знаю. Я не умею разгадывать магические тайны.