— Это большая честь для меня, Ваше Величество, — ответил я.

— В таком случае, позвольте вручить вам верительные грамоты.

Император взял со стола чеканный ларец и передал его мне.

— Этот ларчик сделали лучшие артефакторы. Он не тонет, и даже во время пожара бумаги останутся в сохранности. Приложите палец к замку. Видите силуэт парящего орла? Дотроньтесь до него.

Я прикоснулся к орлиному крылу, и замок звонко щёлкнул. Внутри ларца оказались бумаги, свёрнутые трубочкой и украшенные тяжёлыми печатями на цветных шнурах.

— Что ж, с официальной частью покончено, — улыбнулся император. — А теперь, господа, позвольте пригласить вас на дружеский обед.

Обед у императора — это такое специальное мероприятие, на котором даже самый жизнерадостный человек непременно заскучает. Серьёзные физиономии придворных, торжественная тишина, которую нарушают только приличные разговоры и негромкое звяканье серебряных ложек о тонкий фарфор.

Да и кормили во дворце не так вкусно, как у меня дома или в трактире господина Иевлина.

Я мужественно вытерпел несколько перемен блюд — улыбался, отвечал поклонами на заздравные тосты и даже сам сказал несколько слов. А сам только и думал о том, как вежливо откланяться.

Когда принесли десерт император сжалился надо мной:

— У вас, наверное, много дел, Александр Васильевич? — спросил он.

— Я хочу провести вечер с супругой, — честно ответил я. — Мы уже взяли билеты в Старый театр.

— В таком случае не стану вас задерживать, — улыбнулся император. — Счастливого плавания, и постарайтесь вернуться в этом году.

Я опрометью выскочил из дворца, на бегу посылая зов извозчику. И надо же такому случиться — ко мне снова подкатил тот самый скрипучий мобиль, который вёз меня во дворец.

— Надолго вы задержались, ваша милость, — удивился извозчик. — Я уже трёх пассажиров отвёз. Куда вас теперь доставить? Обратно, на Каменный остров?

— Отвезите меня в Старый Театр, — улыбнулся я.

— Пьесу смотреть будете? — неодобрительно поморщился парнишка. — Дело хорошее, а только я по театрам не хожу.

— Не любите спектакли?

— Не знаю, — пожал плечами паренёк. — У меня на них времени нет, да и денег на билет жалко. Я лучше денежки на дорогу отложу, или своему тарантасу новую запчасть куплю.

— Вы сами ремонтируете мобиль? — удивился я.

— А кто ещё? В мотор не лезу, конечно — там магические плетения, в них я не разбираюсь. А всё остальное сам чиню. Это же не сложнее трактора, ваша милость, тут любой разберётся.

Я дал извозчику щедрые чаевые и поднялся на высокое крыльцо Старого Театра. Швейцар приветствовал меня, как давнего знакомого.

— Мне господин Кастеллано новый мундир выдал, — похвастал он. — И жалованье прибавил. С вашими-то пьесами дела в театре хорошо пошли. Не то, что раньше.

— Очень рад за вас, — рассмеялся я.

— Господин Кастеллано велел предупредить его, как вы приедете, — выдал режиссёра швейцар. — Он вам сюрприз готовит.

— Вот как? — удивился я. — Благодарю, буду иметь в виду.

Сообщение швейцара не помешало мне купить у девушки с корзинкой букет цветов и дождаться Лизу. Я помог ей выйти из мобиля, и Лиза призналась:

— Я боялась, что император задержит тебя на весь вечер.

— Его Величество замечательный человек и всё понимает правильно, — рассмеялся я. — Так что сегодняшний вечер целиком принадлежит нам. Идём!

Мы с Лизой собирались провести этот вечер друг с другом. И у нас получилось, хоть нам и пытались помешать.

Хорошо, что я купил билеты в отдельную маленькую ложу, где мы были только вдвоём. На сцене грохотал гром и сверкали магические молнии, артисты самозабвенно играли свои роли, публика горячо аплодировала.

А Лиза держала меня за руку и грустно улыбалась. Всё, что происходило в театре, не имело для неё никакого значения.

Завтра утром я уеду — вот о чём она думала.

После спектакля господин Кастеллано лично проводил нас в зал для репетиций. Там был накрыт роскошный стол.

Режиссёр усадил нас на почётные места и поднял бокал с игристым.

— Этот спектакль был последним в сезоне, — сказал он. — Мы отлично играли, а репетировали столько часов, что я сбился со счёта. Мадонна миа! Мы заработали целую гору золотых червонцев, и теперь можем отдыхать до самой осени. И всё это благодаря невероятным приключениям господина Тайновидца и литературным способностям его очаровательной супруги. Господа артисты, я хочу выпить за тех, кто дал нам эти магические пьесы. За тех, кто подарил Старому Театру новую жизнь. За господина Тайновидца и его супругу!

Артисты дружно закричали:

— Браво!

По залу поплыл звон бокалов.

— А теперь будем пировать! — со слезой в голосе сказал Марио Кастеллано. — Белиссимо!

Как настоящий итальянец он не собирался скрывать свои эмоции.

Но мы с Лизой выпили только по глотку игристого, а потом сбежали. Хватит ещё на наш век дружеских посиделок, а сегодняшний вечер — он только для нас.

— Пойдём пешком, пока не устанем, — предложила Лиза. — А потом найдём подходящую дверь и вернёмся домой через магическое пространство.

— Давай, — согласился я.

Держась за руки, мы прошагали всю улицу Лунных Фонарей. Потом вышли на набережную, где ветер с реки трепал аккуратно подстриженные кроны молодых лип. Ненадолго заглянули в летнее кафе, чтобы подкрепиться, и отправились дальше.

Летним ветром нас занесло в какой-то пустынный парк. Окна домов давно погасли, на Столицу опустились сумерки, и Лиза призналась мне, что устала.

Вокруг не было ни одной подходящей двери, но это меня не смутило.

— Сейчас случится магия, — пообещал я Лизе.

Потом вызвал извозчика и дал ему серебряный рубль.

Извозчик удивлённо поглядел на меня, а я распахнул заднюю дверцу и крепко взял Лизу за руку.

— Закрой глаза и иди за мной, — шепнул я Лизе.

Она послушно нырнула вслед за мной в тесный салон, и мы оказались на крыльце нашего дома — дверца мобиля сработала как самая настоящая дверь.

Вот, наверное, удивился извозчик, когда его пассажиры пропали прямо посреди улицы!

Ну, что ж, плату за поездку он получил, а от удивления ещё никто не умирал.

Наш особняк тихо спал, и это было просто замечательно. Мы на цыпочках поднялись в спальню, заперли за собой дверь, и окружающий мир окончательно перестал существовать.

Потом Лиза уснула, а я лежал, подперев голову рукой, смотрел на неё и улыбался.

Хорошо бы, эта ночь запомнилась мне навсегда, подумал я.

Опустил голову на подушку и тоже заснул.

Разумеется, магия поспешила выполнить моё желание.

Во сне я оказался на бревенчатом плоту, который плыл прямо посреди океана. По крайней мере, никаких берегов вокруг не было и в помине. Куда ни взгляни — только пологие волны, похожие на серые спины китов.

Волны подкатывали под плот и лениво шевелили брёвна. Сухое дерево тихо поскрипывало. Я заглянул в щель между брёвнами и увидел под собой изумрудную бездну.

А затем почувствовал чьё-то присутствие и обернулся.

На корме плота сидела Хранительница Снов. Она молча смотрела на меня и улыбалась. У ног Хранительницы, опустив голову на мощные лапы, лежал Лунный волк.

Такого я не ожидал. Но уже засыпая, предчувствовал, что произойдёт что-то необыкновенное.

— Здравствуй, Хранительница Снов, — вежливо сказал я. — Ты хотела меня видеть? Что-то случилось?

— Здравствуй, Тайновидец, — ответила Хранительница. — Я хотела с тобой поговорить.

Мой магический дар негромко загудел. Любопытство уже разбирало меня, но я не стал задавать вопросы. К чему, если через минуту я и так всё узнаю?