– Боюсь, что не могу удовлетворить тебя так, как тебе хочется.

– А почему бы не попробовать?

– Да просто… – он замялся, – … мне нельзя напрягаться. У меня вшит биостимулятор.

– Биостимулятор? – обеспокоилась она.

– Разве я не говорил тебе? Два года назад случилась неприятность с сердцем. Ничего серьезного. Но напрягаться врачи запретили.

– Ты мне, Оливер, ничего не говорил.

– Не придавал этому значения.

– Конечно, это имеет значение! Мы поженились. И я должна все о тебе знать.

– Зачем? Что это меняет?

Она почувствовала смятение:

– Да ничего.

«Биостимулятор. Значит, он болен. И может умереть в ее объятиях? О Господи, в какое же положение она попала!» Он встал и подошел к окну.

– Прости, дорогая. Ты права, надо было тебе сказать.

Она постаралась успокоить его:

– А ты не сказал. Однако теперь я знаю. Но заниматься любовью мы можем или нет?

– Можем.

– Тогда иди обратно в постель. Я не настаиваю. Только будь рядом.

Они пробыли на Багамах десять дней, и за это время Лорен поняла, что вышла замуж за человека, не способного жить нормальной половой жизнью. Он хотел доставлять ей удовольствие только по-своему. Это было приятно, но совсем не то, когда два человека становятся единой плотью.

И еще Оливера поглощали дела. Она думала, что, уехав из Нью-Йорка, Оливер сможет отдыхать. Она мечтала, как они подолгу будут бродить по берегу, плавать, нырять, кататься на лодке. Она всем этим и занималась, но в одиночестве, а Оливер все время говорил по телефону.

Как-то опять зашла речь о рекламе для «Марчеллы». Когда Оливер впервые предложил ей сниматься как фотомодели, Лорен категорически отказалась. Но он отказа принимать не хотел. Каждый день он спрашивал, не передумала ли она.

– Я же сказала, Оливер, что я не модель и не хочу ею быть.

– Понимаю, – отвечал он. – Но речь идет не о работе фотомодели вообще, ты будешь представлять только эту фирму. Заработаешь кучу денег, станешь известной и получишь много удовольствия.

Она не соглашалась. Денег заработать было бы неплохо, а вот известность ей ни к чему. Из Нью-Йорка позвонила Пиа:

– Ну как? Берешься или нет?

– Нет, – отрезала Лорен.

– Упускаешь такую возможность. Хотя ты и ничего не теряешь. Да посмотри вчерашнюю «Дейли ньюс». Там фотография этого парня, Ника Эйнджела, того, что тебе звонил. Ты не говорила, что он актер и такой красавец!

Повесив трубку, Лорен нашла вчерашние газеты. В «Дейли ньюс» на пятой полосе был снят Ник с Карлайл Мэнн. Она внимательно разглядела фотографию, а потом прочитала: «Карлайл Мэнн за городом со своим новым партнером, кинозвездой Ником Эйнджелом. Карлайл и Ник снимаются в «Ночном городе», место действия – Нью-Йорк. Говорят, на сцене Ник бесподобен, особенно в постельных эпизодах, а их множество. Дамы, будьте бдительны. Ник может стать вашим новым субботним увлечением…»

Так, Ник снимается в кино! Она едва поверила глазам. Ник Эйнджел – а почему не Анджело? Господи! Так он же профессиональный актер! Он добился того, о чем они вдвоем говорили и мечтали.

Она посмотрела еще раз на фото. И возненавидела Карлайл, что было просто глупо, – ведь она ее не знает. Потом, трижды прочитав заметку, спрятала ее в комод.

Вечером она подошла к Оливеру. Он, как всегда, говорил по телефону.

– Повесь трубку.

Оливер извинился и заслонил микрофон ладонью.

– В чем дело?

– Положи трубку. Мне надо с тобой поговорить. Он извинился и положил трубку.

– Надеюсь, что-нибудь важное? – раздраженно спросил он.

– Да.

– И что же?

– Я согласна.

– На что ты согласна?

– Быть фотомоделью для «Марчеллы». Он так и подскочил:

– Правда?

– Да, Оливер. И моим агентом пусть будет Сэмм. Она

договорится о цене. Он засмеялся:

– Она договорится о гонораре.

– Я стою дорого, – сказала Лорен. – Но пусть платят.

А в Нью-Йорке Пиа вот-вот должна была родить. Лорен поняла, что, если она хочет участвовать в делах «Марчеллы», пора что-нибудь придумывать с «Безграничной помощью».

– Что ты собираешься делать? – спросила она Пию. – У тебя будет ребенок, и за Хауэрдом тоже надо смотреть. Надо, видимо, закрыть наше дело.

– А мне нравится заниматься бизнесом, – отвечала Пиа. – Хотя ты, видимо, права. Времени у меня не будет.

А если ты пойдешь работать на «Марчеллу», то и у тебя тоже.

Как ни печально, но дело придется закрыть.

Затем Лорен навестила Сэмм, которую очень позабавил поворот событий.

– А понимаешь ли ты, дорогая, что многие из фотомоделей будут готовы выцарапать тебе глаза? Скажут, что ты использовала свое влияние на мужа?

– Нет, Сэмм. Как раз он повлиял на меня. Но сделка должна быть грандиозной, иначе я не участвую.

– Вот это мне нравится, – кивнула Сэмм. – Ты разрешаешь мне заключить сделку века?

– Именно этого я и хочу, – улыбнулась Лорен.

– А если они не согласятся, я спокойно удалюсь?

– Именно так.

– Вот такие девушки мне нравятся.

Вечером Оливер пришел домой в полном изумлении:

– Ты в своем уме? Запросила гонорар больший, чем первоклассная модель!

– Да ведь это, любимый, была твоя идея, не моя. Хочет «Марчелла», чтобы я представляла ее, – пусть платит.

– Подумать только, что я женился на такой деловой женщине, – покачал он головой.

– И будь добр, не забывай, пожалуйста, что это все придумала не я.

– Я говорил с «Марчеллой», – сказал Оливер. – Они знают мои рекомендации, и я сделал им еще несколько предложений. Решать будут они.

– Хорошо, – сказала Лорен. – А вообще-то мне все равно.

Но в глубине души ей было не все равно. Ей хотелось добиться известности. Вот как добился Ник Эйнджел. Она не хотела отставать. Она хотела стать знаменитой, как было суждено ему.

67

– Тебе нужен агент по рекламе, – сказала Фрэнсис.

– Для чего? Меня и так рекламируют. О Карлайл и обо мне все время пишут.

– Надо, чтобы кто-то создал твой имидж, и очень значительный.

– Об этом сейчас забудьте. У меня же нет на это денег.

– А что сталось с авансом, который ты получил, так глупо подписав контракт, не послушавшись Мины?

Ник пожал плечами:

– Мой друг попал в беду. Нужны были деньги.

– Очень мило, – Фрэнсис поглубже затянулась. – У тебя доброе сердце.

– Всегда считал, что друзьям надо помогать, – и он бросился в кресло. – Разве нет?

– Ты действительно добрый человек, – с удивлением заметила Фрэнсис.

– Я так понимаю, что агента вы для меня уже нашли, – сказал Ник и потянулся за сигаретой – теперь он пустит дым ей в лицо.

– Согласись, что мои рекомендации приносят тебе успех, – ответила Фрэнсис. – Твои новые фотографии великолепны, и Мина сделает для тебя все, что может, и делала бы еще больше, не свяжи ты ей руки этим смехотворным договором.

Ника прямо передернуло.

– А что смешного, если я подписал соглашение на съемку еще в одном фильме? Из-за чего шум?

– Ты должен разбираться в людях, – ответила строго Фрэнсис. – Судя по всему, когда фильм «Ночной город» выйдет на экраны, ты станешь очень популярен. В это время и надо действовать. Но ты теперь связан с прежними постановщиками, и Мина ничего не сможет для тебя сделать.

– Ну, Фрэнсис, я же не совсем полоумный. Я же не буду сниматься сразу же, как только закончу с этим фильмом. В одном пункте сказано, что я могу делать что хочу, если они не будут готовы к сроку. Все в порядке.

– Значит, ты решил быть сам себе юристом?

– Вот об этом и надо поговорить. Вы можете порекомендовать мне хорошего юриста?

– Завтра вечером состоится вечеринка с коктейлем, – сказала Фрэнсис. – Ты меня туда отвезешь. Там будет несколько юристов. Ты сможешь спокойно с ними поговорить.

– Не знаю, смогу ли я завтра вечером. Фрэнсис недовольно взглянула на него:

– Не думала, Ник, что ты быстро забудешь о нашем с тобой договоре.