Не иначе, как что-то выдало мой изучающий взгляд, потому что палец Хирузена дёрнулся на миллиметр, и я силой заставил своё тело слушаться, задавив на корню инстинктивный позыв вскинуть Кубикирибочо для защиты. Судя по тени улыбки на лице старика, он заметил мою реакцию. Шалость удалась.

Немощный старик. Тоже мне. Любой шиноби, что сумел дожить до семидесяти вызывал у коллег нехилую опаску, и не без причины.

Он только что ювелирно выцедил сконцентрированную каплю жажды убийства, и послал её мне микроскопичным движением, обойдя всех, кто стоял рядом. В таком мизерном объёме его Намеренье не могло причинить вред. Всего лишь напоминание о моём статусе гостя. Но то, с каким мастерством он это провернул… Каким чётким получился его посыл…

Цуна сощурилась, посмотрев на учителя, как на нашкодившего кота. Она оказалась единственной, кто заметил нашу интеракцию. Хирузен откашлялся, собравшись.

— С возвращением, команда Семь. И добро пожаловать домой, Цунаде, Шизуне-чан, — сказал он тепло. — Я безумно рад, что вы вернулись в Лист в целости и сохранности, — обратился он к джонину, наклонив голову. Его взгляд нашёл Сакуру, опустившую голову. — …По большей части. Не переживай, девочка. Лист не бросает своих. Я не ожидал, что мне придётся объяснять вам эти детали так рано, но у судьбы были свои планы. Ваш статус полноценных генинов даёт вам полный доступ к услугам нашего госпиталя, что содержится на ваших налогах. Не бойтесь обращаться туда, если вам требуется медицинская помощь. Разумеется, если вы уже не договорились с Цунаде-чан, — добавил он с усмешкой, посмотрев на бывшую ученицу.

— Что-то вроде того, — кивнула она.

Хирузен перевёл взгляд на джонина, посерьёзнев.

— Я получил твоё сообщение, Какаши. Я ожидаю отчётов от тебя и твоих подопечных этим вечером, когда вы немного отдохнёте и прийдёте в себя.

— Ой, дедуль, не нуди, какие ещё отчёты? — заныл Наруто, за что тут же получил синхронную оплеуху от напарников. — Ай, да чё я-то?! Как будто вам хочется!

— Ранг вашей миссии оказался под большим вопросом, — мягко пояснил Хокаге, держа в руках свиток. — С одной стороны опасность, которой вы подверглись, исключает всё, что ниже S…

— S-ранг? Какая крутотень! Слышал, Саске?!

— …Но с другой, без помощи со стороны миссия гарантированно закончилась бы катастрофой. Кроме того, остаётся вопрос оплаты, так как Тазуна явно соврал нам. Поэтому я приму окончательное решение лишь тогда, когда прочту ваши детальные отчёты. Так понятней, Наруто? — добавил старик с улыбкой.

— Ну да… — тяжело вздохнул мальчик, тыкая носком сандалий пол.

— Тогда ваша команда свободна, — махнул рукой Хирузен. Команда Семь разрозненно поклонилась, и вышла из дверей, не без взглядов в нашу сторону. Наруто громко и продолжительно прощался, пока его силком не вытянули вслед за командой. Мы договорились заранее, что встретимся позже, чтобы, по крайней мере, записать Сакуру на лечение у Цунаде, поэтому долгие прощания не имели смысла, но у блондина, видимо, имелось другое мнение на этот счёт.

На короткий момент в офисе воцарилось напряжённое молчание.

— Двадцать лет, — сухой голос старушки справа от Хокаге разорвал тишину. — Двадцать долгих лет, залитых алкоголем и азартными играми. Ты сполна воспользовалась жалостью Хирузена, что так и не смог заставить себя подтвердить твой статус нукенина, девочка.

— Кохару, пожалуйста… — тяжело вздохнул Хирузен, но его прервал другой голос.

— Она говорит лишь правду, старый друг, — сказал пожилой мужчина в очках. — Цунаде силой порвала все связи с деревней, забрала с собой никем не приходящуюся ей куноичи, и скрылась с лица земли. Разбазаривая деньги, что её клан копил целыми поколениями, прожигая как свою, так и жизнь подопечной. В любой момент ты мог закрыть дверь с нашей стороны, серьёзно усложнив ей жизнь, возможно, заставив одуматься, но ты не стал этого делать.

Шизуне вскинулась было, когда разговор зашёл о ней, и собиралась возразить, но Цуна остановила её спокойным жестом руки.

— Вы закончили? — спросила она скучающим тоном.

— Нет, что ты, — язвительно улыбнулась Кохару. — После двух десятилетий, отрёкшись от родного дома, где без твоих умений погибло в сотни раз больше людей, чем ты потеряла близких, мы узнаём, что ты прохлаждаешься, играя в подростка и совращая юнца раза в три младше себя. Нукенина, хоть, слава богам, и не нашего. И теперь, вдоволь нагулявшись, у тебя хватило наглости вернуться назад, как ни в чём ни бывало?

— Бабуль, если тебе завидно, то так и скажи, не нужно всех этих витиеватостей, — презрительно хмыкнула Цуна, так и не посмотрев в сторону советницы. Девушка сверлила взглядом старого учителя, который явно имел проблемы с тем, чтобы встретить её глаза, сдвинув свою шляпу поглубже.

— Да как ты смеешь, соплячка! — покраснела от гнева Кохару, вскочив из-за стола.

— То есть, часть с нукенином ты не отрицаешь? — спросил пожилой советник, поправив очки.

— Хаку никогда им и не являлся, — отмахнулась Цуна, скривившись. — Нельзя сбежать оттуда, где никогда не был. Вы лучше меня знаете, что награда не определяет статус.

— Хмф. Оправдания за оправданием, — процедила Кохару, усевшись обратно.

— Хватит, — ударил ладонью по столу Хирузен. В офисе вновь наступила тишина. Вздохнув, Хокаге продолжил: — Прости меня, Цунаде. Это не суд, и мы не присяжные. И прости резкие слова Кохару и Хомуры. Ты знаешь, что они всей душой болеют за благо Листа. Их слова вызваны не желанием уязвить, а болью потерь. Я же просто рад, что ты решила вернуться, какова бы ни была твоя причина.

Как гладко стелет-то, а? Однако он не прерывал своих советников, когда те перечисляли многочисленные претензии верхушки Конохи. Дал им бросить камень, вмешавшись лишь потом, как бы на стороне Цунаде.

Ситуацию усложнял тот неудобный факт, что их претензии имели вес.

Но признание вины означало бы уступки, а Цуна, что бы она сама не чувствовала по этому поводу, прекрасно понимала, как вести переговоры.

— Я уже долгое время раздумывала о том, чтобы вернуться к активной практике, — поведала девушка, сложив руки под грудью. — Мы путешествовали по стране Огня в поисках интересных болезней и недугов. И так уж вышло, что мы наткнулись на бой Какаши, гремевший на километры вокруг. Я не могла пройти стороной. Слишком знакомо это всё звучало. Я даже опасалась, что кто-то развязал очередную войну. Но что я обнаружила? Двое нукенинов S-ранга, что разделали бы под орех и Хатаке, и последнего Учиху… Вы бы узнали об этом только когда на чёрном рынке продали бы их глаза.

Лица пожилых шиноби помрачнели, а Кохару выглядела, будто съела лимон.

— Когда я привела в порядок Какаши, мне в голову пришла идея — почему бы не навестить родную деревню? В деревне шиноби всегда можно найти интересные случаи, а Шизуне как раз соскучилась по дому. Мой Хаку даже изъявил желание присоединиться к Листу со мной за компанию, если я вдруг решу пустить здесь корни. Последний известный Юки, с улучшенным геномом и одним из Семи Великих Мечей Тумана… Известный актёр, по которому так и плачут дипломатические миссии. Мастер печатей. …Однако, если мы вам не нужны, и моё присутствие настолько портит ваше хрупкое настроение, просто так и скажите, — радостно добавила Цуна. — Мадам Сидзими недавно писала мне, что готова платить пятьдесят миллионов рё в год, если я соглашусь работать на неё личным доктором.

— П-пятьдесят?! — чуть не подавился Хомура, безуспешно попытавшись вернуть самообладание.

— И ещё пятьдесят сверху, — хищно улыбнулась блондинка. — Для Хаку и Шизуне. Потому что они милые, видите ли.

Мне показалось, что в глазах Хирузена промелькнула тревога. Он осознал, что допустил ошибку, позволив советникам говорить.

Ещё бы. Он уже видел светлое будущее, где сможет, наконец-то, уйти на покой. Без страха, что не найдётся достойного преемника, что не позволит Конохе прийти к краху. Только сейчас до него дошло, что решение Цунаде остаться было вовсе не гарантированным, и висело на волоске.