— Альберт… — обратился он к своему новому соратнику. — Послушайте меня. Сейчас, когда вы решили отказаться, я окончательно понял что выбрал абсолютно верную кандидатуру для руководителя нового рейхсминистерства. Понимаю что вы сейчас испытываете. Поверьте, всё чем я руководствуюсь на посту рейхсканцлера — это работа на благо Германии и всего немецкого народа! И я знаю что именно эти же соображения помогают и вам. Мы все, те от кого зависит жизнь множества людей, должны сделать всё от нас зависящее чтобы устранить угрозу еврейства, большевизма и власти Лондона, Парижа, Москвы! Конкретно же от вас, Альберт, мне нужно одно — дайте нашим солдатам и офицерам самое лучшее оружие! То которое принесёт нам победу и сможет сохранить жизни великого арийского народа! Я перебрал множество вариантов и никто из них не смог бы сделать лучше то что предназначено именно вам! Поэтому я не приказываю а прошу… Альберт, мне нужна ваша помощь! Мне нужен ваш ум, ваши идеи, ваша способность работать ради безопасности Германии! Судьбы немецких женщин и детей теперь зависят и от вас тоже! Неужели допустите чтобы они стали погибать из-за того что вы не до конца уверены в себе? Я не верю в это, Альберт! Я знаком с вами уже много лет и вы ни разу не дали мне повода усомниться в ваших способностях! Вы всегда справлялись с поставленными задачами, притом не только в срок но даже опережая его! А ваши идеи принесли нашей стране много полезного. Вы опасаетесь что вам не хватит опыта? Но вы сами сказали что у вас есть множество хороших помощников. Вот и используйте их опыт пока сами не вникнете в дело! Пусть они работают а вы давайте им правильные задачи. Я сам тоже не во всём разбираюсь но не стесняюсь слушать советы..
Гитлер, всё-таки, не выдержал, встал из-за стола и подошёл к Шпееру.
— Альберт, на самом деле для меня важен лишь один вопрос: готовы ли вы работать для нашего народа в любом месте и любой должности для того чтобы принести ему максимальную пользу, не щадя себя и своего времени? Если да… То перед вами откроются все двери а моё доверие всегда будет помогать вам в работе. А если нет… То это будет для меня серьёзным разочарованием в вас. В такие великие времена, когда Рейх переживает серьёзные трудности и ему нужны такие люди как вы… Отойти в сторону это значит трусость и дезертирство, Альберт! Я не верю что вы сможете это сделать! Только не тот Шпеер которого я знаю!
Мужчина, молчавший всё время пока фюрер говорил с ним, медленно встал. Лицо его стало спокойным, глаза перестали бегать от волнения и смотрели прямо в лицо Гитлеру.
— Вы были правы, мой фюрер. Я поддался сомнениям, большая ответственность на минуту оглушила меня… Прошу прощения, такого больше не повторится! Я готов работать на пользу нашему народу везде куда вы меня поставите, мой фюрер! Обещаю, что приложу все силы чтобы оправдать ваше доверие и не подвести Германию!
— Благодарю, Альберт! — крепко пожал ему руку Гитлер. — Я знал что вы справитесь с этим!
— Только у меня вопрос, мой фюрер… — на миг заколебался Шпеер. — Но ведь сейчас этот пост занимает сам господин Тодт? Он работает всего полтора месяца. Неужели..
— Уже нет, Альберт! Фриц полностью сосредоточится на военно-строительных вопросах, я уже говорил с ним вчера. В вопросах техники и вооружения он смыслит не больше вас но у него нет вашей интуиции, работоспособности и желания инициативы а здесь нужны именно эти качества. Поэтому я принял решение разделить его обязанности и часть из них передать вам.
— Теперь я понял, мой фюрер! — задумчиво кивнул новоиспечённый министр. — Что ж, тогда не буду терять времени. Разрешите идти?
— Идите, Альберт! — разрешил Гитлер, продолжая тепло ему улыбаться. — Возьмите вот эту папку. Там все перспективные данные о новых броневиках, танках, самолётах, орудиях, стрелковом вооружении и других специальных проектах. Внимательно изучите их, посоветуйтесь с компетентными людьми в наших фирмах, выполняющих военные заказы и через несколько дней жду вас на доклад. Расскажете что из всего этого возможно сделать в самые краткие сроки а на что нужно время. Нужные люди, ресурсы, мощности… Вашим требованиям будет дан приоритет. "Вермахту", СС и "Люфтваффе" как воздух нужны новая техника и вооружение, поэтому держите эту папку при себе а сведения из неё оглашайте только тем кому полностью доверяете. Конечно, представители гестапо помогут вам в этом деле, но всё равно, будьте осторожны, Альберт! За каждую страницу этой папки любой шпион многое бы отдал..
— Я понимаю, мой фюрер! — Шпеер аккуратно взял папку и посмотрел на неё с некоторым уважением.
Снова обменявшись рукопожатиями, Альберт покинул кабинет Гитлера и тот снова уселся за стол. Вот и вторая проблема решена. Что теперь? Вчера вечером вернулся из Токио японский посол в Германии Осима и привёз письмо своего императора. Среди высокопарных слов и цветистых выражений восточный союзник проявил вежливый интерес к новой информации но не обещал ничего конкретного. Чёртовы азиаты! Снова пытаются отвертеться от решительных действий! Конечно, до русского вопроса время ещё есть но всё равно надо усилить действия в этом направлении! Возможно, стоит передать им информацию о новом немецком танке "Pz. IV H"? У японцев дерьмовые танки и когда они схватятся с русскими "Т-34" им понадобятся серьёзные аргументы против них. Передать им документацию, например, и лицензию, послать в Японию группу инженеров-конструкторов… Не самых лучших, конечно. В принципе, идея неплохая… Чем лучше вооружишь союзника тем больше неприятностей он сможет доставить твоему врагу. С другой стороны, сегодняшний союзник может завтра стать врагом. Хотя… когда это случится, к этому времени у Германии уже будут совсем другие танки.
Гитлер усмехнулся. Пока всё идёт неплохо… А совсем скоро он сможет сполна расплатиться с Францией за Версальское унижение. Осталось уже совсем немного времени для возвращения давнего немецкого долга, который навесили на его страну в обычном железнодорожном вагоне..
Москва. Кремль.
1 мая 1940 года. Вечер.
Лаврентий Берия.
И снова в кабинете Вождя собрались гости. Да, сегодня праздник, советские люди, утром прошедшие многочисленными демонстрациями по улицам столицы, продолжают отмечать 1 мая, только уже у себя дома и во дворах. Увы, но люди на самом верху редко когда могут позволить себе такое, слишком большая ответственность лежит перед ними за безопасность тех кто сейчас празднует. Мельком посмотрев в окно, Лаврентий заметил что на Красной площади продолжают гулять множество людей с флажками и воздушными шариками, группами и по одиночке. Порядок по всей Москве обеспечивали не только милиция в своей синей форме но и его подчинённые, одетые по парадному.
Сам Берия, вместе со Сталиным и членами правительства, утром стояли на мавзолее и махали руками трудящимся, проходившим внизу мимо них. Гремела музыка, говорились речи, ветер трепал красные знамёна с лицом великого Ленина… Всё было красиво и торжественно. А сейчас, вечером, снова началась работа, которая не прерывается даже на праздники.
На этот раз Сталина почтили своим присутствием несколько человек, тех от кого зависит производство артиллерии Красной армии. Прежде всего это был Ванников Борис Львович, нарком вооружения СССР. Компанию ему составили конструктор Иванов Илья Иванович и, по словам Александра, "легенда и отец советской артиллерии" Грабин Василий Гаврилович.
Берия уже в который раз кратко рассказал о освобождении множества талантливых конструкторов и оружейников из заключения, напомнил про подписки о неразглашении и новом режиме работы и охраны. По его наблюдениям, Иванов и Грабин всё восприняли положительно и понимающе.
— А теперь, товарищи, открывайте свои папки и изучайте то что там написано и нарисовано. Все пояснения я дам после того как вы прочитаете последнюю страницу. Начинайте! — распорядился Лаврентий и посмотрел на Сталина, который, по своему обыкновению, удобно устроился за столом в стороне и, попыхивая трубкой, изучал какие-то документы.