— Зато мне это иногда удаётся, — усмехнулся я. — Что ж, придётся самому познакомиться с этой аномалией.

Капитан Кораблёв нервно расхаживал по палубе.

— Страж говорит, что на острове появилась неизвестная магическая аномалия, — сказал я. — Прикажите спустить катер, Фёдор Иванович. Я отправляюсь на остров.

— Одного я вас не отпущу, — нахмурился капитан. — Высадимся на нескольких шлюпках. Даже не спорьте, ваше сиятельство.

— И не подумаю, — улыбнулся я. — Готовьте шлюпки.

Пока матросы скалывали лёд с блоков и готовили шлюпки, мы с Севой Пожарским успели выпить кофе в моей каюте. Разумеется, Сева отправлялся с нами, он бы никому не доверил свой «пастух ветров».

Капитанский катер мягко опустился на воду и закачался на волнах. Я опустил руку за борт — вода оказалась обжигающе-холодной. В ней плавали крошечные льдинки, они уже начали смерзаться.

Мы с капитаном устроились на носу катера. Напротив меня сидел молодой офицер с тонкими тёмными усиками. На коленях он держал небольшой чемодан.

Я вспомнил, что видел этого офицера в кают-компании, но не говорил с ним.

— Кажется, мы с вами не знакомы? — сказал я.

— Корабельный целитель Яков Григорьевич Быстров, — улыбнулся офицер. — Счастлив познакомиться, ваше сиятельство.

Катер шёл к острову, за нами медленно продвигались шлюпки. Вёсла тяжело хлопали по воде.

— Похоже, нас встречают, — сквозь зубы сказал Кораблёв.

Он сидел вполоборота и внимательно вглядывался в берег.

Я тоже обернулся и увидел, как на заснеженном берегу двигаются тёмные точки.

Последние метры дались нам с большим трудом. Вода возле берега замёрзла, и матросам пришлось проламывать лёд баграми. Всё это время люди на берегу молча смотрели на нас.

Угрюмое выражение их лиц не обещало лёгкого разговора.

Когда мы высадились, толпа шевельнулась, и вперёд выступил мой старый знакомый — Федот Глебычев. Пасечник был без шапки, в его русой бороде белели снежинки. Федот с горькой обидой смотрел на меня.

— Ты снова явился, чтобы окончательно нас погубить? — спросил он. — Зачем ты послал на нас зиму? Огороды, ульи — теперь всё замёрзнет. Траву засыплет снегом, мы не сможем пасти коз и умрём от голода. Зачем? Что мы тебе сделали?

Несправедливые слова Федота задели меня за живое. Я не злился на этого простодушного человека, но слышать подобное неприятно.

Жители острова теснились за спиной Федота. Я заметил, что кое-кто из них сжал кулаки. Оружия у них не было, это меня немного успокоило.

Капитан Кораблёв встал рядом со мной. Матросы окружили нас, готовясь дать отпор в случае нападения.

— Непогоду вызвала магическая аномалия, которая появилась на вашем острове, — резко сказал я. — Нужно найти её как можно скорее. Вы хорошо знаете остров, может, кто-то из вас заметил что-нибудь необычное? Если вы что-то видели, не молчите. Я хочу помочь вам.

— Ты врёшь, — неуступчиво возразил Федот. — Старец Филарет говорит, что задумал нас погубить. Остановись, колдун! Оставь в покое старца Филарета! Пощади хотя бы наших детей, иначе магия накажет тебя!

При этих словах женщины крепче прижали к себе ребятишек.

Они что, вообразили меня людоедом⁈ Впрочем, сейчас это было не важно.

— Старец Филарет жив? — нахмурился я. — Где он?

Я не знал, что именно случается с человеком, который умер во сне и выжил в реальности. Но совершенно точно мог сказать, что с ним не происходит ничего хорошего.

Чудом выживший старец запросто мог оказаться причиной магической аномалии.

— Пропустите меня к старцу Филарету, — потребовал я.

Федот бесстрашно шагнул вперёд.

— Ты не пройдёшь, колдун! Сначала тебе придётся убить меня!

— Я не собираюсь никого убивать, — с досадой поморщился я. — Ни тебя, ни вашего распрекрасного старца. Просто пытаюсь вам помочь. Скажи, старец изменился с того дня, когда мы сбежали?

— Он тяжело болен, — подтвердил Федот. — Но тебе не удалось его убить. И не удастся.

— Магическая аномалия случилась из-за болезни старца, — твёрдо сказал я. — Пропусти меня, я попробую ему помочь. Я пойду один, мои люди будут ждать меня хдесь.

— Одного я вас не отпущу, — вмешался в разговор Кораблёв.

— Не время спорить, Фёдор Иванович, — сквозь зубы пробормотал я. — Поверьте на слово, они не смогут мне повредить. Ждите возле шлюпок и готовьтесь отплыть в любой момент.

Я видел, что Федот колеблется. В его представлении такой могущественный колдун, как я, мог вылечить старца.

— Хорошо, я сам отведу тебя, — неохотно сказал Федот.

Яков Быстров неожиданно шагнул вперёд.

— Я корабельный целитель, — объяснил он Федоту. — Если на острове есть больной, я должен его осмотреть.

Я хотел возразить, но Быстров был настроен решительно:

— Я давал клятву целителя, и не оставлю больного без помощи.

— Хорошо, — кивнул я. — Держитесь ближе ко мне и при опасности слушайтесь беспрекословно.

Матросы во главе с капитаном остались на берегу, а меня и целителя повели в деревню.

Снег шёл, не переставая. Становилось всё холоднее, я поднял ворот куртки и засунул руки глубоко в карманы.

Я старался вести себя спокойно, а сам внимательно прислушивался вк эмоциям жителей острова. Они здорово побаивались меня, и это внушало надежду. С другой стороны, если страх станет слишком сильным, то они могут наброситься на нас.

Я покосился на Быстрова. Целитель шёл, словно на прогулке, и небрежно помахивал чемоданчиком с зельями. Его выдержка внушала уважение.

— Давно вы ходите в море? — спросил я.

— Это мой первый рейс, — усмехнулся Быстров. — Я служу в Воронцовском госпитале, помогаю господину Горчакову.

Мы подошлди к дому старца Филарета. Жители острова остановились, а Федот поднялся с нами на крыльцо. Дотронувшись до двери, я облегчённо вздохнул — теперь я мог в любой момент увести целителя через магическое пространство.

Нам открыла заплаканная Марфа. Когда девушкка увидела меня, её глаза испуганно округлились.

— Проводи нас к старцу, — хмуро сказал ей Федот. — Идём, колдун. Посмотришь, что ты натворил.

Старец Филарет лежал в постели.

Я не узнал крепкого и властного человека, который всего несколько дней назад собирался подчинить меня и стать Стражем Магии.

Теперь я видел перед собой дряхлую развалину.

— Что тебе нужно? — прохрипел старец, увидев меня. — Убирайся!

В его воспалённых глазах появился дикий блеск. Старец приподнялся на локтях, но тут же рухнул обратно на подушки. Сил у него совсем не осталось, этот человек держался на чистом упрямстве.

Или не в одном упрямстве дело?

Мой магический дар негромко загудел, и я почувствовал потусторонний холодок, которым тянуло от старца.

Этот человек почти перешагнул Грань, но судорожно цеплялся за жизнь. Стараясь продлить своё существование, Филарет жадно пожирал магию, но она всё равно утекала, как вода утекает сквозь пальцы.

Мне даже не нужно было прислушиваться к его эмоциям. Ужас и безумие буквально сквозили из его распадающейся души.

Целитель поставил свой чемодан на пол, придвинул табурет и взял Филарета за худую руку. Старец попытался выдернуть её, но у него не было сил.

— Крайнее магическое истощение, — озабоченно сказал Быстров. — Этот человек поглотил лсишком много магии, куда больше, чем позволяет его магический дар. Тперь он умирает. Что с ним произошло?

— Он уже умер, только во сне, — объяснил я. — Не пережил встречу с Лунными волками.

— Понятно, — кивнул целитель. — Боюсь, что сейчас я могу только облегчить его страдания. Его нужно доставить в госпиталь, и как можно скорее, там у него будет шанс. А пока я могу дать ему сонное зелье.

— Нет! — захрипел Филарет. — Нет! Я не стану его пить!