Щелкнув пальцами перед моим носом, Астар фактически снял с меня морок наваждения. Последнее, что я услышала, покидая площадку и не сводя глаз со своей волшебной ладони, это слова профессора Карнайна:

— Проект Астара Харавии стал лучшим не только по итогам этого года, но и лучшим за всю историю академии!

Смотритель питомника оцепенел, когда мы заявились к нему с драконом.

— Пора увольняться, — озвучил он первую мысль, не представляя, куда определить нашего чешуйчатого подопечного.

Пришлось в срочном порядке искать ключи от отдельного помещения, в котором когда-то содержались крупные фамильяры. Оно было просторным, светлым, проветриваемым. Стены покрыты негорючей краской, а металлическую дверь ничем не вынести.

Другие существа восприняли дракона в штыки. Одни ершились, другие скулили, третьи плевались ядом, так что собственные апартаменты ему как раз подошли.

Астар распорядился, чтобы дракона обеспечили едой, водой, лежанкой и игрушками, заодно предупредил, что несколько раз в день будет его навещать.

— Ты так и не дал мне его погладить, — рассердилась я, когда уставшего малыша заперли в одиночестве.

— У тебя кожа лишняя? Хочешь волдырями покрыться? — резко спросил Астар.

— Он не причинит мне вреда, я же его приручила.

Этот интриган вдруг рассмеялся — громко и раскатисто:

— Айви Дэш, я тебя умоляю! Его приручила не ты, а я!

— Мы оба!

— Еще не поняла? — Он пристально посмотрел мне в глаза, теперь лишь хищно скалясь. — Ты была нужна лишь для эффектной картинки. Благодаря тебе отныне меня считают сильнейшим из сильнейших. Я не только свой дар развил до недосягаемости, но и вознес вверенную мне ученицу. Лови звезды и помалкивай, укротительница.

Шок, обида, разочарование — все это превратилось в один мощный удар. Безотрывно глядя на Астара, я все ждала, когда он скажет, что это шутка, но его лицо становилось все серьезнее.

— Но ведь это я дочь дракона!

— А во мне течет кровь дракона. Спустись с небес, Айви Дэш. Этот проект я начал готовить задолго до твоего появления в академии. Я шел к нему годами. С тех пор, как узнал, что дед моей бабушки был изгнанным с родных земель драконом, я исследовал влияние гена предков на поколения вперед. В прошлом году я выяснил, что память крови имеет силу, и определился с темой летнего проекта. Ты к нему имеешь самое посредственное отношение.

— То есть… ты — дракон?

— Нет, я боевой маг с даром подчинения драконов.

— Но ты говорил, что в истории упоминаются драконьи наездницы! — не теряла я надежду на собственное могущество.

— Это правда. Но я не говорил, что ты — одна из них.

— Зато ты обещал мне этого дракона!

— Если ты его подчинишь. А ты этого не сделала, — улыбнулся он. — Неужели ты думала, что я из-за тебя изучал драконов? Кто ты такая, Айви Дэш? Ты всего лишь бездарная дочь нищего лорда с раздутым самомнением.

Не совладав с собой, я в тот же миг влепила ему звонкую пощечину. Да такую увесистую, что ладонь зажгло огнем.

Астар повел челюстью, скрипнул зубами и уколол меня враждебным взглядом.

— Будем считать, что это моя благодарность за твою услугу! — бросила я ему с яростью. — Надеюсь, когда твой обман раскроется, с тебя снимут звание мага первой категории.

Больше не желая ни видеть, ни слышать его, я вернулась на трибуну.

Шумно обсуждающие произошедшее студенты даже не поредели. Занятия у всех закончились, а профессора никого не прогоняли. Только первый курс боевых магов покинул трибуну, освобождая места для девушек в красном, которые вслух размышляли, смогут ли любовные маги превзойти боевых и особенно Астара Харавию. Произнося его имя, они краснели и хихикали, а потом шушукались о том, какие у него красивые глаза, мурашечный голос и божественная улыбка. Некоторые не скрывали своего желания потрогать его пресс, а другие и вовсе обещали приворожить его. На остальных боевых магов они даже не смотрели, несмотря на сыплющиеся им комплименты.

Но те довольно быстро переключились на меня, обступив со всех сторон, делясь впечатлениями, поздравляя и набиваясь в друзья. Самыми активными в этом вопросе, естественно, были те, кто не так давно громче всех смеялся и подшучивал надо мной. Не усидела на месте и Корделия Гицур, отпихнув от себя подружку и сказав мне:

— Я была к тебе несправедлива. Но еще же не поздно подружиться?

Однако я обломала все ее надежды:

— Поздно.

Комиссия во главе с Авенирой Делавэль не сразу приступила к рассмотрению следующих проектов. Они еще долго дискутировали о докладе Астара и решали, какие шаги теперь предпринять. Но никто так и не задался вопросом, как боевая магия Астара помогла мне подчинить дракона. Дебаты свелись к совещанию, назначенному на завтра, а сам доклад вместе с протоколом передали господину Джаладри на хранение.

К тому времени, когда директор Делавэль поприветствовала любовных ведьм и представила им группу старшекурсников, у меня голова шла кругом от нового приступа славы. Но должного удовлетворения она не приносила. Ведь вышло, что я всех облапошила…

Начало смеркаться. Декан Карнайн, применив магию, зажег факелы, и в столь романтичной атмосфере треска огня и пения сверчков ведьмы приступили к воплощению своих идей.

Из-за запретов Авениры Делавэль на публичное проявление чувств всем хотелось хоть немного страсти. Поэтому студенты удобно устроились на газоне во дворе, облепили фонтан, а самые отчаянные залезли на деревья, чтобы лучше видеть любовную ворожбу.

Кто бы сомневался, что практики ведьм сведутся к ритуалам на изгнание одиночества, избавление от депрессии, верность, присушку с живой материей, любовь свекрови, зазывы стихий. Одна из экзаменующихся хотела доказать, что сделала своим любовником духа, но директор Делавэль пресекла ее попытки, ограничившись насыщенным докладом. Ту смутил пункт о неисчерпаемом плотском голоде духа, и она решила не развращать публику непристойными процедурами. Многие разочарованно завыли, а я догадалась, что это была уловка. Девушка откровенно обдурила всех, не влюбляя в себя никакого духа. Она знала, что ей запретят демонстрировать подобный проект, написала красочную историю, получила за нее оценку и со спокойной душой и коварной улыбкой отправилась готовиться к выпускному проекту.

Впрочем, директор Делавэль останавливала многих ведьм посреди работы, считая, что этого достаточно. Ничего экстраординарного мы так и не увидели, пока не появился эльф. Ради поддержки сородича Митрандиил даже вернулся на свое место и оповестил нас, чтобы мы забыли увиденное ранее, настоящее чудо еще впереди.

Молча покивав ему, мы, конечно же, понимали, что это скрип отчаяния. Пусть Астар частично надул всех нас, но ничего блистательнее уже никому показать не под силу.

Эльф по имени Тильвалас Данверт, в совершенстве владеющий словом, представил комиссии зеркало судьбы, способное отвечать смотрящемуся на ряд вопросов. Например, зеркало можно попросить показать суженого или свою первую любовь, если вы с ней разлучены, но очень интересно узнать, что с тем человеком. Если у потребителя дурные намерения, то зеркало не даст ответа. Также у него не может быть хозяина.

Разработка никого не удивила. Все знали, что отражениям нельзя доверять. Все-таки они показывают мир в перевернутом виде и склонны к розыгрышам. Но Тильвалас настоял на демонстрации зеркала в действии.

Эльф рассчитывал, что Авенира Делавэль согласится испытать его на себе, но пришлось довольствоваться малым — добровольцами из числа первого курса, выстроившимися в длинную очередь. Юным красавицам не терпелось увидеть суженых. К сожалению, не все остались довольны ответами. Некоторые уходили возмущенными, другие — вообще в слезах. Что показало или рассказало им зеркало, нам было неведомо. Ведь ответ видел и слышал только смотрящий.

В конце концов, у директора разыгралось любопытство, но она не рискнула беседовать с зеркалом прилюдно, а наказала Тильваласу позже занести его в ее кабинет.