О смерти короля в баронстве узнали около месяца назад, и мысль, что падчерица вознеслась настолько высоко, что ей подарил танец будущий король, привела баронессу в такое волнение, что дама чуть не прослезилась.
Не был обижен вниманием и месье Шерпиньер: баронесса без конца подкладывала ему самые лакомые кусочки, ведя себя так, как будто и жареные перепелки, и лусийское вино, и зимние фрукты – самые обычные блюда на её столе.
Николь эти манеры по-прежнему казались глупыми, а сейчас, после небольшого отчёта, выслушанного от Евы, ещё и нелепыми. Самым же нелепым в этой ситуации было то, что месье Шерпиньер прекрасно знал, в какой нищете проводит остальные дни баронесса: даже платье, которое прекрасно сидело на мадам Милене, он выбирал в Парижеле сам, лично, да и предыдущий визит в замок ещё не забыл.
Но при этом месье вёл себя так скромно и внимательно, что у Николь даже мелькнула шальная мысль предложить ему в жены баронессу, которую она, впрочем, тут же запихала подальше, пообещав себе разобраться с ней позднее.
В целом ужин прошёл замечательно, и Николь лично положила в ладошку уходящей Клементины самую большую грушу: за столом баронесса не позволила девочке взять фрукт, сославшись на то, что у неё «слабый
желудок, и такие излишества детям вредны». Николь раздражённо подумала о том, что Милена хочет сохранить максимальное количество фруктов, чтобы их можно было ставить на стол каждый раз, пока гости живут в замке. Спорить с мачехой она не стала, но, даже не испытывая угрызений совести, поступила ей наперекор.
Из разговора с Евой и Абелем, который произошёл, к удивлению слуг, сразу же, как только гости переступили порог замка, Николь уже знала, что голодать больше не приходится. Куры несут яйца, одну из свиней забили в прошлом году по зиме, а вторую – ближе к весне. И вот тут уж Ева не позволила баронессе шиковать, а свезла большую половину мяса на рынок.
– А денежки-то, барышня Николь, я все до грошика припрятала. Да ещё и яйца продала, вот оно и набралось!
На данный момент в замке, кроме купленной Николь коровы и ещё десятка молодых кур, высиженных уже своими и выращенных из цыплят, снова жили два свина, одного из которых забивать собирались буквально на днях.
– А ещё хватило денег на трёх ягняток. Ох, и намучилась же я с ними!
Дёшево брала, так уж совсем молоденьких. Зато этот год у нас и шерсти прибыток, и на продажу малость есть. Если бы госпожа каждый раз не скандалила – оно бы и вообще хорошо было бы.
* * * Две трубы, дымящиеся на крыше замка, говорили о том, что отапливают две комнаты. Николь думала, что в одной живут Милена с дочерью, а во второй – Ева и Абель. Но дурь баронессы де Божель оказалась больше, чем предполагалось: в двух комнатах, не экономя дрова, жили баронесса и Клементина.
Николь понимала, что Милена безнадёжна. Она так воспитана, и ничто не сможет побороть её упрямство. Баронесса будет вести «шикарную» жизнь столько, сколько сможет. Изначально Николь ехала с мыслью забрать с собой сестрёнку, пообещав баронессе выделить девочке то самое, вожделенное матерью, приданое. Сейчас она с сожалением понимала, что если оставить Милену одну – она разорит крошечное хозяйство ещё быстрее, так как не будет чувствовать, что должна позаботиться о дочери.
Получалось, что забирать нужно обеих, а там, в графских землях, придётся существенно тратиться на баронессу де Божель. И Николь сильно подозревала, что справиться с мачехой будет гораздо сложнее среди роскоши огромного графского замка: нытьём и бесконечными претензиями дама вполне способна будет отравить жизнь и самой Николь, и собственной дочери. Немного подумав, Николь решила обратиться за советом к месье Шерпиньеру.
Вчера, пока гости торжественно ужинали за богатым столом, Сюзанна с помощью Евы торопливо приводила в порядок и протапливала комнату для секретаря. Там же располагался капитан охраны. Для солдат протопили еще одну комнату и притащили сена. Сама же Николь выпросила у госпожи де Божель разрешение поселиться в комнате Клементины и от души поболтала с малышкой, выслушав и бесхитростные рассказы о скучном житье, и о запретах матушки помогать Еве, и о тайном посещении хлева, где Ева разместила ягнят, и восторги по поводу того, какие они были маленькие и хорошенькие...
Пора было переходить от светских разговоров к цели поездки, но Николь медлила...
Завтрак прошёл почти так же, как и ужин, и чёртова ваза с фруктами снова стояла на столе. Баронесса не ела сама и крайне неодобрительно посмотрела на Николь, когда она прихватила пару яблок и сказала, что съест их позднее, в комнате. Милена совершенно правильно подозревала, что Николь скормит фрукты Клементине. Правда, делать замечание взрослой и богатой падчерице всё же не рискнула. Зато светским тоном уточнила: – Милая графиня, – теперь Милена обращалась к падчерице только так, как бы подчёркивая для себя самой близость к высокопоставленной даме, – ваш неожиданный визит – большая радость для меня. Но, думаю, вы приехали сюда не только для приятной беседы. Если хотите, мы можем попросить подать нам чай в мои апартаменты и побеседовать там. Думаю, вы уже отдохнули с дороги, – добавила баронесса, сладко улыбаясь.
Изначально Николь так и собиралась сделать: поговорить с мачехой после завтрака. Но вечерние мысли заставили её немножко скорректировать план, и потому, вежливо улыбнувшись, она ответила: – Боюсь, милая баронесса, что наше чаепитие придётся отложить. К сожалению, у меня так разболелась голова, что вести беседы я просто не в
состоянии. Я предпочту небольшую прогулку на свежем воздухе, которую мне всегда рекомендует мой лекарь. Месье Шерпиньер – обратилась она к секретарю, – надеюсь, вы сопроводите меня на прогулку.
Всё же выучка у месье Шерпиньера была восхитительная: он не выказал удивления при словах графини о несуществующем лекаре и, хотя явно не поверил в мигрень, тем не менее, подтвердил слова хозяйки.
– Прогулка всегда помогает вам, госпожа де Монферан, думаю, и в этот раз будет так же.
Главп 73 Гулять вокруг замка оказалось невозможно из-за того, что всё было завалено сугробами, а тропинки расчищены только к хлеву и поленнице с дровами. Николь понимала, что Абель уже стар и серьёзно заниматься чисткой двора ему не по силам. Впрочем, месье Шерпиньер не высказывал никаких претензий, а послушно остановился у заснеженной поленницы и вежливо спросил: -- Вы не знаете, что делать с почтенной баронессой, госпожа графиня?
-- Да! Вы и сами видите, Гаспар, что она никчемна хозяйка… Забрать её к себе конечно можно, но мне очень не хочется этого делать. Я не знаю, известно ли вам, но графство находится на грани голода и чтобы люди не умирали этой зимой, я собираюсь распродать всё, что получится: мебель, ковры, сервизы и так далее. Для баронессы это будет очень большой удар и… – Николь безнадежно махнула рукой добавив: -- Вы и сами всё понимаете… Клементину я здесь не оставлю, но вот моя мачеха… Вы, месье Шепиньер, во многих вопросах гораздо опытнее меня. Может быть что-то подскажете? – она с надеждой взглянула на задумавшегося секретаря.
Впрочем, молчал месье совсем недолго: -- Госпожа графиня, я вижу здесь только один выход… Не поймите меня превратно, но мне кажется, что госпоже баронессе лучше всего выйти замуж.
-- Я была бы счастлива такому исходу, только не забывайте, что у госпожи баронессы нет никакого серьёзного приданого, кроме этого замка.
Дворянин на ней не женится, а за купца замуж она и сама не пойдёт.
-- Разумеется, выдать благородную госпожу замуж за купца решительно невозможно! Но, госпожа графиня, в любом городе есть свахи. И вот у них могут оказаться весьма необычнее брачные предложения.
-- Свахи? – растерянно переспросила Николь. – А где мне найти такую сваху?
-- Вы ни в коем случае не должны делать этого сами, госпожа графиня! – с искренним возмущением заявил секретарь. – Вам совершенно неуместно общаться с женщиной такого низкого положения! Но если вы доверитесь мне… В общем-то, Николь была счастлива, что месье Шерпиньер готов взять на себя эту обузу и вести переговоры. Тем более, что секретарь дал ещё один очень хороший совет: -- …всё равно в следующем сезоне вы не сможете их носить. Они пригодятся вам для какого-нибудь домашнего праздника, но даже выйти в гости к соседям в прошлогодних туалетах будет неловко. Всё же вы графиня и ваш статус обязывает… А вот для баронессы де Божель здесь, в провинции, где эти туалеты ещё никто не видел… Уверяю вас, это будет прекрасное приданое! Конечно, понадобится добавить немного постельного белья и, может быть -- посуды, но это точно обойдётся вам дешевле, чем, если вы заберёте госпожу баронессу с собой. Думаю, что стоит приказать заложить карету прямо сейчас, и я съезжу в город, чтобы разведать обстановку.
