Встала на ноги.

— Чего это ты так о нём беспокоишься?

Снова отчего-то покраснела.

Лазар поднялся с трудом, но с каждым шагом он чувствовал себя куда более уверенно, видимо, хвалёная драконья регенерация вылечила его. Или что-то ещё…

В пустом зале витала пыль. Гора лежал на ступеньках, и над ним хлопотал полноватый мужчина в очках с толстыми стёклами.

Альфред безмолвной тенью стоял рядом, а Лавелия со скучающим видом, прислонившись к перилам лестницы, смотрела на них.

В тот миг, что мы зашли, лекарь посмотрел на Альфреда и покачал головой. Лазар стиснул зубы и отвёл взгляд в сторону.

— Ты можешь ему помочь, — крикнул Альфред Лавелии, стоило нам зайти в залу, — подтолкни его огонь. Дракону будет достаточно, чтобы вылечить себя самому. Вы любовники, между вами связь. Ещё можно всё исправить.

Но женщина лишь изогнула бровь, не сказав ни слова.

Мы остановились рядом с Альфредом, и он опустил голову.

— Я рад, что ты обрела феникса. А я потерял друга. Поздравляю, Лазар, ты победил.

Это прозвучало так горько, что у меня защемило сердце. Альфред вдруг шагнул к Лазару, вцепился в его плечи.

— Ты можешь! Ты его брат. У вас один отец. Ты глава клана, ты добился своего, твоё дело с тобой.

— Разве мне это нужно было? — строго сказала Лазар, сбрасывая ладони Альфреда со своих плеч.

Обвёл взглядом зал.

— Думаешь, мне нужно было это! Но Гора польстился на святое, на дело моей жизни.

— Это не было его планом, — тихо сказал Альфред.

Три пары глаз обернулись на Лавелию, но её и след простыл. Гора выбрал не ту девушку. Снова?

Подошла ближе и присев на корточки, коснулась его груди.

— Я не держу на него зла. И могу помочь, довольно пустых разговоров. Гора получил сполна.

Мне даже не пришлось прилагать усилий.

Вены Гора одномоментно засветились огнём, а потом потухли.

Мужчина резко открыл глаза, сделал глубокий вдох.

— Что...что...это...было? Альфред?

Гора сел и посмотрел на меня, грустно улыбнулся, а потом кивнул.

Узнал? Да неужели?

Хмыкнула, по-другому не вышло. После того как демонстративно говорят, что не знают тебя, внезапное прояснение.

— Да, это я Гора. И всё была я, даже когда в своём же доме ты сказал, что не знаешь кто я, — горько сказала, смотря прямо в безупречно синие глаза дракона.

Выставила ладонь, останавливая его. Не нужно ничего говорить.

Я не хотела слушать оправдания, не хотела слушать слова благодарности. Хотя, возможно, я излишне самоуверенна. Стала.

— Вопросы передачи клана в моё правление решим позже, денька через два. Надо ещё разобраться, где у меня сердце…

Под недоумевающие взгляды драконов, Лазар взял меня за руку и потянул за собой.

Мне больше нечего было сказать драконам, что остались стоять с задумчивым лицом.

На свежем воздухе я остановила его, уцепившись за окровавленный рукав рубашки.

— Лазар. Я сняла проклятье. И...

Еле выдавила эти слова. Факт моей купчей отпадал сам собой, из-за моего нового положения. Я могла поставить Лазара просто перед фактом, что больше ему не принадлежу и могу распоряжаться своей жизнью, как мне вздумается.

Но отчего же мне так важно было его мнение?

— Забудь, — Лазар поднял одну бровь, — Я тебя не отпущу.

Подавила возмущение, дерзко спросила.

— Вот какой же ты...драконицу приведёшь, а я рядом буду жить?

— Однако занятные у тебя фантазии, — рассмеялся Лазар.

— Поясни. Ты сам мне говорил в саду. Ты же понимаешь, что я получила свободу, став фениксом.

— Лишь не спорил с тобой и не пытался переубедить. Вы женщины любите додумывать. Думаю, после того, что я тебе покажу, ты сама не уйдёшь.

Заинтригованная, обняла себя руками. Лазар колебался лишь мгновение. А потом…

Дракон протянул руку запястьем вверх, и я увидела на коже рисунок.

Птица в огненном круге.

— И что это значит?

— Это метка истинности, Анжелика. Мой дракон выбрал тебя в качестве своей единственной истинной. Сразу. С нашей первой встречи.

Подождите, как это? Но на мне нет обоюдной метки. Взяла его запястье и принялась рассматривать метку. От неё веяло знакомым теплом, я буквально чувствовала, что это метка феникса. Но на драконе? Это интересно.

— Но на мне нет метки, — недоверчиво произнесла.

— Может, и не появится. Твоя птичка слишком своевольна. Анжелика…

Мартен сделал шаг, вперёд обняв меня.

— Ты — моя истинная. Моё истинной спасение…

Зима в этом году выдалась очаровательной. Стоя на балконе и кутаясь в большую шаль, я смотрела на цветение зимних роз.

Впечатлённая их красотой в северном поместье Кастель, я приказала посадить их в своём доме.

Подумать только. Приказала. В своём доме.

Год назад я перестала быть Анж и стала Анжеликой Наргел.

Сильной, независимой и невероятно богатой.

Только досталось мне это не так просто.

Я наивно полагала, что тот факт, что я феникс, уже открыло мне все двери, что я уже всего достигла. Но, как оказалось, всё куда сложнее.

Меня выставили лгуньей после того, как я обратилась за правосудием.

У гостей, которые видели, что Блуор Наргел напал на меня, внезапно случилась избирательная память. Все они дали показания, что не видели, что достопочтенный господин опустился до нападения на меня.

Даже слова Лазара не имели веса. У нас попросту не оказалось доказательств. Неужели общество настолько не желало смены главы клана фениксов, что опустилось до обмана, а может, попросту боялось Блуора? Как оказалось, было за что…

Мы не смогли наказать Блуора за нападение, но в пересмотре дела о наследстве нам отказать не смогли.

Неожиданная помощь пришла от Альфреда, который раскопал давно забытый кодекс дома фениксом, по которому мне не просто причиталась доля в имуществе, но и…

Главой дома мог стать только феникс!

Понятно, что для Блуора сделали исключение из-за отсутствия настоящего феникса, то теперь, когда появилась я, и было подано прошение к императору, то официально главой клана фениксом стала я.

Лишённый титула и власти Блуор Наргел обезумел и напал на меня прямо на оглашении императорского решения.

Я очень испугалась, но сила феникса была продолжением моей воли, даже бессознательной, и она защитила меня. Как позже пояснил Лазар, я выжгла магию недофеникса напрочь, сделав слабым.

Блуора скрутили и вскоре вынесли обвинительный приговор.

Ему была положена казнь, но я испросила для него пожизненное заключение на рудниках. Без магии, власти и денег это было более чем суровое наказание.

Было ли мне страшно, становится во главе семьи? Да, безумно, но рядом со мной был Лазар, который наставлял меня и помогал в оформлении бумаг. Он стал моим тихим голосом, кроме него, я не доверяла никому, но все же многие решения были чисто моими.

Собрав информацию, я решила распустить дом Наргелов.

Все, кто так или иначе, кормился за его счёт, получили вольные, как сказала старая Ивонна, я дала им хороший пинок под зад.

Занятые многочисленными племянниками, сёстрами, любовницами дома я щедрой рукой раздала: больницам, домам милосердия, приютам.

Себе я оставила только родовое гнездо и то, потому что помнила слова Элии, про место силы.

Раздать земли мне помешал закон и Лазар. Последний, со свойственной дракону жадностью терпел мои «выходки», на самом деле это же было моё имущество.

Но когда узнал, что по закону земли я просто не могла отдать, выдохнул.

— Земли твой источник дохода. Ты жить-то, как собралась?

Одним словом, я стала сказочно богата.

Конечно, родовое гнездо пришлось освежить и подстроить под мой вкус. Но задача была вполне выполнима.

Сморгнув воспоминания, решила вернуться в комнату, чувствуя, как замёрзли ноги.

Малая гостиная стала моим любимым местом в доме. Бросив шаль на спинку дивана, обогнула его и села рядом с… Лазаром.