Надо отдать должное главе Дорио – несмотря на возраст, реакция у него была отменная. Он даже начал оборачиваться, одновременно доставая жезл… Но решительный удар по темечку вышиб из него сознание. Тело главы дома Дорио с громким стуком опустилось на пол, а я замер, прислушиваясь – но на дирижабле было тихо. Первым делом я проверил, не перестарался ли. К счастью, пульс был – значит, жить напыщенный урод будет… Убивать его было бы большой ошибкой.
Обыскав Риона, я вытащил свой кулон и забрал его жезл. А ещё нашёл накопитель на пять тысяч единиц и незнакомый ключ. Напоследок я надёжно связал главу дома Дорио, чтобы тот никуда не сбежал от меня, и убрал ТВЭЖ в подпространство.
Дирижабль мародёров был небольшим. Всего три палубы, десяток малюсеньких кают. Вот к одной из них ключ и подошёл. Заглянув в неё, я, наконец, обнаружил свои жезлы и куртку. Накопитель ожидаемо пропал, но тот, что мне достался, был даже лучше. А ещё тут лежали три посоха. Я взял только один, воздушный – и, не задерживаясь больше ни на секунду, выбрался наружу.
Мы находились на поверхности. Эфирное судно было «пришвартовано» к каменному столбу из чёрного материала изначальных. Неподалёку, прямо в холме, был виден вход в какую-то засыпанную землёй постройку. Осторожно осмотревшись, я надел кулон и вызвал ИСИСа.
– ИСИС, я на связи! – сообщил я.
– Фант, рад тебя слышать. Я уже начал было беспокоиться. Ты не на Большой Скале, верно? Мне надо развернуть дирижабль?
– Нет, пока не надо. Не будем перед всеми светить нашей связью на расстоянии, – ответил я. – Ты можешь подключиться через передатчик и посмотреть?
– Вижу стазис-хранилище изначальных. Ничего интересного. Оно вскрыто.
– ИСИС, скажи мне… Если убить человека в хранилище и закрыть дверь – его угасание можно будет определить? – кажется, я догадался, как Рион планировал не дать никому узнать о моей гибели.
– С большой долей вероятности, используя доступные сейчас людям возможности – нет.
– Ты сможешь его заблокировать, когда я войду? – уточнил я.
– Да, приложи передатчик к двери, как подойдёшь. Что ты собираешься делать?..
Ответить я не успел. Удивлённый вскрик слева заставил меня резко развернуться. Там, у небольшого холмика, невидимые со стороны дирижабля, сидели мародёры – семь человек. Видимо, как раз вся команда.
– Какого …?! – яростно взревел тот, что меня заметил. И лишился головы, которую начисто отсекло воздушное лезвие из посоха…
В ответ на меня обрушились камни, огненные сгустки, воздушные лезвия и ледяные иглы. От всего этого добра я ушёл, резко кинувшись назад и скрывшись от врага за тем же самым холмиком, который прикрывал их от меня. Плюхнувшись за небольшим камнем на живот, перехватив поудобнее посох и вытянув все три своих жезла, я стал ждать… Первых трёх мародёров, показавшихся на вершине холма, не спас даже выставленный щит. Я в удары вливал столько пневмы, сколько им и в страшном сне присниться не могло. Щит лопнул почти мгновенно. Один упал с отсечённой ногой и ледышкой в животе. Другой вспыхнул, как факел, и принялся с криками метаться по холму. А третий получил огромным камнем в голову – и покатился по склону, больше не подавая признаков жизни.
Двое мародёров выскочили из-за холма с одной стороны, ещё один – с другой. Видимо, они решили атаковать меня одновременно, но те, что лезли на холм, слишком поспешили. Тех из оставшихся врагов, что шли парой, я убил всего за несколько секунд. Но тот, что обходил меня с другой стороны, успел сделать пару удачных выстрелов, засадив мне в грудь ледышку и сильно поцарапав голову.
Я зарычал, стараясь не обращать внимания на боль, повернулся к нему – и выстрелил из всего, что было в руках. Из образовавшегося облака пара выпало горящее тело, явно без признаков жизни… Я же бросил оружие на землю и, хрипя, выдернул из своей груди ледышку. Для нормальной регенерации требовалось отсутствие в ране посторонних предметов. Беда состояла в том, что мне нельзя было задерживаться. Те, кто сейчас находились в стазис-капсуле, могли услышать крики и стрельбу. Хрипя и пуская ртом кровавые пузыри, преодолевая наваливающееся удушье, я всё-таки поднялся, подхватил посох и жезлы – и бегом припустил ко входу в постройку.
Ну, точнее, хотел припустить бегом – а в результате еле доковылял, спотыкаясь и припадая на одно колено при каждом шаге. Тем не менее, когда я добрался до постройки, то чувствовал себя значительно лучше. Хорошая штука – регенерация, вот только пневму жрёт как не в себя. Только за время плена я потерял почти три тысячи единиц…
К счастью, у входа в стазис-капсулу вообще никого не было. То ли не услышали, то ли ещё не успели дойти и проверить. Я проскочил в проход, стянул кулон и приложил передатчик к стене.
– Так годится? – спросил я.
– Годится! – ответил ИСИС, и в тот же момент дверь закрылась.
Вокруг меня воцарилась тьма. И только где-то впереди виднелся свет и слышались голоса. Я медленно шёл по коридору, тщательно проверяя на каждом шаге пол перед собой. Только бы не зашуметь, только бы не выдать себя… Людей там много – восемь человек. Значит, нужно будет действовать быстро и аккуратно, используя все возможности. А для этого надо всё хорошенько обдумать заранее. Коридор был длинным – почти пятьдесят шагов. Но, видимо, именно эта его особенность и позволила разобраться с командой мародёров, не привлекая внимания тех, кто внутри.
Я остановился у самой границы света, проникавшего в коридор. Передо мной была круглая комната, освещённая парой фонарей. На полу лежало тело Радона. Рядом, воткнув в его ногу ТВЭЖ, стоял Финтриг из дома Венри, держась за круглый набалдашник. Его брат встал с другой стороны от тела и с азартным интересом наблюдал за действиями палача. Все остальные участники и зрители сгрудились в паре шагов от места казни.
– И нам можно будет получить такой посох? – не отрывая взгляд от ТВЭЖа, спросил Вион.
– На данный момент свободных посохов нет… – ответил Финтриг. – Но есть несколько человек, которые находятся, скажем так, в разработке у наших людей. И у некоторых из них посохи вполне могут быть… В общем, со временем сможем выдать посох и вам.
– Невероятно! И даже выброса не надо! – удивлённо покачал головой Клес.
Все члены дома Дорио стояли плотно, и это как раз играло мне на руку. Посох воздуха, конечно, после того, что я с ним сделаю, вряд ли сможет мне ещё помочь, зато свою задачу выполнит. Не знаю, насколько хорошие бойцы Финтриг с братом, но двое врагов – явно лучше, чем шестеро. Ещё бы знать, взял ли Финтриг свойство с универсальным щитом… Однако это я смогу проверить только в бою.
Я подготовил щит, оставив внутри сферы место лишь для того, чтобы можно было свободно двигаться. В одну руку взял ТВЭЖ, а в другую – посох воздуха. Тщательно прицелился по группе аристократов – исключительно по ногам, а потом принялся пускать воздушные лезвия одно за другим…
Почти беспроигрышная тактика, если атакуешь из засады. Посох воздуха жалобно трещал, выпуская по пять лезвий в секунду – и формируя новое, едва лишь предыдущее отправлялось в полёт. И пусть враги мои и были защищены, но щиты, графика на одежде и прочие штуки – вовсе не бесконечны и не абсолютны. Враги ещё только доставали жезлы и наводились на меня, когда первые из них начали падать с подрубленными ногами. А я быстро вбежал в комнату и кинулся вдоль стены, продолжая выпускать одно лезвие за другим – так, чтобы они не затронули падающих.
Только Клес сумел уйти из-под снарядов – прыжком. Все остальные аристократы, сгрудившиеся вокруг места казни, оказались на полу. Финтриг с братом принялись стрелять в меня, но универсальный щит уже был поднят – и теперь принимал на себя весь урон.
– Вали его! Он не может сидеть под щитом вечно! – крикнул брат Финтрига, кидаясь на меня.
– Стоять! – попытался остановить его родственник, но слишком поздно.
Брат Финтрига налетел на щит со всего маху, рухнув на землю. А я, выгадав момент, снял защиту, врезал ему по голове – и тут же восстановил щит, на этот раз перегородив зал так, чтобы все раненые были им прикрыты. Очень вовремя, потому как Финтриг принялся стрелять по лежащим на земле – и остановился лишь, когда понял, что отсечён и от выхода, и от них.