Я даже не стал скрывать, почему тороплюсь найти путь в Эдем… Несмотря на то, что некоторые подробности этой истории Танг, Илен и Кесан не знали. Я, конечно, не стал упоминать ни ТВЭЖ, ни суть задания… Просто объяснил, что грядёт война с теми, кого охватило алое безумие – и в этой войне нынешние нормальные могут не выстоять. И тогда нам придётся покинуть Терру или умереть.
– Их стало слишком много… Слишком много… – пробормотала Седая Трава, когда я рассказал про небывалую численность тварей. – Они уже сами плодятся… А ведь раньше они этого не могли!
Когда вопросы наших гостеприимных хозяев начали иссякать, я, наконец, решился спросить о том, кто волновал меня больше всего. О Чёрной Душе.
– Кто он? Что про него известно? К чему он стремится? – спросил я.
Но Седая Трава и Квакл лишь качали головами, не желая говорить, а по толпе слушателей прошелестели беспокойные шепотки.
– Он был одним из нас… – неожиданно взял слово Большая Рука. – Родился в семье… Тенистой-Рощи-с-Жёлтыми-Листьями… Всю жизнь он мечтал покинуть карантинную зону…. Всю жизнь мечтал сделать что-то большее, чем, как он говорил… «Прозябать тут»… Он ненавидел нас… Нашу жизнь… Нормальных… Изначальных… Поначалу этого не было видно… Но всё больше зла подмечали в нём сородичи… Всё чернее становилась его душа… Оракул не знал, что делать… А потом он ушёл… Ушёл к безумцам… И лишь иногда возвращался сюда… Но ни с кем не говорил… Он так и не подпал под алое безумие…. Хоть и использовал наш дар часто… Даже пытался пробраться к Ключу от всех миров… Ты слышал… Но не смог…
– Спасибо! – поблагодарил я Большую Руку. – Возможно, то, что вы рассказали, поможет нам.
– Если вы хотите, чтобы мы помогли вам добраться до Ключа от всех миров, – проговорила Седая Трава, – то дождитесь вечера. Я полечу с вами, но покину вас на границе земель стражей. Если вам повезёт, вы сможете пробраться мимо них. Но я не могу рисковать. Защищая жизнь, я могу перейти грань дозволенных изменений…
– Спасибо, Седая Трава, – кивнул я. – Конечно, мы согласны. Долго ли туда лететь?
– За ночь точно успеем! – женщина снова улыбнулась своей жутковатой улыбкой. – А пока… Расскажите ещё…
Зря… Зря я думал, что вопросы у них закончились. Кажется, их и в самом деле были тысячи…
Глава 114
В которой я ещё немного узнаю про Горбатого, а потом мы, наконец, летим к нашей цели
Я всё-таки разговорил местных жителей на предмет того, кем был Чёрная Душа… И, надо признать, интерес к этой загадочной личности был совершенно не праздным – я-то прекрасно понимал, о ком идёт речь. И пытался выяснить как можно больше о горбатой твари, убитой мною в битве при Руно. И по всему выходило, что окончательно она не умерла. Во всяком случае, именно так следовало из спутанных объяснений здешних «изменённых».
Во время этих расспросов спутники поглядывали на меня с немалым удивлением. Тот же Кесан изо всех сил пытался узнать как можно больше про здешний мир – как он возник, как обособился. А Араэле расспрашивала про руины, которые здесь можно найти – и вообще что ещё интересного мы можем обнаружить в Топи.
У каждого из нас были свои интересы, но я, наверно, тогда единственный действовал не только в своих, но и в общих. Это ни в коем случае не значит, что я один не был эгоистом и стоял весь такой «в белом пальто»… Просто в те дни я ещё был единственным среди своих спутников, кто вживую сталкивался с тем, что для всех остальных оставалось лишь страшными байками вернувшихся из боя.
Чёрная Душа был легендой – страшной, ужасающей, но легендой. Он прошёл долгий путь от обычного изменённого до… вообще невесть чего. Поначалу его жизнь не слишком отличалась от скромной жизни его соотечественников. Зато его отношение – и к миру, и к собственному месту в нём – отличалось разительно. По слухам, Чёрная Душа долгое время ничего особенного не мог добиться – и потому продолжал оставаться пусть и слишком гордым, но обычным жителем Топи. В его ауре жёлтого цвета всё больше и больше проявлялся красный цвет, а жизнь добавляла внешних уродств – и, казалось, закончит он, как и все подобные ему: красной душой и алым безумием.
Ну а дальше слухи превращались в одни сплошные сказки и предания. А те – в домыслы, как это обычно и бывает… Здесь надо бы остановиться на том, что изменённые в мире Топи обычно жили очень долго. Карантин карантином, а некоторые дотягивали здесь и до двух сотен лет. Жизнь у них была простая и незамысловатая, но после бурного прошлого, которое нашло отражение в здешнем фольклоре, их всё устраивало.
В Топи не было кругов возрождения – во всяком случае, ни о чём подобном здешние жители не слышали. А, значит, и возродиться после смерти было нельзя. Смерть здесь поначалу, сразу после ухода изначальных, была окончательной и бесповоротной. Однако появление Оракула изменило очень многое. Именно Оракул умел возрождать тех, кто умер. И он же присваивал номера родившимся детям. И он же советовал местным жителям, как и что правильно делать.
Появился Оракул не сразу – лишь через тысячу лет после ухода изначальных. Про себя он почти ничего не рассказывал, зато активно помогал местным жителям. Отделив алых безумцев от обычных изменённых, он всех их с помощью надзирателей выдавил за границу мира. А ещё подсказал местным жителям, где лучше строить новые поселения. Кроме того, он следил за здоровьем изменённых, не допуская тяжёлых болезней и, тем более, эпидемий.
ИСИС через мысленную связь предположил, что Оракул был конструктом изначальных. И либо избежал отключения, а затем долгое время подминал оставшиеся ресурсы под себя – либо сумел как-то самозапуститься, с самого начала являясь тем, кто отвечал за зону карантина. Нельзя было исключать ни один из вариантов. Осознав, к чему приведёт его невмешательство, Оракул взял ситуацию под контроль и принялся наводить порядок.
Именно он умел возрождать умерших. Правда, Оракул делал это не всегда – и далеко не с каждым погибшим. Однако были у него и жёсткие предпочтения. К примеру, детей он возрождал всегда. И почти всегда возвращал жизнь молодым. Лично я предположил, что он руководствуется душевным здоровьем умершего. Если погибшему до алого безумия оставалось недолго, Оракул отказывал в возрождении. Возможно, были у него и другие критерии, но здешние жители ничего о них не знали.
В результате, со временем в Топи сложилось весьма мирное и тихое общество. Поколения за поколениями они рождались и умирали при одном и том же укладе – и, конечно же, это вызывало у многих молодых острое желание хоть что-нибудь изменить. Вот только менять было особо нечего.
Однако Чёрная Душа нашёл путь. Когда? Где? Тут легенды разнились. Да и мало кто помнит, когда тучи впервые проявили чёрное пятнышко на его теле. Чёрная Душа много путешествовал: он исследовал места, куда соваться местным не рекомендовалось. Например, как та же гряда невысоких гор, к которой сейчас собирались направиться мы. Изменённые не могли долго находиться днём в горах – здешнее солнце убивало их слишком быстро. И без защиты клочьев тумана путешествовали они там лишь в очень плотной одежде – что при здешней жаре быстро приводило к перегреву и потере сознания.
Ну а Чёрная Душа стремился к таким местам… И даже придумал себе специальное одеяние, в котором в обморок на жаре не падал. В один из дней родичи из его семьи стали подмечать странные чёрные участки, появлявшиеся на руках и плечах бывалого путешественника. А ещё у него начал расти горб – огромный, тяжёлый. Чем больше он рос, тем больше черноты становилось и на теле. И тем более горделивым и властным становился Чёрная Душа.
По рассказам соплеменников, тяготило его лишь то, что нет у него наследников. Ни одна женщина не хотела заводить детей от такого странного изменённого. И однажды в соседней семье пропала девушка. Изредка такое здесь случалось, но найти её сразу не смогли. И лишь спустя полгода она сама вышла к людям. К семье Чёрной Души – не к своей. И всё потому, что обвиняла Чёрную Душу в изнасиловании.