Столько заботы в голосе, наверняка они давно дружат.

Какое-то мерзкое чувство зашкрябало внутри, как будто я опустила руку в нечистоты. Меня аж передёрнуло.

Секретарь Сигизмундского подскочил с места и побежал к выходу, выполняя просьбу начальника.

Почему мне не обидно, что Виилиам встречается с другой женщиной? Противно, неприятно и всё. Хорошо, что принц не целовал мне сегодня руку. Я наверняка бы мучилась от желания её срочно помыть.

Рассматривая своего жениха, пока он, усадив меня в кресло прошёл за стол секретаря, я как будто по новому на него взглянула и увидела то, что всегда было скрыто розовой пеленой наивности и влюблённости. Худой, жилистый мужчина, вроде красивый, но какой-то женственный, что ли и приторно сладкий. Даже захотелось сделать глоток воды.

Так стоп, не буду об этом. И о госпоже Фратковской тоже потом с Виилиамом поговорим, у меня мало времени, надо собраться с мыслями.

— Итак, Мишель, — Принц расселся за столом секретаря и, изящно сложив руки с тремя огромными перстнями, переливавшимися на его пальцах, строго на меня взглянул. — Взамен нашей помощи хочу выдвинуть ответные требования. После того как Алгария поможет сместить твоего дядю с трона, я стану королём Отристана, а ты королевой. Управлять страной мы будем совместно на равных условиях.

Я кивнула. Мы это уже обсуждали с нашей командой. Невозможно получить то, что хочешь, ничем не пожертвовав. Конечно, Сигизмундский, став королём, по началу будет больше заботиться об интересах Алгарии, но со временем это пройдёт. Отристан станет его страной, и он пересмотрит свои позиции. Я всё сделаю для того, чтобы Виилиам полюбил мою родину, как свою, родную.

— Я посмотрел договор, составленный тобою, и немного поправил его. — Сигизмундский изящно махнул рукой, и в его ладонях оказались бумаги.

Такой дешёвый трюк, готовился заранее, хотел меня впечатлить? Раньше я бы купилась, а сейчас я понимала, что принц желает пустить пыль в глаза, чтобы я изашлась розовыми соплями и на всё согласилась. Виилиам смотрел прямо мне в глаза и улыбался обольстительно и зазывающе.

И вот этими губами он целовал свою Фратковскую.

Бе!

Еле сдержалась, чтобы не передёрнуться. Ответив любезной улыбкой, кивнула.

Всевышний! Почему мне нравился раньше этот позёр?

— Понимаешь, Мишель, помогая Отристану, Алагария рискует. — Руки Сигизмундского взметнулись в ещё одном изящном жесте, как у женщины, честное слово. — Драконы Иритилиии не слабая сила. Сейчас между Алагарией и Иритилией заключено мирное соглашение. Очень выгодное. Мы можем приобретать драгоценные камни для создания артефактов по сниженной цене, благодаря тому, что драконы могу свободно забирать с наших земель своих истинных пар.

В груди что-то нехорошо шевельнулось. Зачем он сейчас напомнил об этих метках? У меня даже руки потеплели, где была вязь дракона ранее.

Прочь!

Я скрутила магические каналы, не давая магии наполнять браслеты силой.

— После того, как мы открыто выступим против посаженого Иритилией короля в Отристане, драконы могут разорвать наше соглашение. Поэтому за помощь мы просим отдать нам полуостров Манкан. — Сигизмундский так легко это произнёс, как будто Манкан это маленькая деревенька, где производят сети для рыбной ловли, а не крупная отрасль по добыче алмазов.

Я знала, что легко не будет, и Виилиам не простачек.

Он думал, что улыбнувшись, заставит меня согласиться на все условия? Только почему сейчас его любезная улыбка меня не трогает, как раньше, а скорее раздражает?

— Виилиам. Драконам нужны ваши женщины, поэтому они не станут разрывать договорённости. Алагария, как не крути, в наиболее выгодном положении.

— Мишель, ты не понимаешь. Мы понесём убытки. Кто их возместит? Нам легче не помогать Отристану и оставить всё как есть.

— Ты станешь королём.

— Мне принцем неплохо живется. Мишель, соглашайся. — обольстительный шёпот Сигизмундского, показался таким неуместным и приторным, что я едва не скривилась от отвращения.

Виилиам, заметив, что я никак не реагирую на его сооблазнительную речь надул губы как девочка. Мда! Отличный аргумент.

— Ты потом сам будешь страдать от того, что заставил меня отдать Алагарии полуостров, где ведётся добыча алмазов. Отристан станет твоей страной.

— Потом это потом. — Беззаботно махнул рукой Сигизмундский. — Кстати, ты так долго живешь среди драконов, ещё не стала ничьей истинной? Ты же знаешь, я в открытый конфликт с Иритилией не пойду, и если ты принадлежишь другому дракону, то мы не сможем пожениться.

Сердце в груди дёрнулось. Виилиам при каждой встрече расспрашивал меня о метке, как будто знал, что придёт и мой черед стать драконьей женщиной.

— Нет, — строго посмотрев в глаза принцу, ответила я.

Пусть даже не сомневается в моих словах. Я встала из кресла и, подойдя к столу, взяла договор, открыла его, делая вид, что изучаю.

— Нет? — Брови Сигизмундского поползли вверх. — Извини, дорогая, но не могла бы ты показать свои руки?

Тоже стандартная для нас процедура. Каждый раз, встречая меня, Виилиам просил доказать, что я не меченная. Слава Всевышнему, что мои люди оказались гениальными и научились скрывать метки.

Положив бумаги на стол, я задрала рукав на одной руке, затем на другой. Протянула руки принцу на рассмотрение. Виилиам поддался вперёд и вгляделся в них.

— Хм-м. Ничего, — как-то разочарованно произнёс он.

— Виилиам у меня мало времени. — Я опустила руки и вернула рукава наместо.

— Тогда подписывай договор и назначим нашу свадьбу. — Сигизмундский пододвинул бумаги к краю стола.

— Мне надо подумать и всё обсудить со своими людьми. — Я взяла договор в руки и свернула его в трубочку.

— Хорошо. Думай, — прищурившись, хмыкнул принц.

Захотелось сбежать из кабинета, от принца подальше, чтобы он не рассматривал меня так плотоядно, как вещь, которая уже принадлежит ему. Что я в нём нашла? И ведь была влюблена с детства. Умоляла отца чтобы он позволил нам пожениться. Только после его смерти смогла воплотить свою мечту, но почему-то сейчас мой жених не кажется идеальным вариантом.

Да как я вообще буду с ним спать, детей воспитывать? А ещё эта Фратковская.

Фу!

Наверняка после свадьбы у него будет куча любовниц, если и сейчас он не старается сохранять верность. Кстати Виилиам никогда не признавался мне в любви. Хорошо относился, как джентльмен к даме, как принц к принцессе. Он целовал мне руки, делал комплименты, но заветные слова в мой адрес от него я не слышала.

Может, я ошибаюсь?

Хотя о чем это я? Сейчас не мои чувства важны, а возможность сместить с трона дядю. Если Сигизмундский согласится помочь, то в союзники можно привлечь ещё несколько мелких государств.

Ради Отристана и свободы девушек — потерплю.

— Мне пора. — Я развернулась и направилась к выходу.

Виилиам бросился за мной.

— Мишель, позволь тебя проводить. — Сигизмундский догнал меня у выхода из кабинета и, взяв за руку, прижался, положив мою ладонь на свой локоть.

Раздражает!

Я толкнула дверь, чтобы выйти, при этом отстранилась от Виилиама. В коридоре нас ждал секретарь, любезно беседующий с Эльмой Фратковской.

Какая прелесть. Женщина Сигизмундского не дождалась его в кабинете. Решила посмотреть на невесту своего любовника? Обозначить свои границы? Фратковская окинула наши с Виилиамом руки и, закатив глаза, отвернулась.

— Адам! — произнёс Сигизмундский, многозначительно посмотрев на секретаря. — Вы можете вернуться. Госпожа Фратковская…

Тут посреди коридора открылся портал, и я перебила принца на полуслове:

— Извините, принц Виилиам, мне пора. Спасибо за столь любезную встречу. — Я натянула улыбку и, освободив руку, шагнула в портал.

Небольшое головокружение, шум в ушах и звук схлопывающегося прохода за спиной.