— Значит, мы пришли к соглашению? — спрашивает Фарон.

— Его в скором времени безопасно препроводят к вам.

— Отлично. — Улыбка Фарона становится еще шире. — А мне ведь говорили, будто король Мурена совершенно не умеет идти на компромиссы.

— Не стоит верить всему, что слышишь, — отвечает Рив.

Воцаряется еще одна неловкая тишина. Никто не говорит ни слова. Вдалеке доносятся звуки продолжающихся стычек, но они кажутся бесконечно далекими от этого противостояния. Никто не обращает на них внимания. Фарон прохаживается вдоль шеренги своих сообщников, заложив руки за спину, в то время как Рив стоит совершенно неподвижно прямо передо мной.

Тепло и сила уходят из моих мышц; я уже несколько минут не видела и не слышала Сеску.

«Куда ты делась?» — думаю я.

Никакого ответа — хотя я слышу, как еще больше драконов Мурена подбираются ближе, а их низкое рокочущее урчание и периодические порывы ветра от взмахов крыльев заставляют некоторых наших противников с опаской поглядывать вверх.

Неужели те драконы спугнули Сеску?

Я все еще шарю глазами по небу, пытаясь сохранять спокойствие, когда мое внимание привлекает звук шагов и лязг цепей. Резко обернувшись, я вижу двух стражников, ведущих между собой человека с надетыми на него путами.

Я замираю от неожиданности.

Командир Гарет.

Его лицо в синяках, бледное и совершенно беспристрастное, пока он идет вперед. Шаг за шагом, ни на кого не глядя. Его вталкивают в пустое пространство между противостоящими сторонами.

Кестрел волоком утаскивают на ту же площадку.

Я задерживаю дыхание, пока конвоиры отступают назад, позволяя своим пленникам в одиночку преодолеть оставшееся расстояние до противоположных лагерей.

Кестрел двигается гораздо быстрее Гарета. В тот самый момент, когда она оказывается в безопасности за шеренгой воинов Мурена, Рив поднимает руку. Он выставляет два пальца и делает быстрый, едва уловимый режущий жест.

Гарет не доходит всего пару шагов до спасительной черты своих соратников, когда откуда-то сверху срываются две стрелы, вонзаясь ему в обе стороны шеи. Брызжет кровь, и над всем двором повисает мертвая тишина, пока он делает еще один шаг. Следующий шаг превращается в дикое, неуклюжее падение вперед.

Еще пара секунд ошеломленной тишины после того, как его лицо врезается в землю, судорожное подергивание — и он замирает окончательно.

Раз, два, три, четыре удара сердца тишины, а затем со стороны Дральска наконец раздается движение — обнажаются клинки, взлетает крик, сапоги рвутся вперед в ответ.

Они замирают от рева приближающихся драконов. Несколько зверей стремительно пикируют вниз и приземляются прямо на близлежащие стены, царапая когтями камень и широко расправляя крылья.

Та же отряд в золотых масках, сопровождавший Рива в ночь нашей первой встречи, внезапно оказывается здесь же, бесшумно выплывая из теней и выстраиваясь в линию по обе стороны от него. Холодная магия, которой владеет Рив, кажется, усиливается от их присутствия, превращая воздух вокруг нас в непроницаемую стену.

Силы Дральска не просто уступают числом, они подавленно превосходящие силы. И, судя по их лицам, они это осознают. Большинство из них отступает.

Лишь лорд Фарон делает шаг к поверженному телу Гарета. Он успевает пройти лишь половину пути, прежде чем останавливается, поднимая глаза на короля Мурена.

— Ублюдок. Ты…

— Я согласился на его освобождение, — спокойно произносит Рив. — Я никогда не говорил, что он благополучно выберется из моего королевства.

Фарон выглядит слишком разъяренным, чтобы говорить.

— В следующий раз, когда решишь попытаться втянуть меня в переговоры с заложниками, возможно, приведешь с собой нормальную армию в поддержку.

Дральский лорд уставился на лужу крови вокруг головы Гарета. Тяжело сглатывает. Берет себя в руки и наконец снова встречается взглядом с Ривом.

— Тогда я сочту это твоим официальным объявлением войны.

— Словно ты и так чертовски не объявил ее, послав шпиона в мой дворец. А теперь убирайся к черту из моего города, пока я не перестрелял остальных. О… — Рив делает паузу, отворачиваясь, бросает взгляд через плечо и добавляет: — И передай королевской семье мои искренние соболезнования в связи с утратой.

Солдаты Мурена в масках бросаются вперед с синхронной, смертоносной грацией, готовые перехватить любого, кто попытается предпринять отчаянную контратаку. Некоторые, кажется, задумываются об этом, но в конце концов все они отступают обратно в тени, включая лорда Фарона.

Сески по-прежнему не видно. Мое тело замерзло, зрение возвращается к привычному ослабленному состоянию, пока я смотрю на Гарета, пытаясь осмыслить всё только что произошедшее.

Я делаю несколько шагов к его трупу. Я не знаю почему и что планирую сделать, но это не имеет значения; я не успеваю пройти далеко, как Рив хватает меня за руку и грубо притягивает к своему боку, увлекая за собой во дворец.

Он игнорирует мои вопросы, мои требования, сжимая меня всё крепче каждый раз, когда я пытаюсь вырваться из его хватки.

Кестрел следует за нами, по ходу дела отдавая распоряжения по дальнейшему обеспечению безопасности дворца и его территории.

Мы доходим до коридора, ведущего в кабинет Рива. Стражники заполняют пространство позади нас. Рив наконец отпускает меня, как только мы оказываемся в безопасности этого относительно тихого пространства, затем поворачивается к сестре, на секунду прижимая ладонь к ее лицу и прислоняясь лбом к ее лбу.

— Это было опрометчиво, даже для тебя, — отчитывает его Кестрел, когда он отступает на шаг, — хотя в ее голосе пропала привычная едкость. Думаю, она потрясена, пусть даже и не хочет в этом признаваться.

— Мы оба знали, что его казнь неизбежна, — отвечает Рив. — Я просто опередил график. Ты же вечно жалуешься, что я опаздываю, верно?

Она одаривает его испепеляющим взглядом.

Мой шок начинает проходить, переплавляясь во что-то больше похожее на ярость. Я хватаю Кестрел за руку и заставляю перевести на меня внимание. — Где Брайар? — требую я. — Она была с тобой, она помогала тебе…

— Успокойся, — шипит она, сдирая мою руку и отталкивая ее. — Я оставила ее в банкетном зале, где укрываются наши гости вместе с большей частью нашей стражи. Уверена, с ней всё в порядке.

Я сжимаю ладони в кулаки, чтобы тут же разжать их, и так снова и снова, пытаясь не дать онемевающей панике захватить меня слишком глубоко.

— Ведь столько всего в эту ночь было в порядке, да? — Я делаю движение, будто собираюсь сама отправиться на поиски Брайар.

Рив хватает меня за запястье, останавливая.

Я отдергиваю руку так резко, что чуть не теряю равновесие.

Интимные, уязвимые моменты, разделенные нами на крыше, кажутся отделенными от реальности целой вечностью, пока мы смотрю друг на друга, и моя укоренившаяся ненависть к нему снова туго скручивается вокруг сердца, заглушая любые другие чувства, что начали распускаться.

— …Я пойду найду ее и отправлю к тебе, — предлагает Кестрел. Рив выглядит так, будто хочет запротестовать против ее ухода от него, но она продолжает прежде, чем он успевает. — Просто позволь мне сделать что-то полезное. После того как им позволили облапать меня своими противными ручьями, мне нужно восстановить равновесие. Со мной всё будет в порядке. А если я случайно наткнусь на застрявших здесь заблудших врагов, тебе стоит переживать за них, а не за меня. Она приглаживает свое испачканное кровью платье и запускает пальцы в спутанные волосы, после чего спокойно зашагав прочь.

Рив вздыхает, глядя ей вслед, а затем жестом приглашает меня в свой кабинет.

Я хочу ответов, поэтому не протестую — хотя и держусь от него на почтительном расстоянии.

Слова потоком вырываются из меня в ту самую секунду, когда он запирает за нами дверь. — Так вот, когда вы все говорили мне, что командир Гарет занят другими делами, вы на самом деле имели в виду, что он гниет в вашем подземелье?