— Меня волнует, — бросаю я, прежде чем успеваю себя остановить.

— Не должно. — Он качает головой, отходя от меня и упираясь рукой в одно из немногих уцелевших в этом хаосе деревьев. — Я не хотел приводить тебя сюда. Я не хотел втягивать тебя в свои битвы, в политику и нарастающее напряжение между моим королевством и остальными. Напряжение, которое, как я знал, только усилится, если мы с тобой сблизимся. Король Мурена заявляет права на Пламеннорожденную? Да еще и первую Пламеннорожденную за, кажется, целую вечность? Я знал, что это создаст проблемы. Но я просто хотел…

— Спасти его.

Он с трудом сглатывает слюну.

— Да.

Я делаю глубокий вдох.

— Почему ты не сказал мне об этом раньше, раз хотел моей помощи?

Еще один холодный, горький смешок срывается с его губ.

— Потому что а вдруг ты бы отказалась? А вдруг ты забрала бы эту информацию о нашем проклятии и использовала против нас? Мурен в последнее время стоит на зыбкой почве, если ты не заметила. И я тоже должен быть хранителем всего этого проклятого богами королевства. А не только моего брата.

— Ты мне не доверял.

— Нет. И до сих пор не уверен, что доверяю. Как я мог?

Я едва ли могу спорить с ним об этом, ведь я и сама не то чтобы по-настоящему доверяю ему. Я пришла во дворце искать любую слабость, которую можно использовать, чтобы сокрушить его. Черт, я провела большую часть сегодняшнего дня в поисках улик, пытаясь расшатать его и власть его королевства. Но это…

Все пошло совсем не так, как я ожидала.

Гнев, печаль и неуверенность бурлят во мне с одинаковой силой. Я все еще пытаюсь разделить их, найти способ говорить связно сквозь этот хаос, как вдруг Сеска вскакивает на ноги, всем телом ощетинившись от тревоги.

Пронзительный, резкий крик раздается вдалеке, заставляя нас поднять головы.

Арло вернулся, его драконий облик дико метается над верхушками деревьев. Я не могу толком разглядеть его сквозь густое сплетение ветвей, дождь и темноту, но мне хватает того, что я вижу — и слышу, — чтобы понять, когда он рушится на землю и больше уже не поднимается.

Странный холод проносится по воздуху, вздыбая волоски на моих руках и на затылке. Это отдаленно напоминает магию, то ощущение, которое возникает всякий раз, когда Сеска собирает и кует стихийную силу, но что-то в этом ощущении… неправильно.

Еще один пронзительный рев сотрясает лес, и это ощущение магии рассеивается так быстро, что я едва не теряю равновесие.

Рив отшатывается от дерева и бросается в сторону рева.

— Подожди!

Он игнорирует меня, уже растворяясь во тьме.

Я бегу за ним, но мой темп замедлен; лес густой, и мне трудно оценивать расстояния между деревьями. И все же я продолжаю пробиваться вперед, ориентируясь на случайный звук шагов или вспышку темного пальто Рива.

Когда я наконец догоняю его, он держит на руках избитого, потерявшего сознание Арло, завернутого в это самое пальто.

Это зрелище не должно меня ошеломлять после всего, что мне только что рассказали. Но на мгновение я застываю на месте в тихом ужасе — потому что теперь я не могу отрицать: происходит нечто ужасное.

Рив не говорит мне ни слова, лишь спешит обратно к дворцу.

Я следую за ним, держась рядом, пока Сеска молча кружит в вышине.

В тесках дворцовых теней уже собралась толпа зевак, окруживших убитого Арло дракона — или то, что от него осталось. Яд разъел почти все тело, оставив почерневшую, наполовину растворившуюся груду костей и плоти, на которую я стараюсь не смотреть напрямую.

Мы берем шире, обходя эту толпу сторонами. Мне хочется сохранить скрытность, ускользнуть глубже в тени и найти способ пробраться внутрь, но Рив внезапно останавливается. Он смотрит не только на людей, столпившихся вокруг драконьей туши, но и на другую небольшую группу богато одетых фигур, которые кучкуются у ближайшего входа во дворец, о чем-то тревожно шепчась и оглядывая окрестности.

— Наши гости, — тихо сообщает он мне. — Я пропустил несколько назначенных встреч после того, как отвлекся… Они наверняка гадают, куда я подевался. Особенно после всего этого шума.

Я хмурюсь, осознавая, в каком он затруднительном положении.

— Они набросятся на тебя, как только заметят.

Он смотрит на дверь за изысканно одетыми людьми, словно подумывая прорваться напролом и просто проигнорировать любые их вопросы или требования; я вижу, что сейчас забота о брате волнует его куда больше, чем политические обязательства.

Но, думаю, мы оба понимаем, что игнорирование этих обязательств в долгосрочной перспективе только всё усложнит.

— Позволь мне забрать его, — слышу я собственный голос.

Он смотрит на меня, губы приоткрываются, но слова не идут.

— Ты же не хочешь, чтобы они задавали вопросы об Арло, верно? — торопливо продолжаю я. — Так что я отведу его в комнату и позову лекаря, пока ты разберешься со своими делами. Придумай что-нибудь насчет мертвого дракона, насчет того, где тебя носила и как ты оказался с ног до головы в грязи и крови. Скажи им, что совершил нечто героическое. А если кто-то спросит об этом меня позже, я просто подтвержу твою версию.

Он ничего не говорит, челюсть сжата, взгляд метается между мной и его братом.

— Доверься мне, — повторяю я мягче, делая шаг ближе и раскрывая ему объятия.

Молчание затягивается настолько, что я уже думаю, будто он откажется. Но затем все происходит словно развязываемый терпеливыми руками узел: напряжение понемногу отступает, ниточка за ниточкой выскальзывают на свободу, пока все разом не распускается до конца.

Он ослабляет хватку, осторожно передавая Арло мне на руки, и какое-то время выглядит слегка ошеломленным — словно не понимает, что делать без тяжести брата, удерживавшей его на месте.

— Иди, — киваю я, подталкивая его в сторону ждущих сановников.

После глубокого вдоха на его лице вновь застывает привычная уверенность и стоическая маска. Я поворачиваюсь и спешу уйти, пока он не передумал.

— Ароуин.

Я останавливаюсь и бросаю взгляд через плечо.

— Спасибо.

Я лишь киваю.

Глава тридцать пятая

Мы продолжаем путь по отдельности. Сеска занимает место на одной из дворцовых башен, ее взгляд прикован к мертвому дракону, хвост подергивается, а мысли и эмоции скрыты за надежным барьером. Я обхожу дворец кругом, направляясь к более уединенному входу, и проскальзываю внутрь после короткого разговора с единственным дежурным стражником.

Внутри тихо, здесь нет ни ветра, ни дождя, ни злых сплетен. Арло дышит ровно, выражение его лица почти умиротворенное. Но мое сердце никак не может успокоиться. Кажется, будто я снова в Пепельных землях, над головой кружат драконы, а я делаю всё возможное, чтобы просто дожить до следующего задания.

Шаг за шагом.

Я преодолела немало трудных поручений, повторяя себе эту фразу, и точно так же поднимаюсь в комнату Арло. Оказавшись на месте, я продолжаю концентрироваться исключительно на том, что необходимо сделать прямо сейчас: вызываю слуг, слежу за тем, чтобы лекарь был уже в пути, и принимаюсь приводить Арло в порядок, стараясь сделать его пребывание здесь как можно более комфортным.

Я действую отстраненно и холодно. Иначе нельзя; я боюсь, что стоит мне открыть сердце хотя бы на малейшую долю, и всё узнанное сегодня рухнет на меня лавиной, сбив с ног.

Я только успеваю уложить Арло в постель, как дверь распахивается и в комнату врывается его сестра, а следом за ней семенит Руффус. Кестрел тут же замирает, переводя взгляд с меня на своего потерявшего сознание брата.

С явным усилием она справляется с напряжением в теле, вскидывает подбородок и тихо спрашивает:

— Ты ведь знаешь правду, я полагаю?

Я сосредоточенно кладу влажную прохладную ткань на лоб Арло.