Слишком быстро. Я выпрямилась и снова посмотрела на сумки.

— Ты что, переезжаешь ко мне, а я не в курсе?

— Ты вообще можешь остаться ночевать, — предложил Оуэн. — В третьей спальне все равно никто не спит.

Никто не спал, потому что это была комната Новы. Ее штаб. И когда я верну ее домой, она будет жить именно там. Я должна была в это верить.

Наверное, Декс заметил, как я напряглась, потому что тут же подхватил разговор.

— Я скорее из тех, кто ставит палатку на заднем дворе.

— Я обожаю походы! — воскликнул Оуэн. — Мы раньше ездили с моим отрядом скаутов, и это было лучше всего. Мам, как думаешь, здесь есть такой?

— Есть, я точно знаю. Я уже записала тебя на осень.

Оуэн подпрыгнул вполоборота и двинулся на кухню.

— Вот это будет кайф.

Декс заговорщически наклонился ко мне.

— Слово «кайф» снова в моде?

У меня тронулись губы.

— Похоже на то.

Но, произнося это, я вдохнула. И зря. Запах Декса тут же окутал меня — чистый, как мягкий ветер после сильного дождя, с нотами кедра и сандала, такой легкий, что хотелось вдохнуть еще раз.

Черт.

Декс превратил меня в какое-то животное, которому хотелось кататься в его запахе и тереться о него, лишь бы получить еще немного.

Наши взгляды встретились. Близко. Слишком близко. Так близко, что я чувствовала, как от него волнами идет тепло. Его глаза опустились к моим губам, будто он запоминал их очертания.

Йети втиснулась между нами и разрушила чары. Все собачьи печенья мира ей за это.

Я прочистила горло и отступила на шаг.

— Ты так и не сказал, зачем сумки.

Декс скользнул взглядом по новому расстоянию между нами, но ничего не сказал. Вместо этого поднял пакет с продуктами.

— Все необходимое для блинчиков.

Потом приподнял спортивную сумку.

— И оборудование для твоей новой сигнализации.

У меня отвисла челюсть.

— Вот это мощно, — донеслось от Оуэна, когда мы вошли на кухню. — Ты ее правда установишь? А мне можно помогать?

Декс поставил сумку в угол кухни, а пакет с продуктами — на столешницу.

— Еще бы. Там будет много датчиков, так что помощь пригодится.

— Прошу прощения, а тебя не смущает, что сначала стоило бы спросить, хочу ли я вообще систему? — вклинилась я.

— Брух, это же будет круто. Мы сможем играть в Джеймса Бонда. А там есть лазеры? — спросил Оуэн, заглядывая в сумку.

— Лазеров нет. И вообще, все это одобрил Блейз. Он хочет наружные камеры, чтобы ловить подростков, которые устраивают вечеринки с бочонками пива без него.

Мне хотелось рассмеяться, но голова шла кругом.

— Тебе стоило спросить меня.

Декс шагнул ближе, и его запах снова меня задел.

— Ты права. Чертовка, можно я установлю у тебя дома сигнализацию? Ты сможешь видеть по камере, кто стоит у двери. И вам с Оуэном будет спокойнее.

На последних словах его взгляд встретился с моим, озвучивая то, что осталось невысказанным. Потому что где-то там был кто-то, кто хотел меня напугать.

— Ладно.

Стоило слову слететь с моих губ, как Оуэн победно заорал.

— А ты научишь меня, как взламывать сигнализацию?

Декс ухмыльнулся.

— Мог бы. Но думаю, твоя мама тогда посадит меня под домашний арест.

— Декстер Арчер. Если ты научишь моего ребенка становиться хакером, вам обоим мало не покажется.

— Брух, — пробормотал Оуэн. — Ты же знаешь, что я умею писать по буквам, да?

Я повернулась к нему.

— Никакого взлома.

Он широко улыбнулся, и между передними зубами показалась маленькая щербинка.

— Я? Да никогда.

Я перевела палец на Декса.

— Невыносимый. Ты абсолютно невыносимый.

Смех Декса разлился вокруг нас, словно осветив воздух. Кажется, я еще ни разу не слышала, как он смеется вот так. По-настоящему.

— Я заглажу вину блинчиками. Идет?

— Ладно, — проворчала я. — Что мне делать?

Декс взял меня за плечи. В ту секунду, когда его шершавые ладони легли на мою голую кожу, во мне ожило все. Мне хотелось податься навстречу этому прикосновению, почувствовать его сильнее. Будто до этого я жила вполсилы, в каком-то полусне, а одно касание разом выдернуло меня наружу.

— Сядь и пей кофе, — распорядился Декс, подводя меня к стулу у кухонного стола. — На твою долю и так уже слишком много всего выпало.

Он наклонился, пока говорил, и его лицо оказалось совсем близко к моему. Взгляд снова скользнул к моим губам — так, будто он только что провел по одной из них большим пальцем. Я резко втянула воздух.

Йети громко и требовательно гавкнула, и Декс тут же выпрямился, отступив на большой шаг.

— Йети прямо очень злая. Ты ее уже кормила? — спросил Оуэн, даже не заметив, что именно произошло между мной и Дексом.

Я прочистила горло.

— Нет. Еще не кормила. Хочешь заняться этим, дружок?

— Уже бегу, — отозвался Оуэн, весь на взводе от радости, что у нас гость.

— Тогда будешь моим помощником на кухне, — сказал Декс, ставя передо мной кофе.

Оуэн насыпал Йети в миску две чашки корма.

— Мне нужно название покруче, чем «помощник».

Декс усмехнулся, вымыл руки и принялся раскладывать продукты.

— Ладно. А как тебе «второй по командованию»?

— Уже лучше.

Они болтали без умолку, пока готовили завтрак, а я пыталась вспомнить, когда в последний раз кто-то готовил для меня. В груди кольнуло так резко, что я едва вдохнула.

Нова.

Завтраки она почти никогда не готовила, зато ужины у нее получались просто потрясающие. И ей нравилось пробовать кухни разных стран. Тайскую, индийскую, греческую — что угодно. И только она умела уговорить Оуэна попробовать что-нибудь непривычное. Потому что превращала это в игру.

С тех пор как она исчезла, я готовила каждую еду сама, если не считать редких случаев, когда мы с Оуэном ели вне дома. Я мыла всю посуду. Тащила все это на своих плечах одна. И устала так, что, казалось, могла бы проспать целый месяц.

Я вздрогнула, когда передо мной поставили тарелку — башенку из двух блинчиков, в тесте у которых явно было что-то намешано. По краю лежали аккуратно разложенные клубники, а сверху красовалась щедрая шапка взбитых сливок.

— Твой завтрак. Еще что-нибудь налить? — спросил Декс, и голос у него стал ниже.

Я заметила, что молоко для Оуэна он уже налил, и сын как раз нес свою тарелку к столу.

— Нет, мне хватит, — хрипло сказала я. — А это что?

Декс опустился на стул между мной и Оуэном так, будто ему там самое место. Будто он сюда вписывался.

— Блинчики с клубникой и печеньем «Орео». Мое фирменное блюдо.

У меня округлились глаза. Сочетание звучало одновременно божественно и греховно. Идеальный баланс.

— Давай, пробуй, — подбодрил он. — Мне нужно знать, прошел ли я испытание.

Я отрезала маленький кусочек, макнула его во взбитые сливки и отправила в рот. Глаза сами собой закрылись, пока я жевала. Вкус взорвался на языке — разные оттенки сладости дополняли друг друга так, будто для этого и родились. Я не удержалась и тихо застонала от удовольствия. А когда открыла глаза, увидела, что Декс смотрит на меня не отрываясь.

— Ну как? — спросил он.

В этом вопросе мелькнула какая-то мальчишеская неуверенность. Из-за нее Декс вдруг стал еще более настоящим.

— Это лучшее, что я когда-либо ела, — прошептала я.

Лицо Декса озарилось такой чистой гордостью, будто я только что сообщила ему, что он успешно отправил экспедицию на Марс или нашел лекарство от рака.

— Охренеть, — промычал Оуэн с набитым ртом. — Вообще лучшее!

Декс усмехнулся, когда раздался один сигнал телефона, потом второй. Он вытащил телефон и поморщился.

— Что? — спросила я, уже чувствуя, как поднимается тревога.

— Мой брат, — проворчал он.

— Который?

— Орион.

По выражению его лица было ясно: за этим стоит какая-то история. А потом губы Декса растянулись в улыбке, и его пальцы забегали по экрану.

— Все в порядке? — осторожно спросила я, потому что по его лицу было не понять — в порядке или как раз наоборот.