— А если Йети потеряется? — спросил я, когда мы перешли на бег трусцой и двинулись следом.

— У нее на ошейнике маячок, я всегда смогу ее найти. И она обычно ждет, пока я догоню.

Я отогнул ветку, пропуская Брей вперед.

— А ты? Если сама собьешься?

— У меня карты в телефоне, и обычно я ношу с собой навигатор.

— Скажи, что ты никогда не шатаешься по таким местам одна, — прорычал я.

— На поиски — нет. На тренировки — бывает.

От одной мысли, что Брей бродит по лесу вдвоем с Йети, меня пробрало до костей.

Мы углубились в чащу и увидели, как Йети кружит у особенно густых кустов. Брей присела и внимательно всмотрелась.

— Смотри.

Я наклонился и заметил розовые волокна, будто от футболки.

— Запиши координаты.

Брей продиктовала их, а я вбил все в заметки на телефоне.

— Умница, Йети. Ищи Скайлар, — подбодрила ее Брей.

Собака снова уткнулась носом в землю. Она шла неровной петляющей дорожкой, и я невольно задумался, что же тут произошло. Потом она ускорилась.

— Запах стал сильнее. — В голосе Брей вспыхнула надежда. — Йети прибавила. Значит, теперь ей легче идти по следу.

Мы побежали, стараясь не отставать от собаки. Слышно было только птиц над головой да наши шаги по лесной подстилке.

А потом я услышал это.

Крик. Болезненный, сорванный.

Все внутри у меня налилось свинцом, но я не остановился. Йети рванула вперед, и я вместе с ней. Она неслась быстрее, легко лавируя между деревьями. Но у меня на своей стороне была чистая паника.

Йети коротко, резко залаяла. Я сразу понял: это сигнал.

Обогнув тесную группу деревьев, я увидел то, чего никак не ожидал. Скайлар сидела верхом на спине какого-то мальчишки крупнее нее. Светлые хвостики были забиты землей и листьями, щека тоже перепачкана грязью, а самого пацана она держала каким-то удушающим захватом.

— Извинись, — потребовала она, и в голосе у нее кипела чистая ярость.

Мальчишка вытаращил глаза, заметив меня.

— Помогите! Она ненормальная!

— Это тоже грубо. Теперь будешь извиняться два раза.

Скай сжала его крепче, и лицо у нее стало грозовым.

Я почувствовал, как рядом резко остановилась Брей, и услышал ее сдавленный звук изумления.

Я покачал головой и провел ладонью по челюсти, пока меня накрывало облегчение.

— Эй, маленькая принцесса. Отпустишь его?

— Нет, — рявкнула она. — Иногда людям нужен урок. И я как раз буду учительницей.

Брей вцепилась мне в руку и уткнулась в нее лицом, чтобы не расхохотаться.

Да, это был чистый Уэйлон, если я хоть что-то в этом понимал.

— Скай, он свое получит, не сомневайся. Но тебе самой неприятности тоже не нужны.

Она вскинула на меня ореховые глаза, и в них впервые мелькнула неуверенность.

— Обещаешь? Он обидел Оуэна. А мы не обижаем. Это правило номер один.

Господи, моя племянница была лучшей на свете. Розовая футболка с надписью «Только попробуй, и я позову дядю», армейские ботинки, радужные шорты. И на лице — одна сплошная ярость.

— Обещаю. Ты получишь свое возмездие, маленькая принцесса.

Напоследок еще раз сдавив мальчишку, она спрыгнула с него и отряхнулась. А потом сразу кинулась к Йети и принялась ее чесать.

Но я не сводил глаз с этого мелкого гаденыша, который обидел Оуэна и завел Скайлар в лес. Я двинулся к нему и протянул руку, помогая подняться. Только не отпустил, когда он встал. Сжал крепко и наклонился к нему вплотную.

— Еще раз полезешь к Оуэну — и я позволю Скай довести дело до конца. А еще прослежу, чтобы все твои секреты каждую неделю всплывали у тебя в Snapchat. Я умею. Раньше я взламывал компьютеры для ФБР.

Мальчишка побледнел.

— Понял меня? — прорычал я.

Он быстро-быстро закивал.

— Отлично. А теперь пошел вперед, — приказал я.

На лице Брей расплылась улыбка, когда перепуганный задира прошел мимо нее.

— Лютик, ты сейчас правда угрожал десятилетке из-за моего сына?

Я пожал плечами.

— Оно того стоило.

Черты ее лица смягчились.

— Кажется, ничего более хорошего для меня еще никто не делал.

Брейдин

Скайлар вприпрыжку бежала впереди, болтая с Йети так, будто собака понимала каждое ее слово. Она даже не догадывалась, как мы все за нее перепугались. Наверное, это и к лучшему. Может, твердого, но спокойного разговора с Колом о том, что в лес убегать нельзя, окажется вполне достаточно.

А задира Макс был так унижен и, похоже, до сих пор напуган угрозами Декса, что мне уже начинало становиться его жаль. Он плелся между Скайлар и нами, понурив голову и глядя себе под ноги.

Но стоило нам выйти из-за деревьев, как Кол со всех ног бросился к дочери. И в тот же миг все веселье от того, как именно мы нашли этих двоих, исчезло. Я снова вспомнила, что было поставлено на карту. Перед глазами вспыхнули воспоминания о поисках после исчезновения Новы. О том, как отчаянно я мечтала вот о таком воссоединении.

Скайлар захихикала, когда отец подхватил ее на руки и крепко прижал к себе. Но от того, как тело Кола затряслось от беззвучных рыданий, я едва не сломалась прямо на месте.

— Папочка? — растерянно спросила Скайлар. — Что случилось?

— Ничего, малышка. Теперь уже ничего.

Он долго не выпускал ее из рук, и я понимала: он пытается осознать, что только что оказался лицом к лицу со своим худшим кошмаром — и все же выбрался на свет.

Рука Декса легла мне на плечи, притягивая к нему, а губы скользнули по моему виску.

— Мы и тебе найдем ответы.

То, что он понял, куда унеслись мои мысли — к Нове, всегда к Нове, — было для меня подарком. Но я не могла не заметить, что он не пообещал мне счастливого конца, какой получил Кол.

Кол поднял на меня ореховые глаза.

— Спасибо, — хрипло выдавил он. — Все, что тебе понадобится. Все, что угодно. Все твое. Ты нашла мою девочку.

— Тебе не нужно этого говорить, — так же хрипло ответила я. — Я рада помочь.

— А я все равно скажу.

В его глазах горело что-то странное. Страх, поняла я. И я его понимала. Быть родителем-одиночкой — значит жить под постоянным давлением. Каждое решение на твоих плечах. И если что-то идет не так, кажется, виноват только ты. Эта ноша всегда тяжелее, когда несешь ее одна.

— Мне нужно только одно, — прошептала я. — Своди эту девочку на молочный коктейль и побудь с ней вдвоем.

— Я не терялась, папа. У меня просто было дело.

Скайлар сердито покосилась на Макса, который так и стоял, не поднимая головы.

Кол чуть отстранился.

— Было дело?

У меня возникло чувство, что он бы рассмеялся, если бы всего минуту назад не обезумел от страха.

— Да. Макс должен извиниться перед Оуэном, — фыркнула Скайлар.

Щеки Макса вспыхнули, но не успел он и рта раскрыть, как его позвала какая-то женщина — видимо, мать. И выглядела она очень недовольной.

Кол впился в дочь жестким взглядом.

— Тогда надо было сказать вожатому. Нельзя гнаться за кем-то в лес.

Скайлар шумно выдохнула.

— Иногда надо заступаться за правду.

Губы Кола сжались в тонкую линию.

— Дома мы об этом поговорим.

Он перевел взгляд на меня.

— И еще раз спасибо. И Йети тоже.

— Не за что.

Кол уже вытаскивал из кармана телефон, поудобнее перехватывая Скай на руках.

— Надо позвонить Маву, Уайлдеру и Уэйлону. Сказать, что они могут возвращаться к работе.

Пока Кол нес дочь к парковке, к ним подбежал Оуэн, все еще сжимая в руке сломанные очки. Кол опустил Скайлар на землю, и Оуэн тут же заключил ее в крепкие объятия. Но сам Кол ни на секунду не отводил глаз от дочери. Будто боялся, что она снова исчезнет, стоит ему моргнуть.

— Он винит себя, — тихо сказал Декс.

Я вскинула на него взгляд.

— За то, что Скайлар потерялась?

Декс покачал головой.

— За то, что случилось со мной и моими братьями. В тот день он должен был быть дома. Мы с Мавом хотели, чтобы он поиграл с нами в футбол, но он вместо этого повел свою девушку гулять. Ему было семнадцать, и девушки, понятное дело, казались куда интереснее младших братьев. А вернулся он к полицейским машинам. Отец мертв. Орион в наручниках. Я травмирован. Уайлдер пытается разобраться с полицией и найти Ориону адвоката. Маверика везут в приемный покой. Он считает, что подвел нас.