— Не могу знать, — ответил Протис. — Не могу сказать, что дела у графа идут отлично, но проигрывать он точно не собирается.

Помолчав, повернул голову, глядя на стол и магическую карту. Что-то доклад Ульпия запаздывает. Точнее, не его лично, а штаба. Прямо сейчас они уже должны были войти в каньон и начать прессовать исеорскую армию, так какого чёрта этот коротышка молчит? Надо было всё-таки… Нет. Правильно сделал, что в столице остался. Ульпию с Доманусом, как воздух, необходима самостоятельная операция. Хватит уже им сопли подтирать. Пусть покажут, что и без меня чего-то стоят. К тому же… чёрта в душу, бога мать… но я буквально завален работой. Начал замечать за собой, что очень часто раздражаюсь из-за какой-нибудь ерунды. Ещё ни на ком не сорвался, однако чувствую, что подобное близко. Выходной нужен. Хотя нет. Мало. Мне чёртов отпуск необходим. Но кто тогда работать будет? Был бы сын — на него всё скинул, но у меня даже жены нет, что уж там о детях говорить?

— Где! Мать его! Доклад! От Ульпия! — произнёс я раздельно.

Уже через пять секунд возле меня стоял адъютант и докладывал о невозможности связаться со штабом Первого легиона. И со штабом Второго.

— Есть связь! — крикнул один из полковников, находившихся в зале.

Это хорошо, а то я почти зарычал на адъютанта. Самое паршивое, что происходило в моей жизни, происходило вне моей сферы контроля. Плюс ранение Горано. Падение городов, в том числе столицы, смерть важных для меня людей, гибель легионов — всё происходило где-то там. Я понимаю, что накручиваю себя, знаю, что необходимо доверять другим легатам, но стремление контролировать все важные вещи идёт оттуда. Из времён, когда я по тем или иным причинам не мог сам возглавить командование и в итоге гибли люди. Но и без этого никак: я не могу быть везде одновременно. И делать сотню дел разом. Ульпию и Доманусу необходим опыт самостоятельного командования легионами. Не армией, а именно легионом.

Подойдя к столу с узлом связи, глянул на иллюзию Ульпия.

— Ну, — произнёс я недовольным тоном. — Чего так долго?

— Прошу прощения, милорд легат, — склонил голову Ульпий. — Запланированное время связи оказалось не очень удобным. Докладываю. Операция закончена. Исеорская армия взята в плен в полном составе.

Почувствовав, как брови лезут вверх, тут же взял их под контроль. Не просто разбили, а взяли в плен? Всех? Это как?

— Рассказывай, — произнёс я, после чего указал на ближайший стул и махнул рукой.

Адъютант отреагировал мгновенно, пододвинув мне указанный стул.

Доклад Ульпия не занял много времени, всё-таки в описании всех мельчайших деталей не было необходимости. Что же произошло? Да, собственно, всё по плану. Разве что в каньон исеорская армия вошла чуть раньше запланированного. Что никак не повлияло на операцию в целом. В общем, зашли они в каньон и столкнулись не с отрядом заграждения, который должен был их всего лишь задержать, а со всей армией Танкаеды. Естественно, Даини пару раз всё-таки попробовал прорвать их оборону, но достаточно быстро понял, что это будет стоить ему очень дорого, ну и, конечно же, он понял, что дело тут нечисто. Логика подсказывала, что из каньона надо делать ноги, и Даини не стал идти против разума. Отошёл, развернул армию и потопал на выход… Нос к носу столкнувшись с плотным строем имперских манипул. Всё, точка. На этом моменте Исеор проиграл окончательно, и умный мужик Даини сделал самый мудрый поступок в его жизни: он сдался. Даже не стал пытаться прорваться, так как итог был бы тот же самый, но с кучей смертей. Признаться честно, на его месте я поступил бы так же. Но именно на его месте, то есть, будучи генералом Исеора. Тут ведь в чём хитрость? Если бы Даини вырвался из западни, он бы потерял армию. От неё бы мало что осталось. Если бы не прорвался… Ну, это понятно: благородная, хоть и тупая, смерть вообще всех. При этом в обоих случаях Исеор теряет восток. Даини же пошёл на компромисс: восток он отдаёт, но при этом сохраняет армию. Да, сейчас они в плену, но это ведь не навечно. Ни Атола, ни Танкаеда не замечены в казни пленных. Ни там, ни там, нет рабства. Ни тем, ни другим на хрен не сдались сто пятьдесят тысяч ртов. То есть сейчас мы — я и Васкос — свяжемся с Поэри, договоримся о его капитуляции, после чего отпустим пленных. Даже если часть разбежится или решит остаться на востоке, который уже считай Танкаеда, у генерала Даини всё равно останется тысяч сто бойцов. Голых, но обученных. И они вернутся в столицу, после чего смогут перевооружиться и привести к покорности север. В конечном итоге Исеор сохранит хоть что-то.

— Молодцы, — кивнул я Ульпию. — Передай Доманусу, что я вами доволен.

— Мы и не сделали ничего, милорд легат, — вздохнул Ульпий напоказ.

— Сражения — это самая лёгкая часть нашей работы, — улыбнулся я. — А вот добраться до места сражения подчас гораздо сложнее. Тем более взаимодействуя с чужой армией. Вы правда молодцы. Отлично поработали.

— За императора и империю, — склонил голову Ульпий.

— Ладно, тогда я пойду, — произнёс я, посмотрев на Протиса, продолжавшего стоять на прежнем месте. — Помогите Танкаеде разобраться с пленными и… Хм. Не забудьте забрать нашу долю добычи с исеорцев. В частности, меня интересует их снаряжение.

А ведь у меня ещё от армии Аветора много чего осталось. А тут Алани хочет поговорить… Удачно как. Ему всё и сбагрю.

— Слушаюсь, милорд легат, — ответил Ульпий.

— Так что да… — протянул я задумчиво. — В общем, добыча и помощь с пленными. После чего возвращайтесь на прежние места дислокации.

— Как прикажете.

Когда иллюзия исчезла, направился к Протису.

— Слышал? — спросил я его.

— Без подробностей, — ответил он. — Но общий смысл уловил.

— Мы победили, — уточнил я. — Сколько-либо значимых войск у Исеора больше нет. Так что давай, думаю, самое время для плана «Большая жирная точка».

— Сделаю в лучшем виде, — приложил он ладонь к сердцу.

— Ну и отлично, — усмехнулся я. — А пока устрой мне вечером разговор с Алани.

— Будет сделано.

В тот же вечер над моим рабочим столом в кабинете висела иллюзия смуглого, худощавого, гладко выбритого мужчины с родинкой на левой щеке. И хоть одет он был во что-то гражданское чёрного цвета, судя по фону, находился граф в палатке.

— Добрый вечер, Ваше Величество, — поздоровался он, а ведь именно граф ждал моего вызова и именно он его принял.

То есть по правилам хорошего тона это я должен был поздороваться первым. И я хотел… просто не успел.

— Добрый вечер, Алани, — кивнул я ему. — Всё воюешь, смотрю.

— Такие времена, — пожал он плечами. — Приходится воевать сегодня, чтобы завтра потомки отдыхали.

И ни слова о том, какие атолийцы сволочи и что всё из-за нас. Это, к слову, не так: сам бы я на них первым не напал, но в прошлый раз Алани это не помешало начать меня обвинять.

— Хорошо сказано, кстати, — покивал я. — Итак, граф, о чём вы хотели поговорить?

— Прежде всего, прошу прощения за свои прошлые слова, — склонил он голову на пару секунд. — Я говорил не со зла, просто так диктовали условия. Политика, уж простите. Увы, для меня — не помогло. В нашу последнюю встречу вы переиграли этого самонадеянного графа по всем статьям.

Хм. Извинения, принижение себя, хвалебные оды в мою честь. Может у него там не всё так… ровно, как мне докладывали?

— Просто у вас не было времени на подготовку, — произнёс я медленно.

— Да, просчитали вы всё отлично, — вздохнул он, покачав головой. — И на провокацию не повелись. Хочу ещё раз извиниться. Не в моих правилах грубить людям, особенно королям, — улыбнулся он криво. — Но это был шанс. Жаль, не сработало.

— Понимаю, — произнёс я нейтральным тоном. — Итак. Что у вас за дело ко мне?

— Для начала хочу уточнить: считаете ли вы, что преданный роду Поэри герцог Аветор — не самый лучший сосед для Атолы?

— Спорно, — хмыкнул я. — Он хотя бы вежливый.

— Ещё раз прошу прощения, Ваше Величество, — склонил Алани голову. — Я действовал и говорил, исходя из политической ситуации, а не по личным мотивам.