На ужин Василису привели в большую залу с длинным обеденным столом. Но накрыто было лишь с одной стороны. Для хозяина, его супруги и помощника. Ели в полном молчании. Элемиан и Ройнон смотрели в свои тарелки, не поднимая голов, Василиса же не знала, о чем говорить.

Потом подошел слуга и подал Ройнону свиток, скрепленный коричневой печалью. Когда слуга ушел, Ройнон вскрыл печать и развернул послание.

— Императорская стража поймала мага, который распылил вещество на приеме, — сказал он, быстро пробежавшись взглядом по тексту. — Маг на допросе, но пока не выдает Валрона.

— И вряд ли выдаст, — подал голос Элемиан, все так без интереса копаясь в тарелке.

— Как ты, Василиса, и рассказывала, он тоже отчасти заложник, — произнес Ройнон. — Его сестра замужем за одним из вассалов главного советника. Так что, маг на крючке.

Василиса вздохнула. Ей стало даже жаль Илишана. Когда-то он был всего лишь одаренным подростком, не знающем бедствий.

— У меня… — произнес сиплым голосом Элемиан. — У меня для вас задание.

— Задание? — удивилась Василиса, глянув на Ройнона. Тот напряженно сглотнул и кинул на нее странный серьезный взгляд.

— Это связано с… — продолжил Элемиан, но его прервал вбежавший в столовую еще один слуга и попросил срочного вмешательства генерала. Пришли вести с границы. Элемиан поднялся и пошел к выходу.

— Мне объяснить самому? — крикнул вдогонку Ройнон.

— Да, — не оборачиваясь ответил Элемиан и скрылся.

Василиса с любопытством посмотрела на Ройнона. Тот неловко почесал затылок, глянул в сторону пришедшей убрать приборы служанки, встал из-за стола, поклонился и официальным тоном произнес:

— Прошу простить госпожа, я последую за господином.

— Но…

Ройнон слегка улыбнулся и выскочил из столовой как пробка из бутылки.

Василиса приуныла и позвала свою служанку.

— Глори, — сказала она, — расскажи мне о ваших правилах. Я ведь из другого места, так что…

— Конечно, — улыбнулась Глори. — Но завтра. Господин приказал подготовить вас ко сну.

«Приготовить ко сну» оказалось долгим обычаем с множеством манипуляций, от которых Василиса чувствовала себя как в салоне красоты или в спа. В ванной ее натирали вкусно пахнущими маслами, массировали руки, ноги, шею, удалили каким-то раствором волоски с ног и подмышек, мыли и сушили волосы.

И вот такая чистенькая, распаренная и расслабленная как розовый поросеночек Василиса улеглась на свою перину в ожидании мужа. Сладкое волнение и даже предвкушение окутало ее с головой. Василиса даже не пыталась скрыть от себя, что действительно ждет Элемиана.

— Ночью запрещено входить в вашу комнату до рассвета, — объяснила Глори, выключая прикосновениями пальцев магически камни. Только три толстые свечи в подсвечнике на стене не потушила. — Если что-то понадобится, вам придется выйти и попросить дежурную самостоятельно. Спокойной вам ночи.

Она улыбнулась и вышла, прикрыв за собой дверь. Василиса отбросила мысли о своей участи, не хотелось ни о чем думать, а просто жить и наслаждаться этой жизнью, пока есть такая возможность.

Дверь в смежные покои отворилась. Вот только вошел к ней не Элемиан. Ройнон нес бутылку и два стакана. Выглядел он свеженьким, в светлой рубашке и темных штанах.

— Позволишь? — спросил он и поставил на стол бутылку.

— Что? — не поняла Василиса, выбралась из-под одеяла и села. — А где Элемиан?

— Пока в рабочем кабинете, но скоро придет, — кивнул Ройнон в сторону смежной двери.

— А почему ты тут? — удивилась Василиса и тут же догадалась: — Ты пришел рассказать о задании?

— Да, — нервно усмехнулся он. — Задание.

Ройнон отошел к входной двери и закрыл ее на щеколду. Потом вернулся к столику и молча разлил вино по стаканам. Вид при этом у него был удрученный.

— Для начала выпей, — сказал он, избегая смотреть на Василису, и протянул один стакан ей, второй взял сам.

— Зачем? — мысли одна страшнее другой полезли в голову. Василиса приняла стакан и всмотрелась в темную красную гладь. — Элемиан приказал отравить меня, да? Нет меня — нет проблем, да? В вашем мире же так принято — избавляться от того, что мешает.

Ройнон глянул на нее и растерянно моргнул.

— Нет, Василиса, конечно же, нет, — сказал он, сел рядом, нервно пригладил волосы и выпил залпом свою порцию.

Василиса осторожно отхлебнула из стакана сладко-жгучий напиток. Когда-то они уже сидели так в палатке, Ройнон успокаивал ее и рассказывал о их с Элемианом детстве. Василисе действительно было спокойно рядом с ним, ведь она знала, что он точно не навредит. Но сейчас чувствовала тревогу.

— Что за задание такое, перед которым надо пить? — постаралась усмехнуться Василиса.

— Пей до дна, — мягко сказал Ройнон и налил себе еще. — Задание на самом деле несложное. Мы нашли решение, как тебе выполнить приказ императора, и чтобы на свет не появился ребенок со способностями.

Он посмотрел на нее вдруг с мягкой смущенной улыбкой, снова осушил стакан и поставил его на прикроватную тумбу.

Василисе сделалось не по себе: ночь, запертая изнутри дверь, Ройнон сидит рядом на постели так, что чувствуется тепло его тела. Она сделала еще несколько глотков, от странного предчувствия сердце в груди бешено стучало.

— В императорском указе нет ничего о том, должен твой ребенок унаследовать силы или нет. Император не предусмотрел такие мелочи. — Ройнон нервно пригладил волосы, забрал из рук Василисы полупустой стакан и сам допил его. — Так что если родишь от другого, указ все равно будет соблюден. Конечно, об этом лучше никому не знать, но...

Василису бросило в жар, голова закружилась и не от выпитого вина. Осознание накатило на нее как цунами. Она вспомнила и странные вопросы Элемиана этим днем, и его мрачный взгляд, и поведение этих двоих за ужином. А она еще и сказала Элемиану, что ей нравится его помощник как мужчина!

— Вы… — прошептала она, повернувшись к Ройнону, который придвинулся еще ближе, так, что теперь они касались коленями. — Вы с дуба рухнули что ли?

— Прости, Василиса, — печально улыбнулся он, и Василисе сделалось дурно. — Надеюсь, что я тебе не противен.

Он потянулся к ней и осторожно погладил ее оголенное плечо пальцами, шумно выдохнул. Но Василиса не отпрянула, она замерла точно в оцепенении и все еще не могла поверить, что они поступают с ней так.

— Мне придется приходить к тебе ближайшее время, — тихим виноватым тоном продолжил Ройнон. — Пока ты… не понесешь...

Он просунул руку под рукав ее ночнушки, скользнув по коже.

— П-подожди... — прошептала хрипло Василиса, борясь со ступором. Тревога, злость и обида расплывались во внезапной апатии, как капельки акварели в стакане воды.

Ройнон медленно приблизился, осторожно обнял, скользнув нежным, ласковым прикосновением теплой руки по спине.

— Я буду осторожен. Пожалуйста, не сопротивляйся, — прошептал он, коснувшись губами мочки ее уха.

И апатия наконец отступила. Василиса вырвалась, оттолкнула Ройнона.

— С ума сошли?! — крикнула она. — Чья это была идея?! Хотя нет, какая разница чья, Элемиан «дал задание». Это просто какой-то бред! Я вообще кто для вас?

Ройнон печально улыбнулся и тяжело вздохнул.

— Элемиан готов на все, чтобы сохранить тебе жизнь, — произнес он. — Не думай, что ему в радость все это. Он на полном серьезе собирался захватить власть в стране. А это… — его рука вновь потянулась к плечу Василисы, но она ударила его и отсела подальше, уперевшись в подушки. — Это единственный бескровный вариант, Василиса. Если у тебя есть другие идеи, мы с радостью рассмотрим их. Но медлить нельзя.

— Я хочу в свой мир! — воскликнула она, схватив подушку и прижав к себе. — Это ваши проблемы, не мои! Какого черта я должна все это терпеть?!

— К сожалению, мы только начали искать человека, кто мог бы помочь связаться тебе с твоим миром. О возможности перемещения мы даже ничего не знаем, — продолжал объяснять Ройнон тоном, каким обычно говорят с детьми. Ласковым, ровным, но твердым. — Это займет слишком много времени. От силы месяц тебе удастся скрывать отсутствие беременности, но потом лекарь узнает правду. Если бы у нас был год, да хотя бы полгода…