Однако, я хорошо помнил, что система мне дала четкое условие — сохранить свою землю. У меня не было выбора. Только Гулос об этом не знал. Если я соглашусь с его условиями — произойдет нарушение синхронизации с нынешним телом. Да и плюс ко всему я уверен, что он всё равно меня обманет.

Основное задание было выполнено: мне удалось вырастить урожай и достичь стопроцентной синхронизации. Но потеря земли всё равно приведет меня к смерти. Значит, пути назад нет.

— Зачем тебя нужна моя земля? — я посмотрел в глаза своему соседу — Разве тебе некуда расширять свои владения? Моя земля требует немалых физических и финансовых вложений.

— Если твою землю заберет более толковый фермер, чем ты, то у меня появится конкурент, — коварно усмехнулся Гулос. — Не знаю о чем ты там снюхался с инспектором, но желания рисковать у меня нет. Хватит юлить, Войцех, такое предположение поступает только один раз в жизни. Любой бы на твоем месте уже согласился.

Я чувствовал, что он пытается меня обмануть. Называет лишь косвенные причины, вместо настоящей. Если бы этот разговор происходил в прошлой жизни, то я бы неиронично мог предположить, что на моем участке в недрах земли находится нефть или спрятанное сокровище.

— Разве я могу тебе верить? — не сводя глаз с землевладельца, спросил я. — Где гарантии, что ты выполнишь свою часть уговора?

Нужно переходить в наступление. Проверять границы дозволенного. Гулос слишком вспыльчивый человек, чтобы долго находиться в образе «доброго» мецената. Если его уколоть в разговоре, то он вполне может проболтаться о своих планах.

— Я готов тебе предоставить задаток, — сказал Гулос. — Любая сумма, которая тебя убедит в серьезности моих намерений.

— Даже тысячу зиллингов? — с наигранным восторгом спросил я. — Правда не знаю зачем тебе этот клочок земли, на котором больше ничего дельного не вырастет. Скорее всего, никогда. Ведь этот сорняк истощил землю до предела.

Гулос на мгновение замер, и его самодовольная ухмылка дрогнула. Он явно не ожидал, что я буду настолько наглым, что назову почти точную сумму своего долга банку. Это не совсем похоже на залог…

Мой вопрос невероятно его взбесил, но он сдержал свою ярость.

— Пусть будет тысяча, — хмуро ответил Гулос. — С этой земли не убудет…

Стоило ему вслух сказать последнюю фразу, как его лицо исказилось. Наконец, Гулос, проболтался. Он сразу понял, что случайно показал «туз» в своем рукаве. Только я виду не подал, словно не заметил изменения в его мимике.

— Ну так что? — вновь обратился ко мне землевладелец, явно желая скрыть свою оплошность. — Тебя моё предложение устраивает?

Я тонко чувствовал, что Гулос начал нервничать. Он заикнулся о том, что сорняк особо и не навредит моей земле. Словно она может восстановиться… Но как такое возможно?

Ведь бурьян просто извлекает всю живку из почвы, оставляя её истощенной. В голове промелькнули примерные данные об истощении. Почти восемьдесят процентов!

Мне удалось восстановить насыщение почвы живкой только благодаря информации от системы. Ведь это она мне рассказала как с помощью криокомпостирования забрать всё «украденное» сорняком.

Я не стану заявлять, что в этом мире об использовании компостных ям никто не знает, но вот на счёт криокомпостирования бы поспорил. Это уникальный метод, который известен только мне. Вполне вероятно, что и Гулосу.

Только я хорошо помню, что наличие ямы не вызвало с его стороны каких-то опасений. Он же тогда приходил к нам на участок и подумал, что это яма для инспектора.

— Мне нужно время, чтобы всё взвесить, — блефовал я. — Твоё предложение звучит заманчиво И я верю, что ты сдержишь своё слово, но принимать поспешные решения не хочу.

— Сколько тебе нужно часов? — нетерпеливо поинтересовался Гулос.

— Дней, — поправил я. — Трех дней будет достаточно, чтобы я принял решение.

— Ты просто зря тянешь время, Войцех, — прорычал Гулос. — Твоя семья голодает в Столичном округе, а ты думаешь соглашаться тебе или нет на предложение, которое тебе никто никогда больше не предложит.

— Не нужно на меня давить, — я встал из-за стола, словно был готов уйти в любой момент. — Я целый год здесь прожил и уже успел привязаться к этой земле. А ты хочешь вырвать у меня её из рук. Успокойся, я ведь уже почти согласился на твоё предложение.

Я врал. Нагло врал. Свою землю я не собираюсь ему отдавать, но выудить с него лишнюю информацию или какую-нибудь финансовую помощь, чтобы закрыть часть долгов — да.

Пусть думает, что я очень сильно привык к своему участку. Ведь бывает же такое, что человек настолько сильно привязывается к своему жилью, что даже если хочет его продать, всё равно не решается этого сделать.

— Прошу прощения, Войцех, — самодовольно улыбнулся Гулос. — Просто меня постоянно мучает мигрень. Да и работники доставляют много хлопот… Три дня? Хорошо, я буду ждать твоего ответа. Гнусавый тебя довезет до участка.

Каким-то чудом удалось его убедить, что меня искренне заинтересовало его предложение.

— А что на счет залога? — поинтересовался я.

— Держи, — Гулос кинул через весь стол мешочек с деньгами. Монеты громко зазвенели внутри, сталкиваясь друг с другом. — Там пять зиллингов. Остальные девятьсот девяноста пять получишь уже после своих раздумий и заключения договор между нами. А это так… На мелкие расходы. Может, из-за голода у тебя голова туго соображает.

— Нет, обойдусь, — помотал головой я. — До заключения договора мне твои деньги не нужны.

— Ты в этом уверен? — нахмурился он. — Это ведь жест доброй воли, чтобы…

— Нет, — твёрдо повторил я. — Оставь их себе. Пока.

Не стану я брать от него эти подачки. Тем более, высока вероятность, что он может меня подставить. Это в его стиле. Скажет ещё, что я его обокрал.

Да и в целом мне никакая плата от него не светит, не стоит даже думать об этом.

Я прекрасно понимаю, что он ни за что не даст мне такую крупную сумму денег. Я уже убедился, какой расчётливый и мелочный человек сидит передо мной. Но даже эти пять зиллингов подтверждают мои догадки о ценности земли, которая оказалась под моим контролем.

В первый день знакомства он готов был лишить меня последней копейки из-за «нарушения трудового договора», а сейчас всё резко изменилось. Мой участок охранял живкорой, его диверсию с семенами бурьяна раскрыли, земельный инспектор уехал в неизвестном направлении после переговоров со мной, а затем у меня появились деньги, чтобы закрыть долг травнику Яну. Он опасается, что я могу доставить ему очень большие неудобства.

Поэтому остается лишь одно мирное решение — купить меня.

Я смог убедить его, что мне нужно время на размышление, но на самом деле это просто попытка выиграть немного времени перед приездом Отто Бауэра и выпутаться из сложившейся ситуации. Выйти сухим из воды, так сказать.

— Надеюсь, что ты не передумаешь, — я продолжил изображать заинтересованность в его предложении.

— За мной не заржавеет, — усмехнулся землевладелец, проглотив мою «наживку». — Если определишься раньше времени –дай знать. Сразу же всё оформим. И чем быстрее, тем лучше. Мне только останется подготовить все необходимые документы.

Я кивнул ему на прощание, а затем вышел в длинный вестибюль. На этом переговоры подошли к концу.

— Тебя отвезти обратно? — спросил Гнусавый. Видимо, ждал меня всё это время около входа в поместье.

— Нет, мне ещё в пару мест нужно занлянуть. Сам справлюсь, — ответил я.

Интересно, что же он всё-таки имел ввиду, когда говорил о моей земле? Прозвучала какая-то слишком уж многозначная фраза…

«С этой земли не убудет…»

Нужно будет подумать об этом на досуге. Не исключено, что я просто чего-то не заметил? Нужно будет ещё раз осмотреть свой участок. Теперь я точно уверен, что там скрывается какая-то тайна. Что-то, о чём знает Гулос, и о чём пока что не ведаю я.

У меня сейчас и без Гулос с его интригами проблем хватает. Прежде, чем размышлять по поводу своего участка, я решил окончательно убедиться, что моей новой соратнице можно доверять. Да, всё же стоит заглянуть к Витольду. Ведь это он, якобы, её порекомендовал.