Он тяжело вздохнул и раздраженно покачал головой:

– Осталось еще немного помучаться с документами Бреннера и Казимира Корна. Густав вчера через своих солдат передал мне целую стопку их лагерных ведомостей. И, честно тебе скажу, Войцех… Это сущий кошмар. Странно как‑то, что среди их людей нет ни одного человека, который в этом хотя бы что‑то смыслил! У Бреннера в документах полная чепуха, а Казимир Корн свои амбарные книги вообще заполнял не пойми как. Но ничего, я и их дела доведу до ума. Шредер не найдет, к чему придраться.

– Значит, с документами мы закончили, осталось лишь с годовой отчетностью разобраться, – подытожил я.

– Всё верно. Отдыхай! Чтобы уже к проверке был, как новенький, – Радован улыбнулся. Видимо, таким образом рассчитывал меня поддержать.

Но мы оба понимали, что так скоро я не восстановлюсь.

Помощник снова уселся за столом, обмакнул перо в чернильницу и стал заполнять документацию с других участков. Скрип пера меня даже успокаивал, но продлилось это недолго. Дверь дома тихо отворилась, и внутрь вошла Беатрис.

Девушка подошла к кровати, окинула взглядом меня и слегка нахмурилась. Радован на секунду оторвался от документов, кивнул ей и снова уткнулся в свои бумаги.

– Как ты? – присаживаясь на край импровизированной кровати, тихо спросила охотница.

– Бывало и лучше, – пытаясь пошевелить рукой, усмехнулся я. – Лука настаивает на недельном покое, но сомневаюсь, что моего терпения надолго хватит. Что там на улице происходит? Работники после этого инцидента оправились хоть немного? Даже к ним пока даже выйти не могу.

– Похоронили этого бедолагу… Точнее то, что от него осталось, – серьезным тоном поделилась охотница. – Сейчас всё спокойно, но мужики всё равно на лес нервно поглядывают. Радован сам к ним вышел, пока ты был в отключке. В общем за тебя уже всё сказал – что и как делать. Отдал нужные распоряжения. Так что строительство амбара продолжается.

Радован мне очень сильно помогает. На него можно положиться. Хоть он и был моим самым первым помощником на ферме, которого я принял по чистой случайности. Но с каждым днем парень всё больше и больше оправдывает моё доверие.

– Войцех, нам нужно поговорить по поводу этого хищника. Тот пятипалый след, что я нашла – он действительно принадлежал этому смилодону. Но дело в другом, – заявила Беатрис. – Я ушла из леса вовсе не потому, что испугалась его. Я повернула назад, потому что там, в лесах, есть куда более опасные вещи, чем эта здоровенная кошка.

– Что ты имеешь в виду? – поинтересовался я.

– Нечто первородное, – девушка нахмурилась. – То, что обитало в этих землях задолго до того, как появились первые люди. Смилодон просто бежал из леса, спасая свою шкуру. Точно так же, как и я. Тот древний монстр пожирает всё живое на своем пути. Надеюсь, что мы с ним никогда не пересечёмся. Но… Не могу не отметить. То, что ты сделал, – это чудо, Войцех. Ты вообще понимаешь, кого ты смог убить? Такого хищника в одиночку победить практически нереально. На него всегда охотились группой. Я ещё ни разу не видела, чтобы один неподготовленный человек смог одолеть смилодона без помощи опытных охотников.

Она наклонилась чуть ближе, перешла на шёпот:

– Учитывая его идеальный слух и зрение – это практически нереально. Устроить засаду на его территории невозможно – он почует отряд за сотню шагов. Если бы не живкорой, который выскочил прямо из‑под земли, то этот кот перебил бы всех поодиночке. Нам невероятно повезло. – Беатрис выдержала паузу, затем поднялась и добавила: – Отдыхай и восстанавливайся. Пока на участке всё чисто.

Охотница направилась к выходу.

– Погоди, – я пересилил тупую боль в плечах и окликнул девушку у самой двери. – Беатрис. А ты… ты сама видела то первородное существо?

Она замерла. Ее рука, уже лежавшая на дверной ручке, на секунду дрогнула. Беатрис медленно повернулась ко мне, и в ее обычно спокойных глазах промелькнула тень того самого первобытного страха, который я сегодня видел у бригадира лесорубов Петера.

– Нет, Войцех. И хвала Богам, что не видела, – ответила Беатрис. – Если бы я столкнулась с ней лицом к лицу, я бы сейчас здесь не стояла.

Она бросила короткий взгляд на Радована, который на секунду перестал скрипеть пером и прислушался к разговору, а затем снова посмотрела на меня.

– Так что лежи и отдыхай. Нам пока ничего не угрожает. Но если я пойму, что оно где‑то рядом… У нас не останется выбора кроме как покинуть эту землю.

Паршивый вариант. Покинуть свой участок? Нет. Для меня это – не вариант.

Да пошла к черту эта древняя тварь! Уйти отсюда для меня сейчас равнозначно смерти. Система намертво привязала меня к этому клочку земли. Моя жизнь напрямую зависит от того, смогу ли я закрепиться здесь. Если я сбегу, поджав хвост, Бюро мгновенно аннулирует контракт, а сам я превращусь в бесправного нищего бродягу без гроша в кармане. Беглого преступника, которого рано или поздно поймают и отправят в Серые Земли.

Я столько сил вложил в этот участок. Выжил после покушения Гулоса, чуть не остался без рук, сразившись с этим смилодоном. Объединился с другими землевладельцами, хотя изначально они меня всерьез не воспринимали.

И теперь какая‑то тварь, пусть даже она трижды древнее человечества, заставит меня бежать? Не бывать этому. Это – моя земля!

Вскоре силы меня покинули, и я позволил себе провалиться в дрёму. Однако, как и всегда, полноценно отдохнуть мне так и не удалось. Покой мне может только сниться…

Перед глазами всплыло новое системное уведомление:

/Внимание! Произошло глубинное насыщение сектора № 47‑В/

/Текущий статус : Часть ваших растений мутировала! /

Мутировала? От такой новости у меня чуть волосы дыбом не встали.

– Радован, помоги мне подняться, – бросил я к помощнику. – Быстрее!

Мутация – это обретение новых свойств.

Вопрос только в том, в какую сторону произошли эти изменения?

Либо растения только что приобрели новые преимущества, либо…

… меня может ждать очень неприятный сюрприз.

– Тебе чего не спится? – поинтересовался помощник. – Может, тебе ведро принести?

Объяснять Радовану, что мне пришло сомнительное системное уведомление – гиблое дело. Со стороны моё поведение выглядит предельно странно. Спал себе мирно, а потом внезапно проснулся посреди ночи и прошу помочь мне встать. Да ещё и настаиваю, чтобы он не медлил.

Неудивительно, что помощник предположил, что мне приспичило сходить в туалет, только дело ведь не в этом!

– Мне никакое ведро не нужно, – отрезал я. – Нужно кое‑что проверить.

Радован – парень дотошный, особенно когда дело доходит до заботы о близких людях. А мы уже успели достаточно сблизиться, живя под одной крышей. Поэтому, чтобы избежать назойливых разговоров я сразу же дополнил:

– Сон мне неприятный приснился, – соврал я. – Будто с моим огородом что‑то странное начало происходить.

– Ну, давай я схожу проверю и посмотрю, – предложил помощник.

Какой же ты нудный иногда бываешь, дружище… Если бы не вывих плечевого сустава, я бы себя по лбу ударил от его настойчивости. Но лишний раз шевелиться не хотелось.

– Нет, – отрезал я. – Я хочу сам убедиться.

Радован тяжело вздохнул, но спорить не стал. Он бережно подхватил меня под поясницу, помогая сначала сесть на кровати, а затем медленно подняться на ноги.

Я стиснул зубы. Недавно вправленные вывихи обоих плечевых суставов тут же отозвались тупой, ноющей болью. Любое неловкое движение заставляло меня мысленно проклинать всё вокруг. Но уведомление от системы заставляло забыть о боли.

Я вышел на крыльцо. Радован последовал за мной. На улице было очень темно, поэтому пришлось воспользоваться навыком «Взор Фермера», который позволял мне видеть состояние растений даже при таких условиях.

Все перед глазами окрасилось в серый цвет разной степени глубины. Только растения, которые были насыщены живкой, светились разными оттенками зеленого цвета.