– Пошли, Беатрис. Здесь нам ловить нечего, нужно возвращаться, – я махнул рукой в сторону дома.

Если опытная охотница боится такой твари, то мне тем более стоит её опасаться. У меня уже был опыт использование боевого навыка «Жатва Живки», но даже его может не хватить, тем более в борьбе против крупного хищника.

Мы вышли из лесных зарослей на мой участок и уже собирались войти в дом, как вдруг со стороны главного тракта донесся странный гул.

Звук нарастал. Это не был одиночный экипаж Бауэра или редкая крестьянская телега. Там… минимум десять экипажей!

Я прислушался. Направление звука считывалось однозначно.

– Едут в сторону Преславицы, – предположила Беатрис. – И их там много. Целый караван.

Преславица – крупная деревня. Но такой плотный поток повозок в наших краях появлялся крайне редко. Либо в столице что‑то произошло, либо…

В этот момент дверь дома распахнулась, и на порог вышел Радован. В руках он всё еще держал один из имперских бланков, на его пальцах были свежие пятна от чернил.

– Вы тоже это слышите? – Радован кивнул в сторону тракта. – Там, судя по звуку, не меньше десятка телег едет. Для обычных торговцев слишком шумно, да и охрана, кажется, при них… Неужели военные?

– Нет, точно не военные, – покачал головой я. – К сожалению или к счастью, я догадываюсь, кто это такие. И проблем от них будет навалом!

– И кто же это? – Беатрис нахмурилась и на всякий случай положила руку на охотничий нож.

– Судя по всему, новые землевладельцы, – спокойным тоном ответил я.

Мы наблюдали, как вдалеке над верхушками деревьев поднимаются клубы дорожной пыли.

– Землевладельцы? – хмыкнула Беатрис. – Уверен?

– Или те, кто очень хочет ими стать… – кивнул я. – У Гулоса ведь должны были отнять землю. Теперь его огромные пахотные угодья уйдут новым хозяевам.

– Интересное предположение, – сказал Радован. – Думаешь, что его земли разделят между несколькими людьми?

– Скорее всего, – кивнул я, не отрывая взгляда от тракта. – Столице не нужен один неэффективный землевладелец, ей нужны поставки провизии, отчеты. Его земельный участок проще «нарезать» на три‑четыре надела и раздать тем, у кого есть деньги для освоения. Пойдемте, своими глазами глянем на приезжих. Нам в любом случае нужно точно узнать, что происходит.

Мы прошли через заросли, ведущие к полевой дороге. С каждым шагом шум от колонны повозок становился всё отчетливее: скрип колес, ржание лошадей, голоса людей.

Вскоре мы вышли на дорогу. Масштаб происходящего впечатлял. Ведь по этим дорогам обычно проезжает всего одна‑две телеги за день.

Возглавляла колонну карета, обитая кожей с расписными узорами на ней. Сразу видно, что везет человека с деньгами и статусом. На козлах сидел хмурый кучер, уверенно державший поводья.

А вот за этим господским экипажем тянулась вся остальная колонна: десяток самых обычных пассажирских телег. Внутри, тесно прижавшись друг к другу, сидели его люди – простые рабочие и их семьи. На крышах телег были привязаны мешки с провизией, вещами и самыми разными инструментами.

Теперь всё понятно. Новый землевладелец вез с собой готовую рабочую силу. Значит, с деньгами у него точно проблем нет. Ну или это – подневольные люди. Я до сих пор не совсем понимаю как устроено общество в Империи. Есть тут рабы или нет?

Карета внезапно притормозила прямо напротив моего участка, а за ним остановились и все остальные телеги.

Окно господского экипажа отодвинулось. Оттуда выглянул мужчина средних лет. Он брезгливым взглядом осмотрел глухой лес, и тут же заметил нас. Мы пересеклись взглядами.

Дверца открылась, и на землю спустился, судя по всему, его слуга. Он сделал несколько шагов в нашу сторону и громко крикнул:

– Эй, вы! Местные! Живо подойдите к господину. Земли Гулоса в какой стороне находятся?

– Что ж… Ну пойдем. Познакомимся с новым соседом, – указав на карету, хмыкнул я.

Мы вышли из тени деревьев и направились прямиком к экипажу. Слуга нового землевладельца сделал несколько шагов назад, словно испугался нас. Охотничий нож на поясе Беатрис и уверенная осанка Радована явно не вязались с раболепием местных крестьян.

Неужели нас приняли за разбойников?

Я проигнорировал слугу и подошел сразу к открытой дверце кареты. Мужчина внутри слегка приподнял бровь, разглядывая меня с ленивым любопытством.

– Войцех Мейер, землевладелец участка «№ 47‑В», – представился я.

Услышав номер участка и мое имя, мужчина в карете мгновенно изменился в лице. Он понял, что перед ним стоит не просто местный житель, а такой же владелец земель как и он.

– Вот как? Сосед, значит, – мужчина наконец соизволил выйти из кареты. – Что ж, приношу извинения за резкость моего слуги. Дорога из столицы вымотала нас всех. Меня зовут Казимир Корн. Бывший гильдейский мастер, а ныне – законный владелец первой трети бывших земель Гулоса Ланге.

– Земли Гулоса Ланге… – я задумчиво повторил имя бывшего соседа. – Что ж, господин Корн, добро пожаловать на фронтир.

– Благодарю, – Казимир едва заметно кивнул. – В столице сейчас туго с перспективными наделами, а здесь… здесь невероятный простор для развития. Мои люди в кратчайшие сроки облагородят эти земли. Главное, чтобы окружение не создавало лишних проблем.

Последние слова были похожи на завуалированную угрозу в мой адрес. Конечно, можно было предположить, что он имел в виду местную фауну, но, сомневаюсь, что господин Корн хоть что‑то понимал о фронтире.

Он повернулся боком и небрежно указал пальцем в сторону густых зарослей, которые, судя по всему, как раз отделяли его новые владения от моего участка.

– Кстати, о границах. Канцелярия выдала мне бумаги на владение, но, как это часто бывает у столичных клерков, межевание на картах проведено весьма условно. Вот этот лес, – Корн кивнул прямо на ту просеку, откуда мы только что вышли, – должен отойти под вырубку для строительства домов.

– Этот лес, господин Корн, принадлежит мне – сухо ответил я. – Думаю, вам следует ещё раз внимательно ознакомиться с выданными вам документами.

– И сколько же времени вы владеете этим участком, господин Мейер? – спросил приезжий землевладелец.

– Чуть больше года, – ответил я.

– И вы до сих пор с этими лес ничего не сделали? – искренне удивился Казимир. – А сколько у вас вообще людей? Ну, я имею ввиду рабочих рук?

– Двое, – спокойно ответил я, коротко кивнув в сторону Радована и Беатрис. – Для моих текущих задач этого вполне достаточно.

Казимир на секунду лишился дара речи, а затем искренне, раскатисто расхохотался. Его слуга тут же угодливо захихикал вслед за хозяином, а парочка наемников на козлах господского экипажа переглянулись с ухмылками.

– Двое рабочих рук на такой участок земли? – Корн перестал смеяться и вытер выступившую под глазом слезу. – Господин Мейер, вы, должно быть, шутите. За целый год вы не смогли освоить этот лес для строительства амбаров, домов или хотя бы расширения пашни просто потому, что вам физически некому дать в руки топор!

– Этот лес стоит нетронутым не потому, что у господина Мейера некому взять топор, – внезапно вмешался в разговор Радован. Он тут же демонстративно развернул один из имперских бланков со свежими печатями. – А потому, что прямо сейчас мы завершаем аудит земельного участка для отправки в Бюро. Если ваши люди зайдут в лес хотя бы с одной пилой, это будет расценено как воровство. И поверьте, спросят с вас за это гораздо быстрее, чем вы успеете построить свой первый амбар.

У Казимира от удивления аж отвисла нижняя челюсть. Вполне возможно, что он даже серьезно и не воспринимал моих спутников. В его глазах Радован был обычным батраком. Но он просто заткнул ему рот, даже не дав шанс что‑то сказать в ответ.

Я внутренне усмехнулся. Молодец. Только начал работать с бумагами, а уже смог в чем‑то разобраться. Но оставлять последнее слово за помощником и упускать инициативу я не собирался. Нужно было закрепить успех.