В скором времени из кустов выбежал бригадир лесорубов Петер, а следом за ним до смерти перепуганные подчиненные.

– Там… Там… – Петер упал на одно колено прямо передо мной, хватая ртом воздух и пытаясь унять дрожь. – Господин Мейер…

– Спокойно! Выдохни! – я жестко схватил его за плечо. – Что произошло⁈

– Не знаю! – оглядываясь в сторону леса, почти в истерике закричал бригадир. – Огромная… Черная… Парня моего… Матвея… Сразу под себя подмяла. Хрустнуло так, что… Матвей там остался… Оно его жрет!

Внятно объяснить, с чем именно они столкнулись, бригадир толком так и не смог. Его людей трясло, а один из разнорабочих просто упёрся спиной в бревенчатую стену недостроенного амбара, закрыв голову руками.

Я резко повернулся к паникующим рабочим. Ждать, пока страх парализует всех моих рабочих, я не собирался. Контроль над ситуацией нужно было возвращать немедленно.

– Всем сохранять спокойствие! – я отдал приказ так, что разнорабочий у стены амбара вздрогнул и поднял голову. – Берите любые подручные средства: вилы, косы, топоры – вооружайтесь всем, чем можно.

Я снова перевел жесткий взгляд на задыхающегося бригадира.

– Петер, быстро! В какой стороне это произошло? – я тряхнул его за плечо.

– На опушке… – ткнув дрожащим пальцем в сторону границы вырубки, с трудом выдавил из себя Петер. – Там, где мы дуб рубили.

– Сидите здесь и не высовывайтесь. Мы разберемся, – заявил я и повернулся к своей боевой группе. – Беатрис, солдаты Бреннера – за мной на разведку. Держимся вместе, надо прочесать местность.

Старший солдат Бреннера сбросил с плеча тяжелый армейский арбалет, быстрым движением натянул тетиву и вставил болт. Второй боец шел чуть правее, уже удерживая оружие наготове.

Перед глазами вспыхнуло уведомление от системы:

/Дистанция до цели: 120 метров …/

/Статус отряда : Готовность к бою/

Через три минуты мы уже были у срубленного дуба. Беатрис подняла руку, призывая нас остановиться, и мы замерли на месте.

Зрелище на опушке было не для слабонервных. Я уже понимал, что не скоро забуду то, что увидел на месте происшествия. Опознать тело было очень проблематично.

Но где же сама тварь?

Реакция у всех была разной. Второй солдат Бреннера, более молодой, судорожно сглотнул, и его лицо мгновенно побледнело. Он отвел взгляд, крепче перехватывая ложе арбалета, чтобы скрыть дрожь в пальцах. Старший боец лишь на секунду зажмурился, глухо выругался сквозь зубы и сплюнул под ноги. Беатрис оставалась абсолютно хладнокровной. Она опустилась на одно колено у лужи крови, всматриваясь в помятую траву и пытаясь определить направление отхода зверя.

Я замер, крепче сжимая черенок лопаты. Неужели… Скрылся? В ту же секунду система выдала уведомление, от которого я чуть не поперхнулся слюной:

/Внимание! Дистанция до цели: 5 метров! /

/Обнаружен критический уровень угрозы. Объект в зоне прямой видимости! /

Пять метров⁈

Тварь находилась чуть ли не на расстоянии вытянутой руки, и от этого осознания по спине невольно выступил холодный пот. Моя ментальная связь с Корнепием обострилась до предела – живкорой под землей прямо сейчас метался из стороны в сторону, транслируя мне дикую тревогу. Он чувствовал мощные вибрации на поверхности, но не мог понять, откуда именно они исходят.

Я резко повернулся на месте, лихорадочно оглядываясь по сторонам. Солдат Бреннера вскинул арбалет, прицелился влево. Беатрис приготовила лук и развернулся в противоположном направлении. Я посмотрел прямо перед собой, затем назад. Пусто. В какую бы сторону мы ни глядели, никого не было видно.

– Где оно? – поворачиваясь по кругу вместе со своим арбалетом, хрипло, едва слышно прошептал молодой солдат. – Здесь же никого нет…

Я задрал голову вверх, всматриваясь в крону крупной в диаметре сосны, растущей в трех метрах от срубленного на дуба. На толстом суку, на высоте пяти метров, кора выглядела как‑то странно… На ней был массивный, бугристый нарост.

Вдруг этот «нарост» шевельнулся, и маскировочный окрас твари начал исчезать на глазах. Шкура хищника идеально мимикрировавшая под серую древесную кору и мох, на глазах наливалась черным цветом.

Система сразу же предоставила мне оповещение:

/Опознан объект: Древесный Смилодон (Самец‑одиночка)/

/Класс : Средний хищник/

/Описание : Редкая разновидность крупных кошачьих, эволюционно адаптированных к охоте из засады в густых лесах фронтира. Обладает идеальной мимикрией плоти и парой гипертрофированных клыков./

Это была огромная кошка, чем‑то напоминающая саблезубого тигра, весом под двести килограммов. Из ее верхней челюсти торчали два огромных желтоватых клыка. Тварь намертво уцепилась мощными пятипалыми когтями в ствол сосны. Ее прижатые уши были повернуты назад, а желтые, кошачьи глаза с вертикальными зрачками сфокусировались точно на нас.

Хищник поджал мускулистые задние лапы. Он целился. Был намерен одним точным ударом убить молодого, застывшего от шока солдата Бреннера. Нападение сверху вниз не оставляло парню ни единого шанса.

– Сверху! На дереве! Поберегись! – истошно закричал я.

В ту же секунду, когда смилодон сорвался с ветки, я мысленно послал Корнепию сигнал атаковать. Земля прямо под траекторией полета хищника разлетелась ошметками земли и растительности.

Мой живкорой вылетел наружу, словно тяжелый черный снаряд, выпущенный из катапульты. Из‑за дефицита времени прыжок получился не идеальным…

Корнепий не успел перехватить тварь, но его массивная, плотная туша врезалась в бок черной кошки прямо в воздухе. Этого удара хватило, чтобы сбить направление прыжка хищника.

Смилодон глухо взвыл, его закрутило в воздухе, и вместо того, чтобы снести голову молодому солдату, он со всего размаху рухнул на бок в полуметре от него. Тяжелые когти хищника лишь со свистом рассекли воздух, задев лапой арбалет бойца и выбив оружие из его пальцев.

Черная бестия пропахала боком землю и мгновенно встала на ноги, яростно ощетинившись на Корнепия.

Дзынь! Щелк!

Беатрис и старший солдат Бреннера выстрелили практически одновременно, уловив момент, пока хищник стоял на месте.

Тяжелый арбалетный болт и стрела неслись точно в голову и незащищенную грудь хищника. Но реакция у этой твари оказалась за гранью человеческих возможностей. Смилодон резко оттолкнулся от земли своими мощными лапами, и сделал молниеносный прыжок в сторону.

Стрела Беатрис со свистом срезала лишь пару черных шерстинок с его загривка, а стальной болт арбалета с глухим стуком вошел глубоко в ствол сосны, пустив по коре трещину.

Тварь легко увернулась от каждого снаряда. Её вертикальные зрачки намертво зафиксировались на мне как на хозяине, который отдавал ментальные приказы живкорою. По лесу разнесся утробный рык. Хищник припал к земле, готовясь к новому прыжку – на этот раз в мою сторону.

У меня в руках была лишь лопата. Обычный, сухой древесный черенок – часть флоры, идеальный проводник для «Жатвы живки».

Черная двухсоткилограммовая туша метнулась вперед. Я не пытался уклониться или ударить наотмашь. Вместо этого я выставил лопату перед собой на вытянутых руках как импровизированное копье, интуитивно пытаясь подгадать момент. Рассчитывал подстроиться под траекторию его атаки.

Сухое дерево под пальцами словно ожило, по нему побежали едва заметные зеленые прожилки, а сама древесина стала прочнее стали.

Бам!

Смилодон насадился челюстями прямо на черенок лопаты со штыком, металл упёрся в его верхнее нёбо.

– Смотри, не подавись, гадина! – прорычал я.

Представление с глотанием черенка мне не нужно. Не в цирке выступает, как никак.

Огромные клыки щелкнули в метре от моего тела. Сила и масса хищника были такими, что меня мгновенно впечатало спиной в землю, а из легких вышибло весь воздух.

Обычное дерево разлетелось бы в щепки, но напитанный живкой черенок выдержал, намертво заклинив пасть монстра. Тварь придавила меня сверху, ее пятипалые когти рвали почву по бокам от моих ребер.