— Не все же благословлены кровью Аэнариона, — хмыкнул Атарис. — Некоторым приходится пробиваться, пользуясь лишь своим природным умом и обаянием.

— Что ж, тогда понятно, отчего у тебя ничего не получается, — вздохнул Тирион. Атарис шутливо стукнул его по руке.

— Рад тебя видеть, — сказал он искренне. Когда-то, давным-давно, их можно было считать соперниками, но теперь Атарис смотрел на все иначе, и Тириона это только радовало.

— Я тоже, — ответил эльф. — Как я понимаю, мы двинемся в путь вместе?

— Твоя тетушка не может позволить, чтобы ты отправился ко двору Вечной Королевы без сопровождения. Я возглавлю твой эскорт и позабочусь о том, чтобы ты не опозорил Дом Изумрудного Моря.

И о том, чтобы о всех моих поступках становилось известно леди Малене, мысленно добавил Тирион.

— И велик ли будет эскорт?

— Ну, леди Изумрудного Моря считает, что тебе потребуется по меньшей мере пятьдесят воинов для защиты от хищных оленей Авелорна. Еще нужны слуги, которые проследят, чтобы твоя одежда производила должное впечатление, а волосы были достойно причесаны и уложены. Так что в итоге компанию тебе составит целая команда боевого корабля. Будем надеяться, твое участие в турнире того стоит.

— Будем надеяться, — кисло согласился Тирион. — Значит, я получу корабль для этой команды?

— Ну конечно. Твоя тетушка отозвала одно из торговых судов нашего Внутреннего моря, чтобы вовремя доставить тебя на место. Мы даже будем грести, если ветра окажутся не попутными.

— Это хорошо, — сказал Тирион. — Тебе не помешает немного поразмяться.

— Я еще способен заставить тебя побегать с мечом.

Тирион рассмеялся:

— Тогда удивительно, что тетушка не отправила на турнир тебя. Ты представил бы наш дом не хуже меня.

— Увы, леди Малена смотрит на вещи по-другому. Иначе я бы с радостью согласился. Наша новая Вечная Королева, говорят, очень красива.

— Как будто о ком-то из них говорят иное. — Тирион пожал плечами. — Все поэты всегда воспевают миловидность всех королев, во всех книгах пишут, как они очаровательны.

— И, конечно, поэты никогда не лгут, и ученые не распространяют неправду. Тебе это известно не хуже, чем мне.

— Что мне еще должно быть известно?

— Защита твоей священной персоны — не единственная причина, по которой тебе выделили столько бойцов. Ты повезешь коронационные дары новой королеве леса, а твоя тетушка полагает, что ее надо поразить богатством и щедростью нашего дома. Очевидно, на бедную сельскую девушку произведут впечатление наши шелка, золото и отличные зеркала, привезенные из земель гномов.

— Полагаю, не одни мы привезем дары, — заметил Тирион. — Каждое знатное семейство Ултуана воспользуется возможностью продемонстрировать свою преданность и щедрость.

— Воистину. Я часто думаю, что было бы куда выгоднее и разумнее прийти к соглашению с другими семьями и ничего такого не делать. Тогда бы все мы сохранили свое золото.

— Но все же золото — единственное средство. Как еще мы покажем, что богаче и щедрее наших соперников, если не доставим дары?

— Ну… нашли бы способ. Мы как-никак эльфы, известные своей изобретательностью в вопросах доказательства превосходства.

— А тем временем, — сказал Тирион, — полагаю, придется действовать старыми методами. Они работали у наших предков, получится и у нас.

— Да уж. Ладно, уходим с приливом. Пойдем в доки, посмотрим, как другие трудятся. Я всегда считал работу очень стимулирующей — когда ею занимаюсь не я.

Тирион наблюдал за командой, грузящей судно. Сколько раз ему самому приходилось проделывать это в прошлом? Порой эльфу казалось, что он провел на кораблях полжизни, отправляясь куда-то или возвращаясь в Лотерн.

Судно стояло у пирса лотернских северных доков. Внутреннее море очень отличалось от дикого внешнего океана: неглубокое, спокойное, безопасное, окруженное со всех сторон сушей. Торговля здесь шла не столь бойко, поэтому доки были меньше и не так переполнены, но все равно тут царила суета. Отсюда товары отправлялись по всему Ултуану, а продукция Сафери, Крейса и прочих мест стекалась в великий порт и оттуда расходилась по миру.

И корабли тут выглядели меньше и проще величественных океанских клиперов.

Тирион заметил скачущего к гавани брата. Никто, как всегда, не обращал на него особого внимания. Он был всего лишь очередным высоким худым эльфом на добром коне. Наездником — для эльфа — он был ужасным, но все-таки слишком не выделялся. Вот хромота его при ходьбе бросалась в глаза. Близнец подъехал к самому пирсу и замер на миг, изучая корабль. Потом помахал Тириону, и тот махнул в ответ.

— Вижу, твой брат соблаговолил присоединиться к нам, — сказал Атарис.

— Он тебе не нравится, да?

— Он не делает ничего, чтобы кому-то понравиться. Не будь он таким язвительным, завел бы себе больше друзей.

Отрицать этого Тирион не мог:

— Жизнь его была тяжелой. Среди эльфов нелегко быть неидеальным.

— Никто не идеален, — фыркнул Атарис. — Даже ты. Но для нас это не повод грубить всем прочим.

— Думаю, он приобрел эту привычку в юности, в качестве способа отомстить, нанести ответный удар. Ему часто грубили — просто потому, что он таков, каким был.

— Ну вот, ты его уже оправдываешь. А Теклис больше не болезненный юнец. Он — могущественный маг, ему подобные считают его почти что героем.

— Ему подобные?

— Он чародей.

— Он эльф.

— Можно быть и тем и другим, дорогой Тирион.

— Маги — не отдельный вид.

— Попробуй объяснить это им, друг мой.

Теклис оставил лошадь на попечение одного из портовых агентов Дома Изумрудного Моря и, хромая, подошел к трапу. Заметив Атариса, он скорчил кислую мину. Атарис тоже скривился.

— Рад тебя видеть, — иронически заявил Теклис.

— Я рад видеть тебя не меньше, чем ты меня, — ответил Атарис, неискренне улыбаясь.

Талант брата заводить врагов всегда поражал Тириона. Атарис на что уж доброжелательный эльф, больших усилий, чтобы перетянуть его на свою сторону, не потребовалось бы. Но Теклис, казалось, получал удовольствие, когда к нему испытывали неприязнь.

— Готов к отплытию? — спросил Тирион брата, чтобы предотвратить дальнейшую перепалку. — Не слишком-то много вещей ты с собой прихватил.

— Все уже на борту. Слуги привезли еще утром. А ты? Готов добиваться Вечной Королевы?

— Если она так прекрасна, как все говорят, то да. Я просто не уверен, что готов стать ее защитником.

— А что сказали бы по этому поводу твои коллеги, конкуренты за великую честь служить ей?

— Ты сегодня в дурном настроении, да?

Тирион не удивился бы, узнав, что нарочитая грубость Теклиса вызвана присутствием Атариса. Вечно он натягивал эту маску на публике, даже общаясь с собственным братом. Не самая приятная привычка.

— Извини, — буркнул он. — Ночь выдалась беспокойная и бессонная. — Теклис метнул на Тириона предостерегающий взгляд, уведомляя близнеца, что пускаться в дальнейшие обсуждения при посторонних не намерен. — А теперь прошу прощения, я предпочел бы спуститься вниз. Мне надо кое-что перечитать.

— О, мы не станем отрывать тебя от книг, — протянул Атарис. — Уверен, тебе надо поразмыслить над жизненно важными вопросами.

— Как ни странно, но да, — небрежно уронил Теклис. — Думаю, ты скоро о них услышишь.

— Жду не дождусь, — бросил Атарис в спину удаляющемуся чародею. А когда Теклис ушел, сказал: — Трудно поверить, что вы близнецы. Ты, похоже, заполучил всю привлекательность и обаяние вашего поколения в семье.

— Возможно, — согласился Тирион. — А он получил мозги и магический талант.

— Думаю, тебе досталась лучшая половина.

— Это может быть частью проблемы.

— А ты не такой дурак, каким кажешься, — хмыкнул Атарис.

— Почему ты постоянно дразнишь Атариса? — спросил Тирион, войдя в маленькую каюту, как только Теклис открыл дверь.

— Он мне не нравится, а я не нравлюсь ему, — ответил близнец.