— Вас будет меньше числом, но вы куда искуснее в битве. Вы будете захватывать города и крепости и брать их себе.

Он снова подразнил их наградой, заставив истекать слюной, нарочно подчеркнув, что завоеванное можно забрать. Друкаи уже подсчитывали прибыли — это было ясно видно по их лицам. Возможно, никогда больше им не выпадет шанса расширить владения, увеличить стада рабов, сколотить состояние и прославить свои имена.

— Некоторые из вас в соответствии с великими стратегическими целями поведут сухопутные армии. А у некоторых будут другие обязанности.

Пускай гадают, что он имел в виду. Накажет кого-то, отстранив от похода, не пустив на передовую? Или что-то другое? Малекит дал им несколько секунд, чтобы обдумать варианты, останавливая взгляд на каждом по очереди.

— Все вы должны уже знать, что я обрел могучих магических союзников, вызвав их из-за пределов нашего мира. И всех вас, наверное, удивляет, что я сделал это, в то время как мог безоговорочно положиться на ваши воинские умения. А ответ прост. Один из призванных мной союзников даст нам ключ к победе, позволит одолеть любую вражескую армию, взять любую вражескую крепость, достигнуть самых дальних границ мятежного королевства прежде, чем наш противник вообще поймет, что мы явились.

Лица эльфов окаменели, все сосредоточенно размышляли, каким образом осуществится это чудо. Такое не удавалось даже величайшим чародеям всех времен, и теперь друкаи гадали, не сошел ли их король с ума… в конце концов.

— Итак, пришла пора вам узнать. Я, ваш король, подчинил одного из злейших врагов нашего народа, связав его и заставив служить себе.

По мановению его руки Н’Кари принял свои истинный облик. Громадный четверорукий монстр возвышался над всеми собравшимися в зале. Демон пошевелил когтями, способными разорвать даже самую толстую броню, взревел — и рев его был ужасающ.

Все, даже самые смелые друкаи, содрогнулись. На лицах застыло одно и то же выражение: как если бы король вдруг впустил в комнату стаю голодных львов.

— Перед вами Н’Кари, хранитель секретов, демон, побежденный и изгнанный моим отцом, существо, учинившее Разгром Ултуана, некогда величайший враг нашего народа. Я, Малекит Великий, сын Аэнариона, заставил эту бестию служить себе. Я сделал это, прекрасно осознавая, что грязная тварь при первой же возможности предаст нас, если сумеет. Но я не позволю демону совершить такое. Я подчинил его не потому, что мне нужно, чтобы он сражался за нас, хотя он и убьет всякого, на кого я укажу.

Малекит сделал паузу, давая эльфам возможность впитать информацию. Никому из них не захочется стать жертвой высшего демона, поэтому покуда никто из них ни в чем не пойдет против короля.

Малекит хотел, чтобы они всецело понимали последствия любого неподчинения. Особенно с учетом того, что он связал демона, поклявшегося отомстить их народу. Малекит решил, что эту информацию лучше выложить в открытую и обратись себе на пользу.

— Я взял это существо к себе на службу потому, что ему известны секреты быстрого, тайного и неудержимого передвижения по острову-континенту Ултуан. Демон уже делал это прежде и брал с собой целую армию. Вспомните слухи вековой давности, просочившиеся к нам из Ултуана. Так вот, все эти слухи — правда, и то, о чем перешептывались торговцы на рынках, действительно происходило.

По залу заметались потрясенные взгляды. Он вывалил на эльфов слишком много материала для раздумий за очень короткое время, но ничего, они справятся. Король знал, что лучше дать им все разом на своих условиях, а не ждать, пока информация будет всплывать частями.

— Конечно, мой слуга потерпел неудачу, потому что тогда у него не было ни сил, которыми обладаем мы, ни искушенности в боевых операциях, ни знаний, когда и где лучше всего нанести удар. А мы добьемся успеха там, где проиграл Н’Кари, потому что таково наше предназначение! Связанный демон будет служить нам, и мы получим возможность перемещаться так быстро, что наши враги не будут знать, где мы и как нас остановить. Мы соберем силы и разобьем противников, не успевших даже осознать, кто напал на них. Внезапность принесет нам победу. На этот раз весь Ултуан будет нашим. На этот раз мы добьемся успеха! Победа неизбежна!

Малекит добавил в голос немного собственного воодушевления, и его энтузиазм передался последователям. Они достаточно разбирались в военных вопросах, чтобы понимать, какое громадное преимущество даст им Н’Кари. Их нервировало присутствие демона, но все осознавали, зачем он здесь. И все равно в зале воцарилось молчание, и даже Малекит ощутил повисшую в воздухе напряженность.

А потом эльфы разразились рукоплесканиями. После недолгого колебания все они утвердились во мнении, что победа предначертана им судьбой.

— На том столе, — сказал Малекит, — вы найдете именные приказы. Пакеты запечатаны, не передавайте их никому, если только не уполномочены этого сделать. Каждому из вас предстоит сыграть свою роль в грядущей победе. Каждому из вас достанется своя доля трофеев. Каждый из вас станет частью великого исторического процесса воссоединения эльфийского королевства. Каждого из вас будут помнить, пока это королевство существует и пока эльфы собираются, чтобы поговорить о великих военных триумфах.

Эльфийская знать, едва не отталкивая друг дружку поспешно ринулась к столу. Теперь Малекит знал, что заполучил их с потрохами. Потом он увидел улыбку на лице демона и задумался, чему же так радуется Н’Кари.

Запредельно вымотанные, Тирион и его спутники выползли из болота. Последние несколько лиг оказались самыми трудными; джунгли сменились окружающими Скегги трясинами, земля обернулась предательскими зыбучими топями, илом и стоячими лужами, в которых кишели споры самых скверных хворей.

Все, кроме Теклиса, защищенного магией, были заляпаны грязью. И все-таки, несмотря на усталость, несмотря на грязь и мерзкую окружающую обстановку, все они чувствовали себя триумфаторами. Они вернулись из Цультека, никого больше не потеряв. Людей переполняло сознание собственного богатства, а эльфы понимали, что очень скоро они станут еще более знаменитыми.

Впереди уже различались длинные деревянные бараки Скегги. Они очень напоминали жилища северян-норсов из Старого Света, но с одним немаловажным отличием: здания стояли на сваях, удерживающих дома над грязью, что было особенно актуально на окраинах города. Некоторые хибары зависли над небольшими, изобилующими водорослями озерами, похожими на рвы. При выходе из таких домов приходилось пользоваться лодками, висячими мостками или просто перепрыгивать с одного пенька, оставшегося от специально срубленного дерева, на другой.

Но сейчас отряд, стоящий по пояс в мутной воде, начинал привлекать внимание местных жителей. Они были весьма подозрительны: два высоких эльфа и кучка выживших людей, которых, когда отряд выступал в поход, было гораздо больше. Впрочем, некоторые из местных узнали Тириона, некоторые — Лейбера. И всех интересовало, чего они добились и как им удалось уцелеть.

Вот тут придется изворачиваться. Скегги — место жестокое, беззаконное, здесь правят враждующие атаманы и разбойничьи банды. Тут сошлись худшие особенности общества норсов и теоретически более цивилизованного Старого Света. Некоторые из тех, кто приветствовал сейчас пришельцев, могли через минуту решить ограбить их, если наберется достаточно охотников.

А противниками они могут оказаться серьезными. Большинство собравшихся были рослыми подтянутыми воинами, потомками норсов — светловолосыми, загорелыми, широкоплечими и мускулистыми. Все были вооружены тяжелыми топорами или острыми мечами. После невзгод последних недель Тирион не стал бы слишком тревожиться, но он понимал все опасности излишней самоуверенности и не хотел пасть жертвой грабежа в тот момент, когда возвращение с победой в Лотерн уже так близко.

— Если на нас нападут, сожги как можно больше бандитов своим самым зрелищным заклятьем, — обратился он к Теклису на эльфийском. — И, если при этом ты подожжешь несколько зданий, что ж, тем лучше.