— Так вы можете помочь нам?

— Наша дочь слишком молода и не обучена, чтобы принять на себя всю тяжесть нашей силы. Холодный Король выбрал момент слишком удачно.

— Вы можете нам помочь?

— Тише. Рана плоха, полна яда, подпитанного мощными рунами. Клинок, нанесший ее, оплетали грязные чары.

Вечная Королева прикрыла глаза и что-то пробормотала. От пальцев ее потекла прохлада. Рана не закрылась, но беспокоила уже меньше. Чернота под кожей поблекла. И сил у Тириона, кажется, прибавилось.

— Это лучшее, что мы можем сделать. Найди поскорее помощь, или умрешь.

Вечная Королева обмякла, как марионетка с перерезанными нитями.

— Алариэль!

Тирион все-таки был слишком слаб, чтобы подхватить упавшую девушку.

Н’Кари навис над телами отборных убийц-ассасинов Короля-Колдуна. Над полем боя витал запах освобожденной магии. Магии, весьма сильной по меркам смертных. Этого было достаточно, чтобы Н’Кари восстановил ход событий. Тирион оказался достойным противником, и питомцы Малекита с ним не правились. За прошедший век мальчишка основательно усовершенствовался. Хотя рана его стала хуже — пах он так, словно гнил изнутри. К счастью, он уже близко. Скоро демон настигнет его и Вечную Королеву.

Неутомимый Н’Кари опустил голову и понесся по следу дальше со скоростью штормового ветра. Жажда мести подстегивала его.

Теклис замер. Он вдруг почувствовал близость существа, обладающего чудовищной демонической силой. Точно порыв зловонного ветра обдал мага. Вдалеке раздались панические визги темных эльфов, тоже ощутивших чужое присутствие. Он повернулся к Аланору:

— Беги!

Лесничий недоуменно взглянул на него.

— Беги от меня подальше — или умрешь!

Что-то в тоне Теклиса, видимо, убедило эльфа, он повернулся и побежал. А Теклис, собравшись с силами, приготовился к появлению Н’Кари.

Он знал, что долго ждать не придется. Чародей выругался. Орды друкаев только-только остались позади. Брат так близко, что он его уже чувствует. И все будет напрасно — если он, Теклис, не победит демона.

Н’Кари расхохотался. Он почуял колдуна, изгнавшего его век назад. Тот, конечно, искал братца. Демона очень тянуло сделать крюк и прихлопнуть назойливого мага, но принуждение, заложенное Королем-Колдуном, оказалось сильнее. Впрочем, это и неважно. Тирион уже близко. Нужно только немного подождать — и Теклис сам подойдет к своему мертвому близнецу. Тогда-то Н’Кари и отомстит.

Теклис приготовился к атаке… которая так и не последовала. Демон прошел мимо и углубился в лес, так медленно, что Теклис вполне мог бы нагнать его. Что ж, понятно… Тирион и Вечная Королева, верно, совсем рядом. Н’Кари послали отыскать их. И это единственное, что имеет смысл.

Теклис, хромая, двинулся следом за демоном.

— Спасибо тебе, — сказал Тирион.

После того как Вечная Королева поворожила над его раной, он чувствовал себя лучше. Боль уменьшилась, он снова мог двигаться. Силы по-прежнему медленно утекали, но утекать, по крайней мере, было чему.

— Я ничего не сделала, — ответила Алариэль. — Это она.

— Я думал, она — часть тебя.

— Думаю, что я — часть нее. По крайней мере, так это ощущается, когда она проявляется.

Настроение Тириона немного улучшилось, наверное, потому что боль отпустила. Золотистое солнце щедро освещало переставший выглядеть мрачным лес. Над головой перепрыгивала с ветки на ветку ярко-красная птица. Казалось, что до войны и смерти — многие сотни лиг…

— А на что это похоже? — с искренним любопытством спросил Тирион.

— Ты как будто тонешь, — ответила девушка.

— Звучит не слишком приятно.

— Говорят, утопающий расслабляется и наслаждается гибелью, после того как перестает бороться.

— Вон оно как…

— Вечная Королева так велика, а я так мала. Не думаю, что так и должно было быть.

— Не понимаю.

— Я тоже. Процесс перехода силы от предыдущей Вечной Королевы к следующей долог, он может растянуться на годы.

— Столько времени у нас нет.

— Знаю, потому и чувствую себя такой… бесполезной.

— А почему — на годы?

— Не знаю. Не думаю, что эльфийский разум способен вместить все, чем является Вечная Королева — богиня, составное существо, стихийная сила. Они все там…

— Кто?

— Все, кто был до меня. Моя мать. Иногда я вижу ее во сне. А потом, просыпаясь, чувствую, как бурлит во мне сила. Думаю, я сойду с ума…

Девушка выглядела испуганной и потерянной, и Тирион пожалел, что начал этот разговор. Совсем не такого он ожидал. И не думал, что ей, чтобы стать тем, кто она есть, нужно заплатить подобную цену.

— Ты не сумасшедшая.

— Пока нет. Но только пока. Становясь Вечной Королевой, нужно пройти сотни обрядов. А это, как ты понимаешь, быстро не делается.

— И ты не прошла их все.

— Не прошла и крохотной доли.

— Это так важно?

— Да. Наставники объясняли мне. Ритуалы нужны для того, чтобы я привыкла быть Вечной Королевой, а она привыкла быть мной.

— Я всегда считал, что ты — это она и точка.

Алариэль покачала головой.

— Она — живая богиня, дух, сила, переходящая от одной хозяйки к другой. Я — сосуд. Она — энергия, текущая во мне. Когда один сосуд умирает, должен быть найден другой.

— А иначе?

— Мы не знаем. Такого не случалось за всю эльфийскую историю. Сила всегда переходила от матери к дочери.

— И все они происходили от первой Вечной Королевы.

Она снова кивнула:

— Думаю, я — якорь. Если я умру, сила будет утрачена. Дух не найдет пути в мир.

— Святилище Азуриана… — пробормотал Тирион. — Ты как Святилище Азуриана.

— Что?

— Мы с братом были когда-то там. Он потянулся и коснулся бога, а может, это бог коснулся его, не знаю. Теклис говорил, что это единственное место в мире, где такое возможно. Потому-то Королей-Фениксов и коронуют там.

— И ты считаешь, что дочери из рода Астариэли подобны вратам Благословенного острова, этакое самоходное место силы?

— Я не маг и не разбираюсь в таких вещах. Я только предположил.

— Прекрасное предположение. Именно так это должно работать. И это священная тайна. Теперь ты должен стать моим защитником. Сам знаешь.

Судя по голосу, она шутила, но шутить тут было вообще-то не над чем.

— Малекит тоже это знает.

— Думаешь, он заранее спланировал нападение, понимая, что я в это время буду слаба?

— Если он хотел, чтобы у эльфов стало на одну богиню меньше, то пошел по верному пути.

— Это же святотатство.

— Мы говорим об эльфе, самовольно решившем пройти сквозь пламя Азуриана без всякой защиты, об эльфе, когда-то пытавшемся уничтожить Ултуан. Не думаю, что мысль о кощунстве сильно беспокоила Малекита.

— Ты будто понимаешь его.

— Я пытаюсь. Пытаюсь понять, что происходит.

— Возможно, это не слишком разумно — пытаться мыслить как Король-Колдун. Ему почти семь тысяч лет. Сомневаюсь, что он в здравом уме в том смысле, в котором мы это понимаем.

— Несколько минут назад ты говорила, что сомневаешься в собственном рассудке.

— Поэтому ты и должен слушать меня, — сказала она с грустной улыбкой.

Интересно все-таки, каково это — делить тело с богом?

Вдруг Тирион вспомнил кое-что из сказанного девушкой:

— Так ты хранишь их воспоминания? Все воспоминания, всех прошлых Вечный Королев?

— Она хранит. Я иногда вспоминаю что-то. А что?

— Тяжкая, верно, ноша, — заметил Тирион, не желая говорить то, что на самом деле было у него на уме… по крайней мере пока.

— Князь Тирион, ты, кажется, сочувствуешь мне?

— Я сочувствую тебе куда больше, чем раньше. И я благодарен ей.

— Только не становись таким же, как все! У меня достаточно поклонников.

— Что?

— Но ты хотя бы не пялишься на меня с таким… обожанием.