Создание Проясны у него с первого раза не получилось, после чего он решил тщательно прозондировать удивительное устройство по усыплению. Возникло некое подозрение, что «ути» не падают по причине ослабления луча и необходимости внутреннего источника в подзарядке. Но, увы, все оказалось в полной исправности. Даже поданный канал энергии из кристалла в находящийся внутри «сундука» алмаз не забрал какую-либо крупную толику энергии. То есть насыщение драгоценного аккумулятора опять стало полным. А значит, данные восьмиметровые экземпляры колобков с ластами и клювами обладали неким защитным средством или свойством, которое помогало им почти полностью игнорировать как лучи парализатора, так и усыпляющего удара.
Так как разумными они быть не могли по умолчанию, то и амулеты искусственного происхождения искать на теле «ути» было бесполезно. Кстати, данное название приклеилось к этим тварям сразу и навсегда. А значит, умение противостоять устройствам технических миров у них природного происхождения.
«Может, они питаются чем-то особенным, — размышлял Светозаров. — Да хотя бы теми же ставролитами плюс некое местное растение. Вот полученный гибрид, допустим, и создает отражающий эффект для любых лучей. То есть, когда мы будем рубить проход наружу, надо будет внимательнее присматриваться к внутренностям монстра. Не совсем приятное дело, но разобраться с такой невероятной сопротивляемостью следует обязательно. Кстати, о птичках и их родственниках: что там приятели покойного „ути“ поделывают?..»
Иные монстры расходиться по домам не желали и с явной озабоченностью пытались поклевывать своего усопшего собрата в филейную часть. Но там бронированная кожа оказалась самой толстой, и даже огромные клювы пока не могли проделать дырки в плоти массивной туши. Более мелкие зубы прикормышей, похоже, вообще ломались о противоестественную твердь.
«Ну что ж, ситуация не самая худшая. Если утиная родня хотя бы филе у нашей „пробки“ распотрошит, значит, нам изнутри будет меньше работы перед прорывом. А если клювики свои обломают — и того приятнее».
Лишнее перенасыщение тварей тоже могло пойти на пользу: обожрутся падали да спокойно удалятся на длительную лежку. Естественно, что и прикормышей своих уведут за собой. Из внутренних проходов ничего крупного выбраться не может по умолчанию, хотя и там шло некое систематическое поедание своих членов стаи. Но даже если прогрызут опять тоннель и камни им будут не помеха, то устройства справляются, стрел хватает, да и копий более чем достаточно.
К тому времени укладка камней как раз завершилась, лошадям задали корму, и, прежде чем предаться заслуженному отдыху, воины приступили к сбору уже использованных стрел и выемке копий. И Торговец себе сделал зарубку на память: следует обязательно выяснить чуть позже, куда именно воткнулось копье магистра и что конкретно повредило. Вдруг именно под таким углом следует и пулю в тварь посылать? Глядишь, и пары-тройки выстрелов хватит, чтобы следующую «утю» успокоить навсегда.
Ну и напоследок Дмитрий провел очередную, довольно тщательную ревизию своего тела. И остался в общем-то почти доволен. Все зажило до такой степени, что, не знай он о своих недавних смертельных порывах и переломах, ни за что бы не поверил в такое скорое и чудесное исцеление. Ни одного затемнения! Ни одной трещинки на кости! Ни единственной опухоли на связках и сухожилиях. Да что там опухоли, ни единой потертости или царапины на коже ладоней! Словно и не пробирался совсем недавно по высоким кустарникам и не получал по лицу еловой упругой веткой, продвигаясь через разросшийся прямо на древней дороге подлесок.
Головушка и ее содержимое — тоже наивысший образец правильно функционирующей системы. Вот только и оставалось досадовать, что таким осмотром нельзя проверить все извилины досконально. Похоже, одна из них слишком выпрямилась или изогнулась при ударах, и как следствие — память последних дней утеряна. Гипотетически, конечно. Потому как до сих пор Торговец не имел твердых доказательств потери памяти. Размытые образы, подспудные опасения и кошмарные сновидения не в счет. Даже оружие, оказавшееся в знакомом и привычном сюртуке, спасшем жизнь при падении, еще не доказательство.
Ведь на самом деле могло случиться и невесть что, из области полного нонсенса. Например: Торговца захватили в плен, полностью лишив при этом сознания. Затем дали под гипнозом некое задание и заставили отправиться к черту на кулички. Да только при переходе он опять пришел в себя и лишился ненужного внушения. Естественно, что подобные размышления были притянуты не только за уши, а и за все остальное, и сюда никак не вписывался бушующий на пространстве между мирами ураган, но почему бы и нет? Ведь чем больше неизвестных, неучтенных факторов, тем более разнообразна мозаика действительности. А значит, Майлина совершенно права: надо просто выждать некоторое время, осмотреться, подумать, и все станет на свои места. Скорее всего, первое же путешествие домой сразу расставит все точки над i.
Между прочим, очередное аккуратное подсматривание за тропами между мирами теперь уже с полной уверенностью позволяло утверждать: несусветное светопреставление в подпространстве явно пошло на убыль. Пока не стоило и думать о попытке перехода, но если такими темпами успокоение продлится и дальше, то неделя, максимум полторы, и можно будет наведаться в свой замок в Свирепой долине. Да и по остальным мирам промчаться, дел там осталось предостаточно. Не говоря уже о родной Земле, на которой имелось несколько договоренностей с миллионерами на просмотр иных Эпох с иными уникальными декорациями.
Граф завершил часовую медитацию, короткий осмотр местности вне пещеры. Там все оставалось по-прежнему. О чем он и сообщил во весь голос, усевшись на своем импровизированном ложе:
— А снаружи твари не шутят, настырные попались. Так и долбят своими клювами торчащий на свет божий тыл своего собрата. Прикормышей отпустили других монстров поедать, которых мы в округе усыпили, а сами все еще хотят нашим боевым мясцом полакомиться.
— Подавятся! — ответствовал барон, мастерски орудуя топором в довольно неудобном положении. Копья из глаза твари, как и сами глаза, вынуть никак не получалось, поэтому, используя клюв как пандус, Скирт в данный момент рубил окостеневшую роговицу вокруг органа зрения «ути». — Конечно, ночевать здесь никому не хочется, но с другой стороны, и бросать такие магические трофеи — немыслимо.
Слова товарища специально для «отсутствовавшего» графа пояснил Эрик Зарнар:
— Мы тут прикидывали самый крайний случай прорыва, когда придется бросать лошадей и уходить пешком. Ну и всем понятно, что пока у нас еще и других шансов хватает.
Правильность этих мыслей чужестранец даже кивком не стал подтверждать. И так было понятно, что данное положение для людей не такое уж и безвыходное. Вплоть до того, что можно было разобрать один из проходов, ведущих в глубь массива, разведать там обстановку и выбраться наружу иной дорогой.
Но вот свои размышления по поводу странной сопротивляемости данного монстра ультрасовременному оружию Светозаров огласил вслух. И самыми доходчивыми словами пояснил воинам, чего от них требуется: отыскать то место, куда вонзилось копье магистра, и дать это место для детального рассмотрения гульденам.
А потом уже, так сказать, в совещательном порядке и самого маркиза пригласить в свой закуток и завести разговор про сам процесс изготовления амулетов с крестиком ставролита внутри. Понятное дело, что третьей в этой компании оказалась внимательно прислушивающаяся к каждому слову Майлина. Хотя свои реплики или вопросы молодая целительница и гульден вставляла весьма редко.
То есть Торговец начал с предложения:
— Давай попробуем сотворить талисманы прямо здесь. Все равно ведь пока не заснем, а времени хватает.
— О-о! Этот процесс не такой уж быстрый, — отвечал маркиз с некоторой озадаченностью.
— Но возможный?
— Да как сказать. Мне всегда требовался полный покой, максимальная сосредоточенность, и только тогда получалось сделать один талисман за один полный рабочий день.
