Особым бальзамом на душу изливались взгляды остальных мужчин на снизошедшую к ним богиню. Конечно, тут не было высших сановников местного королевства, да и сами здешние короли вместе с принцами не стоили того богатства, что имела виконтесса, но все равно ее блеск не могли бы затмить и самые прекрасные женщины мира Мерлан.
За столом было весело, интересно. Вошел в раж рассказчика маркиз Зарнар, стал удивлять своими уместными шутками барон Данью, пытались от них не отставать имеющие отличное образование купцы. Ну а сам Светозаров старался помалкивать, попивать вино да пробовать блюда и время от времени задавать своей супруге неожиданные вопросы:
— А почему мы с тобой раньше не знакомились?
Удивленный взгляд и тут же ласковое понимание:
— Мне все не верится, что ты не можешь вспомнить последний месяц. Мы и в самом деле познакомились на удивление поздно, хотя я о тебе задумывалась давно. Но все как-то не получалось, а потом ты сошелся с принцессой, и мне неудобно было перебегать дорогу хорошей подруге.
— Странно! Я и не знал, что вы подруги!
— Вот видишь. А я сколько раз ее просила нас познакомить!.. Видимо, она заранее почувствовала и опасалась нашей встречной страсти.
После возникшей за столом темы родственников Дмитрий вспомнил о своих:
— А что я тебе рассказывал о родителях?
Вопрос мог оказаться весьма скользким для аферистки, но недаром она столько времени собирала все крохи сведений о так понравившемся ей мужчине.
— Ты не любишь об этом вспоминать, но они пропали во время какой-то таинственной трагедии вместе с сестрой. Мои тоже погибли случайно, когда я была в шестилетнем возрасте, и меня воспитывали назначенные императором опекуны.
При воспоминании о своем сиротстве Тани умело выдавила из глаз две крупные слезинки, и это получилось так натурально и эффектно, что граф в приливе жалости и сочувствия приобнял супругу за плечи и утешил:
— Не грусти! Утраченного не вернешь.
— Ох, спасибо тебе! Ты всегда меня умел утешить лучше всех остальных. Мне с тобой всегда так хорошо и уютно.
Воспоминания о друзьях, и в первую очередь о короле Бонзае Пятом, возникли в голове у Торговца спонтанно.
— Слушай, а Ягоны мы с тобой посещали?
— Дорогой! Ты мне обещал свадебное путешествие по всем мирам с третьей недели от дня нашей свадьбы. Но только девять дней назад мы отправились в первое путешествие. И ты клятвенно заверял, что по делу мы побудем здесь лишь три дня, а потом промчимся и отметимся во всех мирах и у всех твоих друзей.
— На третьей неделе? А почему и этого не выполнил?
— Хм! Да потому что из постели меня не выпускал! — капризно надула губки виконтесса.
— А ты куда-то вырывалась?
— А я никуда и не вырывалась. — При этом она так призывно улыбнулась своему супругу, что шум, смех, разговоры за столом непроизвольно смолкли на несколько мгновений. Что мужчины, что женщины поняли суть неслышного для них разговора и отреагировали соответственно: захотелось как можно быстрей добраться до постели со своим партнером или партнершей по сексу. Понятно, что мужчины на месте своей партнерши представляли чужестранку, ну а женщины — красавца графа.
Да и сам граф уже с некоторым томлением не мог дождаться явно приближающегося интима. Тем более что после многообещающей улыбки Тани доверительно сообщила:
— Для нас двоих комендант выделил отдельную спальню с неким подобием ванны. Горячая вода уже должна быть на месте.
— А как же моя отдельная…
— Твоя палата уже занята нуждающимся в лечении больным, а все вещи перенесены в нашу спальню. Или тебе хотелось поиграть со мной на узкой больничной кроватке?
Мурлычущий тон, нежные прикосновения и горячие взгляды могли свести с ума любого мужчину. Даже всезнайка Торговец, избалованный вниманием женского пола, не мог устоять перед такими чарами.
— Что-то мы и в самом деле засиделись за столом, — пробормотал он. — А ведь завтра придется так рано вставать. Вот сейчас еще попробуем этот десерт и начнем благодарить хозяев за угощение.
— Как скажешь, дорогой. Я по тебе тоже страшно соскучилась.
Пока доедали десерт, кто-то обратил внимание остальных на события, происходящие по периметру форта. Потому что уже и глухая ночь настала, самое время для массированных атак магических тварей. И они атаковали! В большинстве своем в одиночку, но иногда парами, один раз даже втроем. Но защищенные от паралича лучники расправлялись с такими хищниками деловито и без всякой паники. Только и перебегали с места на место в более жаркие центры сражений. Да и со двора в случае необходимости готова была оказаться максимальная помощь. Мало того, некоторые воины порывались встать из-за стола да выскочить на стену, но их останавливали довольно грубыми и бесцеремонными окриками их сражающиеся коллеги:
— Ну и куда прешь?! Тебя сюда звали?! Вот будет твоя смена — приходи. А пока мы еще сами как следует не разогрелись.
Так что впервые за годы даже помощь гульдена считалась ненужной. Тот лишь посматривал на самом опасном направлении в глубь неосвещенного участка метров на десять да подавал сигнал, если именно там усматривали атаку пары-тройки приближающихся монстров.
Пожалуй, только Майлину никто не осмелился гнать вниз, и девушка несколько раз успела пробежаться со своим луком по стенам. Но ни разу при этом не выстрелила. А глядя на ее расстроенное личико, легко было догадаться и о ее желании: чтобы все твари одновременно вышли из леса и постоянным потоком стай нападали на форт. Тогда никто не смог бы сидеть праздно за столами и уж тем более отправиться спать в такое напряженное для обороны время. Будь ее воля, она бы не только из леса тварей сейчас приманила, но и с гор.
Да только, увы, время застолья кончалось, и пара чужестранцев отправилась в выделенную для них спальню. Оттянуть этот момент молодой целительнице, упустившей свои шансы на близость с Торговцем в прошлые две ночи, никак не удавалось. Хотя она все-таки постаралась хоть каким-то способом и о себе напомнить, и к бдительности призвать. Для этого она успела предупредить свою тетю и подсказать той, что делать. И получилось все вполне естественно и незаметно для виконтессы. Старшая сестра перегородила дорогу спешащей на ложе любви паре и ткнула вначале в одну сторону:
— Там у нас мужская комната для нужд, а вот здесь, взгляните… — Она увлекла за собой рыжеволосую красавицу. — Здесь для женщин, но несколько трудно с открытием воды… Я сейчас покажу…
Тем временем к замершему на месте Светозарову метнулась в темноте тень девушки. Она схватила его за плечо, привстала на цыпочки и с настойчивостью зашептала:
— Дин, будь осторожен! Она тебе врет! Вспомни о своей Сашеньке! Вспомни!
И быстро убежала за поворот коридора. А тут и Тани Хелке вернулась, несколько недоумевая, куда это и зачем ее водили: там вообще для слива стояло обычное ведро.
— Эта женщина — явный недоумок, — сокрушалась она. — И сама чуть в темноте не грохнулась, и меня чуть за собой на пол не утянула. Хорошо, что я все вижу и заранее отступила назад.
Они вошли в комнату, и она сразу прижалась к Дмитрию всем телом:
— Наконец-то мы одни!..
Но тому мешал какой-то дискомфорт, в сознании что-то странно переворачивалось, сердце тревожно щемило. Последние слова Майлины не давали расслабиться и с безмятежной душой броситься в омут удовольствия. И чтобы хоть как-то себя успокоить, все-таки решился задать мучающие его вопросы:
— А кто такая Александра?
При этом он самым внимательным образом наблюдал за виконтессой. Но на лице у нее не дрогнул ни один мускул, а только в тоне появились сожаление, жалость и печаль:
— Ты все еще винишь себя за это?
— Я ничего не помню! — ответил он более раздраженно, чем следовало. — Только это имя, и то я его говорил во сне! Кто она?
— Лучше бы ты про нее и не вспоминал. Тем более что сам запретил упоминать ее имя даже случайно.
— Тем не менее сейчас прошу рассказать.
