Александра уже принялась ощупывать и осматривать весь подвал по часовой стрелке, как лучший агент помня, сколько важности может иметь любая отысканная мелочь, тогда как ее удачливый супруг небрежно сделал самую важную находку. Причем на самом видном и открытом месте. Просто приподнял шлем, стоящий на отдельной подставке, а под ним оказалась слегка сморщенная от времени емкость. Кажется, желудок какого-то животного, с прозрачными стенками, но полный какой-то розовой кашицы.

Рассмотрев емкость, Шу'эс Лав радостно воскликнул:

— Уялса! Это она, точно! Как мне надоела эта пакля, называемая бородой. Тьфу ты, гадость! Ненавижу бороду! — Он довольно ловко срезал край емкости, щедро выдавил кашицы на ладонь и принялся втирать ее в усы и основание бороды. — Сейчас, сейчас!..

Графская чета с удивлением наблюдала, как клочья обожженных волос летят на пол, открывая белую, словно только что выбритую, кожу лица. Розовая уялса и в самом деле оказалась очередным чудом, о котором растерянно держащий в руках шлем Торговец раньше никогда не слышал. Только на этом средстве в иных мирах можно было уверенно озолотиться. Но здравая мысль мелькнула:

— А что с этой мазью вообще? У вас в Ба паритет на ее продажу?

— Еще какой! — продолжая натирать лицо, подтвердил великан, все больше превращаясь в довольно симпатичного, если не смотреть на размеры тела, мужчину. — Только наши некоторые старцы, самые уважаемые и древние, знают секрет приготовления уялсы. Да и у нас она стоит неимоверно дорого.

— Кто бы сомневался, что дорого, — бормотал Дмитрий, начав рассматривать шлем как произведение искусства. — Но вот скажи, по какой причине эта мазь оказалась рядом с этим саркофагом?

— Может, случайно?

— Да еще и под шлемом? Он твой?

— Первый раз вижу.

— Вот то-то и оно, что странно все это.

В тот момент он заметил внутри шлема, под войлочной подкладкой уголок серой на вид бумаги. Осторожно достал ее, развернул и принялся всматриваться в почти выцветшие от времени буквы:

— Еще страньше и страньше! Алиса с Чеширским котом нервно трясутся в сторонке. Язык, который я не понимаю! Ха! Не иначе, парень, это послание из твоего мира. Ну-ка почитай, если сможешь.

Пару мгновений Шу'эс Лав хмурился, пытаясь вчитаться, потом идеально обритое лицо его разгладилось:

— Да, это наш язык! — И сразу начал читать: — «Дорогой сын! Я горжусь, что именно тебе, самому великому и прославленному нашему воину, выпала эта огромная честь…» — Неожиданно великан стал бледнеть и нервно сглотнул: — Это почерк моего отца! Я боюсь ошибиться, но очень похоже. Но кому это он пишет?

— Читай дальше, пожалуйста! — настоятельно попросила взгромоздившаяся на тумбу Александра, заглядывающая гиганту через плечо.

— Хорошо. «Только ты сможешь победить подлого Крафу и разрушить все его коварные замыслы. На тебя взирает не только весь мир Ба, но и все оставшиеся на свободе Торговцы. Только тебе удастся переждать во временном саркофаге опасное время и дождаться развоплощения порталов-ловушек, которые Крафа настроил в межмирском пространстве. За пятьсот лет ни одной из них не останется, да и возможность попасть в Свинг Реальностей появится вновь. Ты знаешь, как следует поступить с подлым предателем, и пусть твоя рука не дрогнет! А если мы и сами с ним справимся, то сразу прервем твое добровольное затворничество. Удачи и стойкости! Мы с матерью гордимся тобой и надеемся на обязательную встречу в скором будущем. Шу'юс Трит, твой любящий отец.

P. S. Чуть не забыл, Шу'эс Лав, как ты ненавидишь бороду и каждые два года ее уничтожаешь мазью уялса. Поэтому оставляю тебе одну упаковку. Вдруг да пригодится после длительного сна».

Чтение закончилось. Руки великана подрагивали, а из глаз лились слезы. Губы еле заметно шевелились. Но надо было сильно прислушаться, чтобы расслышать шепот на языке мира Зелени.

— Шу'юс Трит… Это и в самом деле писал мой папа. Но этого не может быть! Мне двенадцать лет, и я ничего про какого-то Крафу не знаю! О чем же тут написано?.. Для кого?.. Может, меня насильно переселили в тело какого-то воина?..

Торговец хмурился и кусал непроизвольно губы. Затем не выдержал и стал рассуждать вслух, пытаясь в первую очередь своими словами немного отвлечь и заставить правильно мыслить именно великана:

— Удивительное письмо! Тем более что имя Крафа мне уже знакомо. Причем знакомо в очень нехорошей комбинации. Одна женщина ночами несколько раз видела сны, в них ее мать пыталась убежать из жуткого мира страшных монстров, которыми и управлял этот Крафа. Думаю, ты сам вскоре сможешь выслушать эту женщину. Но скажи мне, что ты знаешь о Свинге Реальностей?

— А вы разве не знаете? — искренне удивился Шу'эс Лав, осматривая графскую чету.

На что Александра пожала плечами:

— Дима только недавно про замок узнал, а вот Хотрис там был и прожил несколько дней, потом еле вырвался, потому что раны, нанесенные шакалами, загноились у него на ноге.

— Ну вот, если даже Хотрис…

Светозаров мотнул головой:

— Долго рассказывать, но после того, как стажер оттуда вернулся, мне туда попасть не удалось, что-то не пускает и выбрасывает обратно. Словно головой в стену бьюсь. Потому и спрашиваю.

Баюнг немного задумался, словно припоминая, да и улыбка у него чуть проступила после первых слов:

— Мне там довелось побывать пять раз с родителями и один раз с дядей. Причем никаких трудностей с прыжками у них не было. А уж в самом замке так здорово! Детей полно, и мы с ними играли с дворовыми животными. А какой там волшебный сад на крыше! И можно было свободно падать с крыши во двор. Вот где дух захватывало от восторга!

— Постой, постой. — Дмитрий чуть не подпрыгнул в попытке поймать великана за экспансивно размахиваемую руку. — То есть просто берешь и падаешь? С двадцать третьего этажа?

— Да! И никто никогда не разбивается. Там у самой земли воздушная подушка торможения: ра-а-аз! И ты уже на плитах двора. Потом опять в холл, на лифте на крышу и опять: у-у-ух!

— На лифте?

— Ну да! — Глаза великана горели от восторженных воспоминаний. — Такие маленькие специальные кабинки из технических миров. У нас в Ба таких нет.

— Надо же!.. А это… по поводу зверей: они ведь хищники! Чуть Хотриса с потрохами не съели. Еле выжил парень.

— Хищники? — от всей души подивился Шу'эс Лав. — Да мы на них и верхом катались, и руки в пасти засовывали, и ногти им подстригали — ни одной царапины ни у кого из детей не было.

— Ничего себе сказки. Может, они за время отсутствия Торговцев в замке совсем одичали?

— И давно там нет Торговцев?

— Судя по описаниям Хотриса, не меньше чем тысячу лет.

— А он не мог ошибиться? — с какой-то надеждой в голосе вопрошал баюнг. — Там всегда было так людно и весело.

— Вот сейчас у него и спросишь. Держи! Выходим! — распорядился Торговец, отдавая тяжеленный шлем в руки великана и отправляя один из осветительных шаров по лестнице наверх. — Порядок следования: Шура — впереди, я — сзади. Не нравится мне здесь, а уж попытаться сделать переход именно отсюда вообще глупостью будет несусветной.

Наверху настроение заметно улучшилось, тем более что никаких атак со стороны крокоспрутов до сих пор не последовало. Зато Хотрис с ходу озадачил своего наставника:

— Вода перестала выходить из колодца. Река обмелела полностью и сразу.

Торговец задумался:

— А нам какое дело? Меньше сырости в лесу будет. Пора нам в гости к Шу'эс Лаву наведаться. Кстати, ты свое снаряжение собери и надень по возможности, а то как-то возвращать тебя полуголым несподручно.

— Все равно тело не мое, — возразил великан с некоторой флегматичностью, но раскиданные доспехи стал собирать при помощи Хотриса и при его же помощи водружать на свои телеса. Тогда как Александра подступила к мужу с претензиями:

— Чего это ты так наплевательски к речке относишься? Мы за это время чего только не осмотрели в Волчьем Шаре, но лишний раз подтвердили, что уровень внутренних колодцев напрямую связан с рекой. Какой уровень там, такой, пусть только с суточным запозданием, устанавливается и в колодцах. Так что желательно русло восстановить.