— Кисло, — слышу недовольный голос Васи.

— Так ты не ешь одну ягоду, кусай вместе с кремом, — учит своему излюбленному искусству Феофан. — Смотри как надо.

Фей забирает пирожное из рук Василисы и откусывает добротный кусок.

— Ммм, вкусненько… а, нет, тебе по ходу бракованное попалось, такое бывает в незнакомых тавернах, давай я доем, так и быть, — тяжело вздыхает фей и откусывает еще один кусочек.

Феечка согласно кивает и продолжает следить за дорогой. В разборки феев не лезу, пусть сами решают вопросы между собой.

Пытаюсь увидеть заметные сигнальные артефакты вдоль ковки, они тут наверняка должны быть. Если не замечу, можно обратиться за помощью. Есть у меня один замечательный детектор. Алёна вполне чувствует взгляды и расположение артефактов. Вполне могу воспользоваться этой ее способностью.

Да уж, думаю, этой ночью спать мне совсем не придётся.

Проезжаем квартал бандитов, прошу остановиться и подождать меня возле ближайшей булочной. Она очень удачно расположилась у границы, неподалёку от той точки, которую я изначально называл извозчику.

Хочется отдать должное пожилому мужику: он не задает никаких вопросов, просто делает свое дело. Спокойно останавливается возле булочной и достает несколько больших морковей для кролов.

— Ой, а можно я покормлю? — просит Василиса. — Всегда хотела попробовать.

Видимо, сегодня у девчонки день экспериментов.

— И мне дайте одну морковку, — просит Феофан. — Только побольше.

Его замысел сразу просекаю. Спрашиваю морковь для феев. Возница вообще ничего против не имеет. Пусть развлекаются. Быстро захожу в булочную, покупаю свежий хлеб и несколько оставшихся булочек с начинкой. Девушка за стойкой упаковывает хлеб в бумажный пакет и передает мне. Несмотря на вечер он тёплый, видимо, пекарня находится недалеко от магазина.

— Готовим в печи. Ничего лишнего, только мука, соль, вода и дрожжи, — поясняет продавщица. — Лучший хлеб в окрестностях. Выбирайте нашу булочную, у нас есть скидки постоянным клиентам. Вы тут впервые? — аккуратно спрашивает девушка.

— Не совсем, — подбираю расплывчатую формулировку.

Не удивлюсь, если девушка имеет отношение к Ночной или, как её ещё называют, теневой гильдии. От мыслей меня отвлекает запах свежайшего хлеба. Выпечка тоже обещает быть вкусной. Думаю, Василиса не откажется от угощения, раз уж Феофан её периодичеки обделяет.

Возвращаюсь обратно в карету и говорю извозчику новую точку. Описываю жилище рунолога. Пожилой мужчина нисколько не удивляется. Спокойно едем по адресу.

Заметно повеселевшие Феофан и Василиса без умолку обсуждают породы кролов. Фей убеждает, что существуют гончие кролы, а Вася ни в какую не верит.

— А кто по-твоему участвует в гонках на кролах? — спрашивает фей с укором.

— Те, кто не любит большую скорость! — отвечает ему феечка.

— Да гончие кролы питаются специальными овощами! Да они носятся быстрее, чем городские кареты! — спорит Феофан и периодически кусает морковку. Или, точнее, то, что от нее осталось.

Незаметно толкаю Василису в бок и протягиваю свежую булочку. Феечка замирает, осторожно берет угощение и отворачивается к своему окошку. Феофан продолжает вещать про кролов и не замечает как по его носом уничтожается выпечка.

— Вить, а чем так вкусно пахнет? — прерывает монолог фей и принюхивается.

— Хлебом, Фео, хлебом, — говорю и тихонько смеюсь.

Расплачиваюсь с извозчиком и выхожу из кареты. Довольная Василиса и подозревающий мою нечестность Феофан выходят следом. Перед нами серое двухэтажное неброское здание. Внешний вид жилища никак не говорит о том, что здесь живёт мастер. На двери нет ни надписи, ни вывески.

Подхожу и негромко стучусь.

— Таки кто там? — доносится грубый голос из-за двери. — Господин Залман никого не ждёт.

— Господин Залман, — повторяю имя мастера, — я к вам по делу, — вношу ясность.

По голосу слышу, что с обратной стороны двери находится весьма вредный гном.

— А чего это тебя, такого шлемазла, принесло на ночь глядя? — недовольно ворчит гном, но всё же отпирает дверь.

— И вам здравствуйте, — говорю. — Я к вам с работой.

— Работу от людей таки не беру. Всего доброго, — Залман пытается закрыть дверь, и у него это почти получается, едва успеваю поставить ногу, чтобы помешать гному.

— Подождите, господин Залман, может, сначала всё-таки поговорим? — всеми силами стараюсь удержать его.

— Не о чем разговаривать, проваливай, — отрезает гном и, прикладывая ощутимое усилие, тянет дверь на себя.

— Жаль, Фарух вас рекомендовал, — вздыхаю и убираю ногу.

Дверь с оглушительным звуком захлопывается и тут же снова открывается.

— Рекомендовал? Фарух? — переспрашивает гном чуть мягче. — Давно не слышал от него вестей. Ладно, выслушаю тебя, так и быть, — гном делает одолжение. — Ну, проходи, проходи, гостем не будешь, но хотя бы, может, хоть чем-то порадуешь.

Запираю за собой очень тяжёлую дверь. Феи прячутся у меня за спиной. Прекрасно их понимаю. В доме не пахнет гостеприимством.

— Ну заходи уже, — без остановки ворчит гном. — Но, учти, чай я тебе таки не налью. Расскажи, с чем тебя Фарух прислал? — интересуется Залман.

— Господин Фарух сказал, что вы мастер-рунолог, — говорю, как есть и осматриваюсь в поисках стула или дивана.

— Сесть незванным гостям тут негде, — отвечает Залман на незаданный вопрос. — Да, я таки мастер, но руны не для людей. Я не делаю заказы людям, — отрезает гном.

— Это принципиальная позиция всех гномов или лично ваша? — интересуюсь.

Мы по-прежнему стоим в полутемном коридоре, куда почти не попадает свет. Освещения тусклой лампы едва хватает, чтобы увидеть недовольное выражение лица хозяина этого дома.

— Лично моя позиция, но тебе от этого таки не легче, — ехидно улыбается Залман.

— Жаль, конечно, — говорю. — Уважаемый, господин Фарух передал вот монету, — достаю оловянную монетку с выбитой цифрой три. — Он сказал, что вы сделаете маленькое исключение из правил и сможете мне помочь.

Гном замирает и смотрит на меня с крайним недоверием.

— Фарух так сказал? — Залман холодной рукой берёт у меня оловянную пластинку и подносит к глазам. — Фарух попросил передать мне это, говоришь? Ну, что ж, может быть, я таки смогу помочь. Чем же ты так заинтересовал старого Фаруха, что он берёт на себя такие обязательства?

Залман крутит в руках монетку и даже пробует её на зуб. Не собираюсь вдваться в гномские традиции и секреты. Пусть это останется между ними. Мне важна помощь.

— Если честно, не знаю, — пожимаю плечами. — Возможно, исполнением его давней мечты.

— Это таки поступок достойного человека, а не какого-то там шлемазла. Хорошо, чего ты от меня хочешь? — еще больше смягчается гном.

— Теоретически мне нужен артефакт для защиты, — объясняю. — Если получится, то желательно укрепить связь со стихией. Конечно же, насколько возможно сделать это рунами.

— Со стихией, говоришь? — поднимает бровь Залман. — Можно таки сделать всё, что угодно, лишь бы ты точно описал, чего ты хочешь. Со стихией я смогу тебе помочь. Только это не даст тебе большого прироста, не надейся.

— Вы знаете, это в любом случае очень интересно, — отвечаю и чувствую, как оживляется наша беседа.

— Или… — гном делает паузу. — Чай тебе таки не налью. Рассказывай, что за беда у тебя приключилась.

— Да особой беды у меня нет. Просто господин Фарух… — начинаю объяснять.

— Ха! Господин… Фарух? — смеётся гном. — Ну да, сейчас он уже таки господин Фарух, не то что в наше время. Ладно, не нужны тебе мои старческие бредни, — отмахивается он.

— Вы вроде бы не похожи на старика, — удивляюсь, чуть пристальнее рассматривая Залмана в полутьме.

Гном передо мной не выглядит стариком, в отличие от Фаруха. Не сгорблен, без длинной бороды, из стариковского — только характер и ворчание, но никак не внешность. Залман больше похож на военного в отставке. Крепок телом и вполне молод душой. Чем дольше беседую с гномом, тем явственнее это видно.