Командующий глухо рыкнул. У эсминца имелись все шансы попросту не успеть прийти на помощь.

– Корвет вошёл в сектор, – уведомил командира полковник Скир, наблюдая на карте за манёвром звездолёта.

Белый квадрат не снижая скорости, устремился в самую гущу минных заграждений. Запетлял, ловко избегая фатальных столкновений. Штурмовики аваронцев, не подозревая о ловушке, со всего разбега влетели за ним, и началось избиение.

Замаскированные под обычные разведывательные зонды и оснащённые датчиком распознавания целей «умные» мины пришли в движение. У каждой из них имелся слабосильный двигатель с небольшим запасом хода. Которого, однако, вполне хватало достичь проходящий в непосредственной близости космический объект и взять его на таран.

С нескрываемым удовлетворением и присущей рептилиям агрессивной радостью генерал наблюдал, как один за другим гаснут красные огоньки, а белый квадрат корвета, вырвавшись из опасной зоны, лёг на разворот к Стоху.

Одной проблемой меньше. Про сектор семь дробь семнадцать можно забыть. Осталось разобраться с крейсерами.

– Открыть пусковые торпедные шахты, – приказал командующий.

– Рано, – рискуя попасть под гнев начальства, предупредил Триг Скир. – Аваронцы пока слишком далеко. Если запустим торпеды сейчас, половину собьют на подлёте встречным залпом. Остальные уничтожат скорострельные пушки активной обороны. Если будем ждать, они обнаружат открытые шахты.

Вопреки ожиданиям генерал не отреагировал, как подобает на дерзкие слова своего заместителя. Не до субординации, когда сама жизнь висит на волоске.

– Ждать не будем. Если они успеют ударить первыми, от нас ничего не останется, – Ярг Хронг в бессильной злобе выпустил когти. – У нас есть только один шанс. И мы его не упустим. Приказ, торпедная атака всем боекомплектом. Без остатка.

Полковник Скир скептически помотал головой, но в этот раз высказаться вслух, не осмелился. Хотя и считал данную затею безумием. Остаться один на один с врагом имея в арсенале пустые пусковые шахты и редкую цепочку лазерных пушек, это всё равно, что добровольно отправиться в пищеблок. И судя по повисшей в центре управления обороной сектора тревожной тишине, понимали это и другие тэринги. Но приказы не обсуждаются, их выполняют.

Без малого пять сотен торпед, до этого искусно спрятанные в недрах спутника Стоха, устремились навстречу кораблям противника. Со сверхмощными боеголовками. Десятка хватит, чтобы списать в утиль даже тяжёлый эсминец. Полтора – смертный приговор крейсеру. Того количества, что ящеры выпустили по двум кораблям Империи достаточно для уничтожения всего живого на целой планете. Страшная сила.

– Семь секунд до цели, – доложил капитан осуществивший запуск.

– Почему они не отвечают? – растерянно рыкнул полковник Скир.

И тут генерала осенило. Если бы он только догадался об этом раньше…

– У них нет ракет. Вспомни, они ни разу их не использовали.

Заместитель, наморщив чешуйки лба, согласно кивнул головой.

– Глупо. Нельзя надеяться на одни лазеры.

– Три секунды. Две.

Оказывается можно. На последней секунде подлётного времени корабли противника дали дружный залп. Тысячи ярких лучей слились в один сплошной световой поток. Сотни торпед так и не достигнув цели, раскрылись огненными цветами, чтобы тут же погаснуть в безвоздушном пространстве. Космический фейерверк, как сказали бы земляне. И представление только начиналось.

Почти полсотни торпед прорвались сквозь шквальный заградительный огонь. Добрых две трети из них атаковали правый звездолёт, в считанные секунды превратив его в облако раскалённой плазмы. Остальные боеголовки ударили по второму кораблю.

И их количества оказалось мало. Вражеские перехватчики и десантные катера взрывались целыми гроздьями Ганжо, но до «сердца» звездолёта торпеды так и не добрались.

– Корвету, любой ценой уничтожить крейсер аваронцев, – выкрикнул Ярг Хронг, понимая, что промедление смерти подобно. Имперцы в любой момент могут применить своё сверхоружие и тогда база, вместе со спутником, превратится в космическую пыль.

Патрульный корабль был совсем рядом, но всё же недостаточно близко. У противника хватало времени, чтобы успеть выстрелить своим главным калибром. Однако командир потрёпанного звездолёта принял решение выйти из боя.

– Уходят, – радостно доложил полковник Скир.

– Вижу, – устало вздохнул генерал. Радости своего заместителя он не разделял. Было чёткое понимание, что имперцам не хватило самую малость, чтобы сломить сопротивление рода Иргран. Нужно срочно пересматривать устройство всех линий обороны и насыщать их новым вооружением и дополнительными кораблями. Иначе в следующий раз (в том, что началась большая война, Ярг Хронг не сомневался) аваронцы придут более подготовленными.

– Генерал, эсминец вошёл в зону ближних радаров, – доложил лейтенант.

– Почти успел, – задумчиво пробурчал командующий.

Эта попытка прорыва границы выявила много слабых моментов, в том числе и большое расстояние между патрульными кораблями.

– Прикажешь догнать и уничтожить? – хищно оскалился полковник.

Разумное предложение. Эсминцу на пару с корветом вполне по силам добить убегающий на последнем издыхании крейсер врага. Но это означало лишиться прикрытия на случай повторной атаки. Неизвестно, может данная атака была лишь разведкой боем и основные силы Империи ждут удобного момента для настоящего вторжения.

– Нет. Пусть уходит и передаст своим, что воевать с тэрингами себе дороже.

Разговора у меня с Русланом в тот день так и не получилось. Сперва помешал Филатов. Потом из комнаты вышла Алина. Бледная, с расцарапанным лицом. Бросив на меня косой хмурый взгляд, прошла прямиком в ванную. Я невозмутимо посмотрел ей вслед. Руслан, казалось, вообще не обратил на девушку внимание. А Степан Филиппович, подозрительно осмотрев каждого из нашей троицы, оставил свои мысли при себе. Заслужив моё отдельное уважение. Не люблю когда чужие лезут в семейные разборки.

– Выйдем. Покурим, – предложил я бывшему другу уже без всякой агрессии со своей стороны.

Я быстро отхожу. За прошедшее время успел уже остыть. А вот серьёзный разговор с вопросами и ответами надо бы закрыть.

– Пойдём, – демонстративно равнодушно пожал плечами Казанцев.

Я только привстал с дивана, когда за окном бабахнуло так, что задрожали стёкла. Затем ещё раз, уже значительно ближе. И гул реактивного самолёта.

– На сверхзвук перешёл, – неуверенно предположил я.

Слышал такие истории, что когда истребитель совсем близко пролетает, то не только стёкла вдребезги, у домов крыши ломает.

– Не похоже, – не согласился с моей версией Филатов, поднимаясь из-за стола. – Скорее взрывы были.

Это уже интересно. И не мне одному. Мы втроём столпились возле окна силясь рассмотреть, что происходит на улице. Безрезультатно.

– Похоже, с той стороны дома, – слегка разочарованно сказал Степан Филиппович. – Отсюда не увидим.

В небе вновь послышался гул истребителя. Нет, двух. Запоздало включилась воздушная тревога. И снова взрыв. Уже значительно дальше, чем в первый раз, но от этого не легче. Что-то серьёзное делается. Очень похоже, что «богомолы» подбираются к посёлку.

– Что происходит? – из ванной комнаты вышла встревоженная Алина.

– Воздушный бой, – я успел первым высказать свою мысль.

– Я не с тобой разговариваю, – жёстко обрубила аваронка.

Меня, как мешком пришибло. Крайне неловкая ситуация. Сразу почувствовал себя идиотом, которому девушка прилюдно звонкую оплеуху отвесила. А главное, за что такая немотивированная агрессия в мой адрес? Непонятно. И разбираться пока совсем не хочется. Ну её на хрен от греха подальше. Лучше промолчать. Дешевле будет.

– Михаил прав, – неожиданно поддержал меня Казанцев. Я перехватил его взгляд. Никакой издёвки или иронии. Лишь сочувствие и понимание. – Наша авиация кого-то «приземлила». Судя по взрывам, как минимум два объекта. Возможно десантные катера чужаков.