Я подобрал рацию, и неловко поднялся — по ходу дела, головой я все же приложился…

— Я Крот. — повторил я в рацию, опираясь на автомат как на костыль. — Атака с запада… Пробили стену. Пришлите людей.

И только потом я заметил, что у рации отсутствует антенна — обломана почти у самого основания. Значит, никто меня не слышит. И никто не придет на помощь… Если только не отреагирует на звук прорыва через стену, который легко мог затеряться в какофонии боя.

— Сука… — прошипел я, широко расставляя ноги и поднимая автомат. — Что ж вы творите… Я ж без БК…

— Не страшно, братец Кротик. — гулко раздалось из-за спины. — Ты тут и не один.

Я развернулся, чуть не потеряв при этом равновесие, и убедился в том, что уши меня не обманывают. За моей спиной, поднимая свою шестизарядную бандуру, действительно стоял Медведь.

— Как сам? — усмехнулся он, на мгновение оторвавшись от прицела, чтобы бросить на меня взгляд через неизменные темные очки, спросил он.

— Ты понимаешь, в кого целишься? — на всякий случай, чтобы потом не произошло каких-то непоняток, спросил я.

— Да уж чай не дальтоник! — усмехнулся Медведь. — Цвета пока что один от другого отличаю!

— Ну, тогда развлекайся. — я улыбнулся и развел руками.

И Медведь начал стрелять. Первые шесть гранат ушли в пылевое облако раньше, чем оттуда появились первые центурионы, и начали рваться там одна за другой. От нас до грузовиков было не больше двадцати метров, поэтому я на всякий случай укрылся за ближайшим углом на случай, если шальному осколку вздумается прогуляться в мою сторону.

А Медведь и не думал прятаться. Отстреляв первые шесть зарядов, он шустро располовинил гранатомет, сорвал левой рукой с петель на плитнике сразу две гранаты, держа их как два стакана на ладони, сунул в каморы, потом еще две, потом еще две…

Мне не было видно, какими именно зарядами он снаряжает оружие, но выглядело все так, словно он понимал, что делает. Неужели он заранее подготовился, перевесив гранаты в таком порядке, чтобы можно было их просто хватать и использовать, зная, что в барабане окажется именно то, что нужно?

Медведь резво, по две, снарядил барабан, потратив на это не больше пары секунд — явно он тренировался этому часто и много. Защелкнув гранатомет, он снова приложил приклад к плечу и отправил их в пылевое облако.

Оттуда до сих пор никто не выбежал — выстрелы Медведя явно пришлись куда надо. И все равно, пока он снова перезаряжал гранатомет, я перекинул переводчик огня в одиночный режим и беглым огнем прочесал пространство возле грузовика, чтобы никто не вздумал рыпаться.

А потом Медведь высыпал в облако еще шесть гранат, завершив серию кумулятивно-зажигательным выстрелом и всадив его точно в лобовое стекло грузовика. Водителя внутри, конечно, давно уже не было, но кумулятивная струя легко пробила и стекло и заднюю стенку кабины, так что в кузове тоже всем досталось… Если там, конечно, кто-то еще оставался к этому моменту.

Все это заняли не больше четверти минуты, а потом сзади раздались тяжелые шаги, и к нам подбежал десяток ассамблейцев во главе с — вот это да! — самим Лионом! Быстро сработали, ничего не скажешь… Но, если бы не Медведь, за эти пятнадцать секунд центурионы успели бы тут наворотить дел.

— Где⁈ — рявкнул Лион, держа стволом вверх H K G36K — укороченную версию G36.

Забавный такой. Будто не видит протаранившего стену грузовика. Хотя, возможно, он имеет в виду, что не видит противников, и это логично — пыль-то так и не улеглась толком.

— Там. — я мотнул головой в сторону облака. — Только, наверное, от них там мало что осталось.

— Хорошо бы. — Лион оскалился. — Вы трое! Проверить!

Тройка бойцов в легких экзоскелетах послушно вскинули оружие и бесшумно канули в пылевое облако.

— А это кто? — спросил Лион, переводя взгляд на Медведя. — Тоже с тобой?

Я тоже перевел взгляд на Медведя, решая, со мной он или нет. Несколько секунд подумал, и только открыл было рот, чтобы ответить, как один из оставшихся с Лионом бойцов, внезапно нахмурился:

— Эй, стоп! Я же его знаю! Да он же из Центурии!

Не существует слов, чтобы описать взгляд Лиона после того, как он услышал эти слова. Одновременно и ярость, и разочарование, и облегчение, и неприязнь… Нет, действительно не хватает слов.

А взгляд Медведя мне вообще не видно из-за его дурацких темных очков.

Но зато мне прекрасно видны их действия.

Гранатомет Медведя все так же был разряжен и опущен, поэтому, даже раньше, чем боец договорил, он дернул из кобуры пистолет. Дернул — и направил его в голову Лиона, сразу поняв, кто тут главный.

Эх, жаль, что у меня глушитель накручен на ствол!

И все же я поднял ствол в небо и выжал спуск, давая короткую очередь. Хотя бы не патроны УС заряжены, какой-то звук дают, и этого хватило, чтобы не позволить Лиону и Медведю пристрелить друг друга на месте.

— Стоять! — рявкнул я. — Никакой он не центурион! Вообще-то это именно он отбил эту атаку!

— Как не центурион⁈ — не унимался тот же боец. — Я его знаю! Он чуть ли не личная шавка Зёмы!

Медведь тут же перевел стол на голову болтуна, и мне пришлось снова выстрелить, чтобы остановить его.

— Ну, допустим, нет. — нехотя признал болтун. — Стоять сказал! Медведь ушел из Центурии! Вы видите на нем цвета Центурии, а⁈ Отвечайте!

— А теперь прибавь к этому то, что Медведь только что половину своего БК потратил на то, чтобы не пустить Центурию на вашу драгоценную базу, и скажи — чье слово кажется крепче, твои или мое⁈

— А, может, он только делает вид, что он ушел из Центурии⁈ Может, он хочет втереться к нас в доверие⁈

— Чтобы что⁈ — я в голос рассмеялся. — Если бы он хотел, чтобы вас всех тут задвухсотили, ему достаточно было просто ничего не делать! Этот десант на грузовиках с фланга положил бы вас за половину минуты!

Лион молча слушал перепалку, переводя взгляд с меня на своего бойца, и обратно. Пальцы его крепко сжимали рукоять винтовки, но указательный все еще лежал вдоль спуска, а не прямо на нем.

Медведь внезапно резко повернул голову, глядя прямо на Лиона. Он, почувствовав его взгляд, взглянул в ответ. Несколько секунд они играли в гляделки, а потом Медведь разжал пальцы, позволяя пистолету провернуться на спусковой скобе и уставиться стволом в небо.

— Я пришел без зла. — прогудел он, медленно опуская руку. — Я должен этому человеку. И я пришел вернуть долг.

Лион коротко стрельнул глазами на меня, на которого указал Медведь, и тоже опустил винтовку:

— Ладно, хер с тобой. Помогите добить остатки этих уродов!

— Но… — попытался было протестовать болтливый боец, но Лион внезапно развернулся, бросая винтовку, и схватил его за грудки:

— Скажи, какой у тебя позывной, боец⁈

— Кубик. — совершенно сбитый с толку, ответил тот.

— Точно Кубик⁈ — жарко выдохнул ему в лицо Лион. — Не Мастиф⁈ Не Бам⁈ Не Крокус⁈ Нет⁈ А тогда какого хера ты мне вздумал советы давать, если ты не вхож в офицерский состав, а⁈

И он швырнул бойца на землю, как мешок с картошкой. Даром что не пнул вдогонку по ребрам, но и так хватило — ассамблеец шустро отполз прочь, не забыв оружие.

— Вы! — Лион ткнул в нас с Медведем пальцем. — Когда все закончится, будем говорить! А сейчас — за дело!

Правда дела как такового уже почти не осталось. Центурия поставила на прорыв на грузовиках все, и, когда он захлебнулся, захлебнулась и вся атака. Гранатомет Медведя внес свою лепту в оружейный оркестр Ассамблеи, а тот факт, что они питались одним и тем же калибром пошел только на пользу.

В конечном итоге, убежать смогли только трое. Они упихались в чудом оставшийся на ходу джип, и дали по газам, пыля по пустошам что есть мочи. Я к тому моменту уже успел пополнить запас багтрекеров, но стрелять им вслед не стал — слишком далеко. Скорее всего только впустую потрачу снаряд, которых у меня и так ограниченное количество.