Несколько магов опускают головы. Смотрю на ситуацию со стороны и понимаю, что правитель во многом прав. Условия вполне лояльные, если сравнивать со смертью. Да, молодые маги попадут в систему, где своё устройство и свой механизм. Каждое весомое действие через согласование. Всё лучше, чем клетка.

Некоторые из молодых парней выглядят воодушевленными. До них быстро доходит суть сказанного. Некоторые из магов не могли надеяться на подобное и при свободной жизни.

— Ладно, это всё лирика, — подытоживает король. — Прошу, повторяйте за мной слова клятвы. Я… маг… произносите имя, потом озвучиваете стихийное направление. Ничего сложного. Начинаем.

Король зачитывает текст клятвы. Постепенно маги подключаются к процессу. Да и понятно, что других вариантов у ребят не предвидится. Они не могут выйти вперед и сказать: «А вот я не буду это подписывать». Не будешь? Да, святые Боги, не подписывай. Теперь ты просто никому не нужен. Спокойно слежу, как маги произносят слова клятвы. Они сильно отличаются от клятвы Академии. Похоже на обычную Клятву Верности. Такую клятву обычно дают рыцари своим сюзеренам. Здесь тоже, получается, воинское сословие, просто с дополнительными возможностями.

Смотрю на магов. Они безусловно недовольны, но всё равно послушно произносят слова клятвы за королём. Краем глаза отслеживаю того бледнокожего парня. Кажется, что он просто открывает рот, при этом слова клятвы произносить не хочет. Какая-то детская идея избежать общей присяги.

Интересно, на что он рассчитывает? По окончанию всё будет предельно понятно по образовавшимся на запястьях магическим связям. Остальные маги ничего подобного не помышляют. Да и на этом парне не зацикливаюсь.

Ладно, пусть его. Главное — нам пока не угрожает.

Василиса ведет себя немного странно. Сидит на стуле и ёрзает. Паники или тревоги не замечаю, только немного нервное состояние. Хотя объяснить несложно — столько людей в одном помещении, долгая речь короля и общий фон.

Клятву молодые маги произносят минут десять, чётко проговаривая каждое слово. Король заканчивает зачитывать длинный текст.

— Принимаю, — произносит он и смотрит на меня.

— Свидетельствую, — говорю то, что должен.

Мгновенно на запястьях магов образуются тёмные браслеты. У всех, кроме бледнокожего с маленькими глазками. Более того, в этот раз браслеты не исчезают, и на руке тонкой вязью проявляется чёрная цепочка, обозначающая клятву верности.

— Замечательно, — говорит король и смотрит на свою руку в новых цепях.

Несколько цепочек образуют одну толстую цепь. Все ученические клятвы на другой руке правителя втягиваются в основной витой браслет клятвы верности.

— Как мы и планировали, — кивает Беннингу правитель.

Продолжаю мельком следить за парнем, который не произносил клятву. Видно, что он ожидал исчезновение цепочек на запястье. Наверное, хотел проскочить под шумок. Сейчас этого не получится.

— Господа, хочу вас поздравить, — объявляет король. — Можете сегодня заниматься своими делами. Из каземата вас выпустят. Завтра жду вас всех на службу во дворец. Опоздать вы не сможете, поэтому внимание не заостряю.

Маги переглядываются, кланяются и расходятся.

— А вас я попрошу остаться, — обращаюсь к бледнокожему парню.

Маг дёргается и оборачивается. Маленькие глазки бегают в поисках выхода. Он снова суетливо смотрит то в одну, то в другую сторону.

Охранники загораживают выход.

Делаю шаг навстречу парню, но тот падает на спину и весь сжимается так, будто его со всех сторон пронизывает острая боль.

За моей спиной раздается голос Василисы:

— Опасность!

Парень крутится на спине и орёт от боли.

Беннинг тут же закрывает собой короля. Феофан растягивает щит над всей компанией. Василиса как заведенная кружится на месте.

— Нет опасности! — говорит она. — Снова опасность! Нет опасности! Опять опасность. Я не понимаю! — приговаривает фея и кружится на месте.

Парень на полу то замирает в такт словам феечки, то снова сжимается от боли. Гвардейцы наставляют на него оружие.

— Витя, что с происходит? — интересуется король. — И что нам со всем этим делать?

— Вообще не знаю, — признаюсь. — Никогда не видел ничего подобного.

Иллитид не отрываясь смотрит на бледнокожего парня.

— Андрей, а ты как думаешь? — спрашиваю. — Можешь проверить, что с ним? Никаких повреждений не вижу.

Иллитид закрывает глаза, погружается в себя и почти сразу возвращается обратно.

— Он борется! — с удивлением говорит Андрей.

— В каком смысле борется? — не понимаю.

В глазах короля тоже стоит вопрос. Феофан по-прежнему держит щит, и нам ничего не угрожает.

— Он не выпускает то, что сидит внутри, — объясняет иллитид. — Он с этим борется.

Тело парня выгибается от боли, и он кричит в голос. Кажется, Андрей прав, и перед нами происходит настоящее противостояние. Тело парня периодически замирает.

Чувствую лёгкий и уже знакомый запах тины. Огонь внутри резко реагирует на запах, и парень словно…

— Витя, что ты сделал? — спрашивает Андрей.

— В каком смысле? — с трудом сдерживаю огонь.

Пламя пробегает по всему телу, но я не даю ему возможности вырваться.

— Что ты сейчас сделал? — повторяет иллитид. — Ему теперь намного легче бороться с тем, что сидит внутри.

Интересно.

— А если так? — спрашиваю вслух и позволяю огню зажечься.

Пламя вырывается и охватывает всю поверхность ладони.

— Так лучше, — говорит Андрей. — То, что у него внутри, — кивает на тело. — Отступает, но не исчезает.

Беннинг сосредоточенно наблюдает за ситуацией. Звать охрану — бессмысленно. Щит Феофана отделяет нас от предполагаемой опасности радужной пленкой. По ней бегают еле заметные искры огня.

Василиса перестает кружиться и замирает. Феечка шепчет про опасность, но уже не так настойчиво.

Парень на полу перестает биться в конвульсиях, затихает и пытается восстановить дыхание. Даже отсюда слышу, как тяжело он дышит. Судя по реакциям, наступает долгожданная минута спокойствия.

— Вы что-нибудь понимаете? — с интересом спрашивает король.

Вот уж у кого непробиваемо хорошее настроение. Ни боязни, ни страха на лице Его Величества не замечаю. Беннинг тоже ничего не понимает и только качает головой.

— Сейчас всё довольно очевидно, — сообщаю. — Помню похожую ситуацию со скопищем змей из головы бандита. Магия отзывалась точно так же.

— А когда это было, Витя? — спрашивает король.

— Не так давно, — отвечаю. — Графу я уже рассказывал.

Король переводит заинтересованный взгляд на Беннинга.

— Да, да, Ваше Величество, когда всё закончится, я вам обязательно расскажу в деталях, — обещает граф. — Помните, здание сгорело рядом с портом?

— Получается, на днях случилось, — говорит король. — И что, вы тоже находились в этом горящем здании? — обращается ко мне с некой претензией.

— В каком-то смысле, — отвечаю. — Там встретился с клубком змей и чуть не погиб. Все в подробностях рассказал Его Сиятельству.

— Ты теперь тоже Его Сиятельство, — усмехается Беннинг, напоминая мне о новом звании. — Думаешь, есть связь?

Парень без движений лежит на полу. Челюсти стиснуты, кулаки сжаты. Тело в напряжении и ежесекундно ждет нового нападения изнутри.

— Вы чувствуете запах тины? — обращаюсь сразу ко всем.

Все, кроме Андрея качают головами. Никто не чувствует. Не удивлюсь, если иллитид сейчас находится в себе. Пока что не буду его трогать.

— Виктор, что за тайны? При чем тут запах? — не понимает король. — Рассказывай скорее.

В данную минуту Его Величество похож на ребенка, который перед сном требует продолжение сказки.

— Когда я чувствую приближение дикой магии или существ с болот, в воздухе растекается запах тины, — рассказываю. — Такое ощущение, что таким образом моя внутренняя магия отзывается на извечного врага.