Дальше было больше. Странная «Метка Злых Намерений», использованная явно не по назначению, предложение совместной «прокачки», собственный хаб! Да какой! Настоящий особняк, в который можно перебраться с концами! Да, здесь было много плесени и нежити, но это было её! И она САМА победила босса и заслужила это место!

Долг к Проклятому рос в геометрической прогрессии, так что девчонка даже не удивилась тому, что, спустившись в подвал он написал ей: «Мне, наверное, будет больнее, чем тебе». Стало просто немного обидно и тоскливо. Насте было просто до ужаса интересно увидеть лицо человека, сделавшего для неё так много. Наверное, она даже начала влюбляться в этот образ, вот только жизнь её уже не раз наказывала за гораздо меньшее, например, за мысли о том, что жизнь наконец-то налаживается. А весь её опыт кричал, что даже самый высокий взлёт ведёт лишь к более страшному падению. Рука сработала раньше головы, и вспыхнувшая в полёте бутылка шашлычного розжига затопила пламенем комнату, из которой девушка выскочила быстрее пробки взболтанного игристого. Чтобы победить настолько превосходящего игрока ей требовались укрытие, дистанция и план.

Когда нервы успокоились, вторженец уже вышел из дома. Он был сильно подкопчён, но полностью здоров, у него пропала тканная накидка, но выпущенная с горя стрела всё так же влепилась в новенький военный щит. И нет, он не побежал на выстрел, не выстрелил в ответ, хотя чуйка шептала, вторженец определённо мог это сделать. Он отошёл от дома на приличное расстояние, написал на земле какие-то огненные письмена и вонзил в землю тот самый клинок, каким угрожал в подвале.

Зачем? Что он этим хочет добиться? Да и вообще, какой смысл в нападении? Она спала, пока он был с ней в одном доме! Настя глухо рыкнула, сетуя на свою так и не сдохшую надежду на лучшее и пошла читать, что этот предатель ей там накорябал.

Что ж, настал момент признаться самому себе. Да, от правды бегать возможности больше нет, стадию торга я благополучно опущу, остаётся лишь принятие.

У меня очень хреновое чувство юмора. Вот прям до такой степени, что аж в могилу свести может. Как я это понял? Ну… мне это очень доходчиво объяснил коктейль Молотова, влетевший в шлем. Всё-таки я оказался прав — мне было гораздо больнее, чем лучнице. А вот девчонка всецело молодец! Едва прочитав то, что я накарябал огненным словом, она, не испытывая и тени сомнений, метнула в меня бутылку с зажигательной смесью и рванула наутёк! «Молодец!» — промелькнула в голове мысль, как раз перед тем, как о мой, закрытый шлемом жбан разбилось жидкое пламя. Спасла физика, под полный латный доспех, в который я был облачён, жидкость просто не затекла, впитавшись в сюрко, так что досталось только лицу, из-за брызг, влетевших в прорези шлема. Ну а пока броня нагрелась, мне хватило времени выбежать из горящей лабы, закрыть дверь и засунуть доспех в инвентарь. Ну а ожоги с лица и рук пришлось сводить янтариками.

Разумеется, к этому моменту в доме никого не осталось, а девчонка убежала в разрушенную деревню, откуда послала мне оперённый гостинец, как только я, в подкопчённых доспехах, показался на крыльце особняка.

Ну а ещё до меня всё-таки дошло, какую свинью я подложил в фундамент взаимного доверия между двумя игроками и в первую очередь себе. А потому, прикрываясь новеньким баллистическим щитом отошел от дома метров на семьдесят и принялся выводить огненными буквами извинительное письмо, в котором постарался выразить весь путь своих измышлений, как я вообще пришёл к идее устроить ей тренировочный спарринг в замкнутом пространстве. В конце покаялся, что дурак, но в целом, идея подобной тренировки так-то не плохая. Просто подавать её в наших обстоятельствах требовалось по-человечески. К записке я присовокупил затрофеенную рапиру, ещё пару янтариков и визитку Артёма Филипповича, если она не передумала сотрудничать с государством. Ну а после того, как закончил с посланием, вернулся на крыльцо особняка и стал ждать.

«Ты меня напугал!» — первое, что написала Лучница через полчаса моего ожидания. Девушка в маске котика довольно долго не рисковала подходить к моему «письму», но и стрелять в меня из укрытия домов после моих не самых умных действий не стала.

«Я так и понял. Рефлексы — десять из десяти! Объяснения — огонь!» — после того, как прошла боль от ожогов, мне оставалось только угорать над своими не умными действиями.

И до меня даже задним умом дошло, как она это сделала. Всё дело в той же механике, что позволяет хранить в инвентаре заряженный арбалет сколько угодно. Так можно сделать и с горящей вещью, например с хорошо пропитанным фитилём бутылки с горючей смесью. Огонь гаснет, но тление остаётся и при извлечении из сумки, получая доступ к воздуху, горячая тлеющая тряпка вновь вспыхивает! Так же вспыхнул и сюрко моей брони, поэтому накидка осталась в инвентаре до лучших времён. Надеюсь, дома мне удастся спасти эту дерюгу.

«Мало тебе!» — подошла немного ближе девушка. Но потом смилостивилась и поинтересовалась: — «Сильно обгорел?»

«Лицо, руки. Под броню не затекло — и ладно».

«Консерва!»

«Зато живой. Классный бросок был! Ловкость больше двадцатки?».

«Да. Нашёл комнату босса?».

«Нет, там в лаборатории есть подставка под квестовый предмет. Поставишь его и откроется проход на нижние уровни. У меня там были тесные коридоры с неожиданными ответвлениями и очень жирными врагами. Только бронёй и спасался». — поделился я своим опытом.

«А у меня брони нет совсем». — покивала девушка, потыкав пальцем в сбрую, облегающую чёрную водолазку под плпщём. — «Но я шустрая. Сам видел».

«Видел. Но тебе нужно будет место для манёвра, а некоторые твари умеют ограничивать в выборе позиции. У меня был кентавр, который сам носился по полю боя, будто ему клизму из скипидара сделали, так мало того, ещё и делал кислотные лужи. — в который раз подивился, вспоминая как вообще умудрился справиться с той тварью. — Я доведу до комнаты босса, но боюсь, это в конечном итоге сыграет с тобой злую шутку».

«Ты про то, что с боссом я останусь один на один?»

«Да, и не наберёшься правильных рефлексов до встречи с ним».

«Поэтому нам надо потренироваться?»

«Да чот теперь сомневаюсь!» — сделал вид, что отстраняюсь от и так далеко стоящей девушки. — «Но вот с рапирой тебе бы попрактиковаться не мешало».

«Проклятый, я вообще-то как-то без тебя выживала». — скрестила руки на груди девушка. Маска котика склонилась набок. — «Почему ты меня всему учишь и опекаешь».

Потому что тебе, кошечка, действительно идёт впрок то, что я говорю! Но хвалить человека в глаза — только портить. И вообще у меня на этот счёт ответ давно готов.

«Не хочу, чтобы на моих глазах случился ещё один кореец».

Поёжился от кей-поп флешбеков.

«Ты о чём?»

Поведал девушке о своём первом условно удачном ПВП. Я тогда и без того пребывал в эмоциональном раздрае из-за того, что очень не хотел убивать таких же игроков, как я, но Игра насильно заставила меня совершить вторжение. Я наблюдал за парнишкой какое-то время, а потом, когда вспомнил про то, что могу применить на нём «Камень Изгнания», побежал догонять несчастного. И догнал в тот момент, когда ему прямо на моих глазах снесли голову.

«До сих пор его паспорт в крепости храню. Но то фигня! Потом оказалось, что он пел в бойс-бэнде и моя девушка по нему фанатела».

Упс. Кажется, я сболтнул лишнего. Глаза под маской удивлённо блеснули.

«У тебя есть девушка⁈»

«Ты говорил, что в Игру попадают только те, кого ничто не держит в этом мире! А сейчас заявляешь, что у тебя есть девушка!»

Вся поза лучницы в маске котика выражала недоумение пополам с возмущением и чем-то менее определяемым, но не менее экспрессивным.

«Да, мы с ФСБ-шниками на полном серьёзе так считаем, в игру попадают те, о ком в этой жизни никто не заплачет.» — подтвердил я, глядя на подошедшую девушку снизу вверх, потому что всё ещё сидел на крыльце её особняка. — «И в моих словах нет противоречия. Девушки появились после того, как я попал в Игру и стал сильнее, как следует прокачавшись. Где-то на тридцатых-сороковых уровнях, когда Игра уже стала серьёзно влиять на реальную жизнь».