На одевание я потратил времени едва ли не больше чем когда ходил в детский садик. Зато со шнурками справился не в пример лучше. Собравшись, наконец, сделал то, что давно хотел – прошёл на кухню и включив кран с холодной водой выпил сразу два стакана. И словно Илья Муромец, которому волхвы чарку поднесли, почувствовал, как силы возвращаются вновь. По хорошему ещё бы в желудок чего закидать, но на это уже не было ни времени, ни аппетита.
Из подъезда я вышел совсем другим человеком, если сравнивать с тем полуживым мертвецом каким являлся всего каких-то сорок минут назад. Честно, сам был удивлён той скоростью, с которой восстанавливался организм после отравления смертельным для меня ядом. Чем это было вызвано, я не знал и пока особо не вникал в эту тему. Куда важнее сейчас было уйти, как можно дальше от этого района.
Сперва была мысль заныкаться в какой-нибудь крысиный угол и сидеть там, как мышь в норе, боясь высунуться наружу и лакать водку, чтобы заглушить страх. Наверняка ещё вчера я бы так и поступил. А, что вы хотели от обычного сторожа, которого даже охранником можно назвать лишь с большой натяжкой?! Но это вчера. Сегодня всё было по-другому.
Теперь я знал, что нужно остановить клонов пока они не добрались до Карского и не завладели ключами от проекта. Иначе всем будет хана.
Нет, к сожалению, я так ничего конкретного не вспомнил, кроме тех небольших отрывков всплывших в памяти во время допроса, однако и этого было достаточно чтобы понять – я и есть тот самый загадочный куратор, на которого объявлена самая настоящая охота. И да, я не человек. Пришелец с другой планеты. Как впрочем, и те парни, которые меня похитили.
А самое главное я теперь знал, что клоны собрались поработить Землю и единственное, что им реально могло помешать это сделать, был созданный моими земляками проект «Цитадель» ключи от которого хранились у меня и которые я по незнанию отдал Олегу Владимировичу в знак благодарности за спасённую жизнь.
Вот, пожалуй, и всё, что я смог вспомнить. И лучше бы не вспоминал. Теперь спокойной жизни мне не видать. По крайней мере, до тех пор, пока не верну ключи и не остановлю вторжение тэрингов. Задачка, твою мать, уровня «миссия не выполнима». Вот только деваться мне некуда. Проблему решать всё равно придётся. И начинать нужно с доктора.
Где жил Карский мне, к сожалению, было неизвестно. Зато я отлично знал его место работы. Туда и пойдём. Осталось только выяснить нужное направление. Район, в который меня занесло, был мне совершенно не знаком. Не страшно. Язык, как говорится, до Киева доведёт.
Старушка, в зелёном драповом пальто, первой попавшаяся на моём пути довольно странно отреагировала на такой обычный вопрос. Смерив меня осуждающе-жалостливым взглядом, заценив перепачканную в грязи одежду и осунувшееся небритое лицо со впалыми воспалёнными глазами, она довольно подробно объяснила, как пройти до больницы, напоследок добавив:
– Иди с Богом, сынок. Там тебе помогут.
– Спасибо, – искренне поблагодарил я пожилую женщину. В наше время запросто можно услышать «Иди, проспись. Пьянь подзаборная». А тут не пожалела добрых слов. Светлый человек.
Срезав домами пару улиц и стараясь не отсвечивать на оживлённых перекрёстках, я вышел к больнице с заднего двора, там, где возле железного забора, незамысловато сваренного из витых металлических прутьев, была высажена широкая полоса кустов сирени. Сделано это было давно, наверняка ещё во времена постройки медучреждения. С тех пор на кусты и занятую ими территорию конкретно забили, отчего они успели разрастись до размеров лесополосы с обязательным для таких укромных мест разбросанными пустыми бутылками, шприцами, прочим мусором и стойким запахом мочи. Не говоря уже про другие возможные сюрпризы, прячущиеся под талым снегом.
Однако меня это не остановило. Не рискнув показываться у главного входа, я продрался сквозь ветки и не без труда перелез через забор. Дальше короткая пробежка к запасному выходу, который использовался в основном для всяких разных технических нужд и закрывался на замок только ночью.
Так и есть, дверь и в этот раз была открыта.
Зашёл и тут же лоб в лоб столкнулся с двумя интернами, беззаботно дымящими в тамбуре. Я оказался для них не меньшей неожиданностью, чем они для меня. И пока парни соображали, как им реагировать на моё появление я решил перехватить инициативу:
– Курим, значит? На территории больницы?! А запрет главврача вам уже не указ?
Эх и строгий я аж жуть. С кем другим этот финт возможно и не сработал бы, но эти молодые, наивные…
– Извините.
– Больше не повторится.
Будущие врачи, целители души и тела сразу стушевались. Побросали окурки за дверь и явно навострили лыжи побыстрее смотаться от вредного охранника.
– Не так быстро, – придержал я одного за рукав. – Карского сегодня видели? Найти не могу.
– Так он в отпуске уже вторую неделю, – просветил меня интерн.
– Понятно, – вздохнул я и, перехватив его подозрительный взгляд, добавил: – Сам сегодня первый день после отгулов.
Больше парней задерживать не стал. Ну его к лешему и так уже косятся. Сейчас смекнут, что охранник больше на бомжа похож, нежели на сотрудника службы безопасности и вызовут настоящего секьюрити.
Теперь осталось решить хорошо это или плохо, что Олега Владимировича не оказалось на работе?! С одной стороны, безусловно, несомненный плюс – есть слабая надежда, что клоны не успели добраться до доктора. С другой – я сам теперь не знал его искать.
– И что мы здесь делаем? – раздался со спины уверенный мужской голос, грубо прервав мои размышления.
Я испуганно вздрогнул и обернулся. Так и есть – охранник. Сдали-таки интерны подозрительного дядьку.
– Иваныч, здорово, – как ни в чём не бывало, я протянул руку мужчине. За те несколько месяцев, что я провалялся в больнице, успел познакомиться со многими из персонала.
– Бесфамильный ты что ли? – удивился охранник, но руку пожал. – А ты чего здесь?
И что прикажите сказать на это? Запастись достойной легендой я как-то не удосужился, пришлось импровизировать на ходу, мешая ложь и правду почти в равных пропорциях.
– Карского ищу. Сказали в отпуске.
– Есть такое дело, – подтвердил слова интернов Иваныч. – Зачем он тебе? Тебя вроде выписали. А если нет, так по направлению через приёмную быстрее будет.
Всё-то у него логично и правильно.
– Нет у меня направления, – опять сказал правду. Если дело так и дальше пойдёт в святые запишут. – Доктор сказал, будут проблемы со здоровьем обращаться напрямую к нему. Даже домашний адрес оставил.
А вот тут уже соврал. Значит, нимб мне не светит. Обидно, но по-другому никак.
– Недели две назад опять проблемы с памятью начались. Таблетки стал пить, которые мне Олег Владимирович прописал на этот случай. Только результат нулевой. Вот я и решил к нему обратиться, – я закусил удила и врал уже напропалую. Охранник сочувствующе кивал, принимая всю эту ахинею за чистую монету. – Слушай, Иваныч, а ты можешь сказать, где он живёт? Понимаешь, листок с адресом потерял. Куда положил, не знаю. Третий день найти не могу.
– Бывает, – Иваныч понимающе кивнул, однако помощи от него оказалось не много. – Только мне его адрес, откуда знать? Я что, паспортный стол? Ты лучше в отделе кадров спроси.
Дельный совет. Сам бы ни в жизнь не догадался. Сарказм, конечно, но умные мысли я и сам озвучивать могу. Вопрос – как их реализовать?!
– Даже слушать не станут, – я изобразил кривую ухмылку. – Опять же Олега Владимировича подставлять не хочу. Я к нему частным порядком обращаюсь, за отдельное вознаграждение. Потому и через главный вход не пошёл. Чтобы не светиться.
Иваныч вроде как лицом посветлел, успокоился. Он то, поди, всю голову себе сломал в разного рода подозрениях и догадках. Мои слова расставили всё по своим местам. Отчего сразу стал ближе к народу:
– Точно не скажу, но он где-то на Заводской обитает. Рядом с ночным караоке-баром. Жаловался мне как-то в шутку, что только на работе в дежурство выспаться удаётся.
