Однако, это было настолько не проблемой, что даже смешно, ибо на то время, на которое будут ссылаться «доброжелатели», наружкой уже записано столько материала, что хоть детектив снимай, хоть драму, хоть фэнтези-сериал, кадров хватит на всё. Кроме того, что мне собираются предъявить. Единственное что для Эли и Мары очередная нервотрёпка с очередным навешиванием ярлыков. Чего можно было избежать, вернув девушек на прошлое место жительства, но тут уже я закусил удела. Потому что в кои-то веки у меня всё в личной жизни хорошо и это самое «хорошо» от меня увезут по жалобе каких-то старых пуританских перечниц, которым завтра переезжать на ближайшее кладбище!
Но с другой стороны, стоит девочкам примелькаться, так сразу пойдут вопросы из разряда: а кто вы такие, девочки? Кем вы нашему соседу приходитесь? По какому праву у него проживаете? И что, сразу вдвоём? И что им на это отвечать? Что зависть — плохое чувство? Не, так-то понятно, что слать их всех надо с такими вопросами, но я-то пошлю. И люди пойдут. И Эля с Марой пошлют, но что они при этом будут чувствоватьи вспоминать? Оно мне надо? Опять же, если дойдёт до заявления на выселение? Судиться с ними я действительно буду и скорее всего выиграю дело. Хотя бы потому что у меня в квартире чисто и нет сотни пушистых домашних животин, но опять же время и нервы. А ещё есть не иллюзорный шанс пролюбить заседание в каком-нибудь особо забористом Данже. Или сдохнуть, не дожив до суда.
Поэтому я, после некоторых размышлений и обсуждений с Марьяновым, предложил квартиру в аренду конторе по договору. А что? Элитная новостройка, четыре комнаты, санузел раздельный. Полюбому удовлетворяет минимальным требованиям высоких московских начальств!
Обидно? Ещё как! Типичная ситуация «Свою жену отдай дяде, а сам иди к…» Но увы, нервы дороже. Ещё душу грела подленькая мысль о том, что когда меня придут выселять с управдомом или приставами (вряд ли новый участковый поведётся на жалобы ещё раз, но если поведётся — значит судьба), то дверь им откроет не сирота без опоры и свидетелей, а полноценная госмашина. Да и идея частного дома где-нибудь на окраине понравилась не только Маре. Так что оставшаяся неделя до следующего данжа прошла максимально нескучно.
Аренду оформили чисто символическую, с договором разобрались в течение дня, а уже вечером рассматривали разные варианты долгосрочной аренды частного жилья. На восточной окраине не понравилось, хотя там до конторы можно было минут за пять пешком дойти, но там рядом была промзона, а с ней и шум и гам и качество воды соответствующее. Так что хоть Марьянов и голосовал за тот вариант, но жить там явно не собирался и руководствовался именно что удобством логистики. Котедж в Осинках был всесторонне неплох, но тут на дыбы встала Эля. Просто, потому что он был на соседней улице от её собственного дома, а близость родителей — это конечно хорошо… Но не в случае, когда годами сидел в вынужденной изоляции, а теперь получил шанс обрести новый полноценный самостоятельный опыт! Что интересного, против переезда в столицу, который никто всерьёз не рассматривал, первым выступил сам сотрудник ФСБ. Потому что, то самое плечо управления, которое растягивалось на тысячи километров, в Москве превращалось в нечто совершенно противоположное. И из куратора проекта новоиспеченный полковник превращался в такого же подчинённого, как я, что устраняло из командной иерархии разумное, зарекомендовавшее себя, а главное, лояльное звено. Потому что с полковником одновременно на хер пойдут и все привлечённые им специалисты, и наработки, и выводы. Со всеми вытекающими из этого последствиями.
Мы на это покивали, приняли во внимание ценное замечание и принялись листать варианты дальше. Наконец, продравшись ещё через десяток вариантов взгляд упал на двухэтажный аккуратный кирпичный домик с пристроенным гаражом, большой территорией, огороженной высоким забором и бассейном на заднем дворе. Аренда, понятное дело что кусалась, но у меня и до Игры на этот счёт было что ответить, так что, посмотрев все фотки моей американской мечты на сайте, мы связались с риэлтерской конторой и выдвинулись смотреть всю эту красоту вживую.
Вживую было почти так же хорошо, как и на картинке. В любом случае мы все трое влюбились в этот дом с первого взгляда, так что экскурсия и оформление бумаг много времени не заняло. Главный аргумент, а именно сто метров до ближайшего соседа до меня, выполнял любой из предложенных ранее вариантов. Опять же соседние дома были не менее презентабельны, а сам район был огорожен от основного города и имел собственную охрану с КПП, системой пропусков и видеонаблюдением за улицами. Пожалуй, процесс переезда лишь немного усложняла спешка, потому что первое Сентября, будь оно не ладно и приближающийся еженедельный поход в Угасающие Миры, что давно подогнали мою жизнь под конкретное расписание.
На новоселье собралось столько народу, сколько я с похорон не видел. Впрочем, и люди для меня это все были в основном новые. Семья Шварц, родители Эльзы. Наконец-то узнал фамилию Марины. Оказывается, она Рокотова. Это мне сообщил Кирилл Петрович, привёзший с вокзала её мать Лейсан. Увидев её, я сразу понял от кого у моей девушки восточные черты, пусть и не очень выраженные. Женщина была в курсе сложившейся ситуации с её дочерью, она примчалась, как только Кирилл Петрович разрешил ей, убедившись, что железные дороги безопасны. Разумеется, пришлось присутствовать и самому Марьянову, на его хрупкие широкие плечи легла тяжкая доля объяснения того факта, что дочь Лейсан Хамидовны стала участницей правительственной спецоперации, на что майор ФСБ и капитан ОМОНа убили целый час времени, забрав мать и дочь с общего застолья на целый час. Ещё я пригласил психолога и техников, отвечающих за наблюдением за вратами. Но те не приехали. Получил приглашение и Лёха. Он даже прочитал сообщение, но увы, парнь отморозился тем, что сегодня заступил на сутки в отделение. Так что поздравит меня лично как-нибудь в другой раз.
Удивительно, но в этот раз общество взрослых и состоявшихся людей меня, законченного социофоба, напрягало не так чтобы сильно. За столом велись разговоры о будущем. Артём Филиппович вовсю напирал на то, что на меня возлагаются огромные надежды, Кирилл Петрович в случайные моменты времени напоминал об осторожности и подготовке. Женщины, чтобы хорошо кушал и достаточно спал. Ну и между делом обсуждали обстановку в городе и стране. Всем было интересно, когда закончатся ограничения на перемещение между городами и снизится бдительность со стороны полиции. Как я понял, конца и края этому пока видно не было, так что Кирилл Петрович с женой скоро вновь вернутся в Екатеринбург. Собственно, она приехала убедиться, что с дочерью всё хорошо и забрать назад всех, кого сможет.
Ну а в целом, посидели хорошо. Мирно, продуктивно. Узнал, что алкоголь даёт «Силу», но минусует «Ловкость» и «Адаптивность» в зависимости от степени опьянения. Понаблюдал людей в неформальной обстановке в естественной среде обитания. Подарил ещё три фигурки из коллекции и провёл ознакомительную экскурсию дома. На том и разошлись. Дальше было первое сентября. Линейка. Встреча с одногруппниками. Минута молчания по убитым весной членам школы САМБО и…
— С возвращением, Странник. Я рада, что и дома ты обзавёлся собственной крепостью… — встретила меня своим неизменным поклоном Лия Вен Дар Тир Аман.
На этот раз для очередной мутации мира одного «Великого Осколка Солнца», что я забрал с босса-вертолёта оказалось недостаточно, о чём мне и сообщила госпожа Тир Аман. И это было, в принципе, логично, хотя бы по отношении к Воле, которой требуется для каждого уровня всё больше. Дальше больше. Лия «отметила» на Небесном Атласе миры в которых может оказаться недостающий для повышения грейда хаба расходник. Но может так быть, что его там не окажется! Даже у босса. А секретку я могу легко пройти мимо, потому что сюрприз: найти секретную комнату на, пусть даже относительно небольшой улице — это задача с двумя звёздочками. Потому что нет записок, они истлели. Нет знания языка, потому что с местными я общаюсь только посредством игровой механики и, соответственно, нет геймплейных элементов, подсвечивающих интерактивные объекты. И вообще у нас «слешер», а не «поинт энд клик».
