– И помнит, как держать в руке меч и сражаться, – подсказал Гаэлас. – Но прежде, чем вручить ему оружие, убедись, что он подчиняется тебе.
Предупреждение эльфа пришлось как нельзя кстати, потому что обрадованная успехом Лиза уже готова была испробовать нового подопечного в драке на мечах со скелетом. Пришлось проявить терпение и весь день посвятить простым командам, большинство из которых искатель исполнял без промедления.
К вечеру Лиза уже так привыкла к мертвецу, что перестала задумываться о том, как он оказался в поместье. Между тем на нём всё ещё была форма искателя Ордена. И когда Лиза привела нового стража поместья к костру, который складывали Первый рыцарь и Келлард, мужчины встретили юную некромантку негодующими взглядами.
– Какая дрянь, – сплюнул Талемар, отворачиваясь.
– Не испытывай моё терпение, – сверкнул глазами призыватель.
– В каком смысле? – невинно спросила Лиза.
– Переодень своего приятеля! Или я брошу его в костёр! – сердито зарычал Келлард.
– И не подумаю, мне нравится, как он выглядит! – фыркнула девушка.
– Можешь взять его в свою постель, раз он тебе нравится, но от меня держи его подальше! – рявкнул колдун.
Талемар искренне изумился и даже выронил полено из мощных рук. Серьёзность призывателя подействовала на воина совсем не так, как предполагалось. Он попросту никогда не ожидал шуток от угрюмого колдуна.
– Что? Я думал, это только байки! Лиза, так это правда? У вас в Гильдии развлекаются с мертвецами?
– Я не знаю, об этом лучше спросить магистра. Он старше и намного опытнее меня.
Келлард ухватил Лизу за локоть:
– Будь ты моей ученицей, я бы научил тебя манерам, дерзкая полукровка!
Увидев, что хозяйке грозит опасность, мертвец кинулся на колдуна.
– Нет! Не смей! – скомандовала Лиза, усилив свои слова коротким заклинанием. Искатель послушно замер перед разъярённым лицом Келларда.
– Клянусь, я убью его снова, – отшвырнув труп далеко в кусты ударом магической волны, сказал маг. – А тебя – отшлёпаю! И папочка тебя не спасёт.
– Что здесь за шум? – В круг света от разгорающегося костра вошла Донния, и атмосфера мигом разрядилась.
Лиза видела, как ярость в глазах призывателя стремительно превращается во что-то совсем другое. Келлард не хотел повторения вчерашней ссоры.
– Поспорили с Лизой, – виновато пробурчал он.
– Ты прав, – сказала Лиза, так и не выучившая вежливого обращения к эльфийским магистрам. – Пойду переодену своего приятеля. Надеюсь, ты не поломал ему кости.
– Не надо, – сказал ей вслед Келлард. – Пусть лучше испытывает моё терпение. Приятно видеть, как враг слушается некромантского ребёнка.
Разумеется, Лиза себя ребёнком не считала и каждый раз порывалась объяснить эльфам, что в любой стране людей человек в девятнадцать лет уже считается взрослым, но на этот раз спорить не стала. Она понимала, что её будут называть младшей до тех самых пор, пока у Доннии не родится дочь.
На Ничейные земли наступала зима, каждый новый день оказывался короче предыдущего. У призывателей было много забот как в укрытом снегом поместье, так и на сумрачной Дороге. Лиза часто оставалась с Доннией, пока старшие маги были заняты в междумирье, но несколько раз упрашивала отца взять её с собой. Со стороны Трира долго не было никаких новостей, а случайно встреченные на Дороге маги рассказывали о наступившем повсюду подозрительном затишье. Никто не знал, чем оно обернётся и когда закончится, но все неосознанно ждали весны в надежде на перемены и новые известия.
***
В самой большой и светлой аудитории Академии Трира впервые за столетия существования этой высшей магической школы собралась разномастная и очень необычная публика, нисколько не напоминающая студентов. Стоял морозный и прозрачно-хрустальный зимний день, но мало кого смущали распахнутые в сторону Вечных гор окна. Собравшихся волновало другое – что птицы не откликнутся на послание графини Агаты, не придут на помощь. Окна были открыты для птиц.
Велиор нервно расхаживал вдоль первого полукруга столов, кутаясь в подбитую мехом мантию. Он думал только о предстоящей операции и возможном освобождении от магического барьера, вот уже несколько месяцев плотно укрывающего Трир. Если удастся ликвидировать искателей, поддерживающих защитную магию, он найдёт способ пробраться на Дорогу мёртвых и разыскать Лизабет. Ни о чём другом он уже давно не мог думать, но Агата долго оставалась непреклонной и повторяла, что действовать ещё рано.
Эльф понимал тайную правительницу города. Восстановить старые связи с соратниками и наладить новые, будучи не живой обворожительной женщиной, а опасным хищником с клыками во рту, было непросто. Одни отказывались из страха перед вампирами, другие – из страха перед полковником Мередит Крайсен. Герцога Лукаса никто не воспринимал всерьёз, но все понимали, что его окружение ненадёжно и, если Высший Совет узнает о заговоре, от Трира не останется и камня на камне. Третьего шанса городу на краю света никто не даст.
– Время пришло, – сказала Агата Флеминг, когда на широкий подоконник аудитории приземлились птичьи оборотни.
Велиор остановился и замер. Затихли все. Вампиры из лесной глуши, вставшие на сторону Агаты. Высшая городская знать, состоящая как из новообращённых вампиров, так и из людей, отказавшихся принимать щедрый дар правительницы. Несколько эльфов и полукровок из числа тех, кому удалось укрыться от солдат Ордена. С десяток бывших преподавателей и служащих Академии, оставшихся в городе. Верные шпионы графини: молчаливый беловолосый эльф, тенью стоящий в нише за шторой и цепко оглядывающий всех присутствующих, и его златоглазая сестра Тесса.
– Нас слишком мало, чтобы вести открытую войну, – проговорила графиня, – но достаточно, чтобы начать действовать в тени. Инквизиторы называют наш город проклятым. Говорят, будто в недрах Трира таится сумрачная бездна, заполненная демонами и тенями. Мы покажем им, что это правда! Мы заставим их поверить в то, что наш город защищает древнее зло, которое им не одолеть. Орден нельзя уничтожить одним взмахом меча или ударом молнии, но можно сделать так, что они будут нести постоянные потери и рано или поздно поймут, что цена захвата Трира оказалась слишком высока. Я заставлю их оплатить кровью тот ущерб, что они нанесли моему городу, Академии и… лично мне!
Агата Флеминг вскинула голову, оглядывая свою небольшую армию. В прежние времена она была бы взволнована, но теперь её голос звучал громко и уверенно. Не последовало ни единого возражения.
Молодой человек из птичьего народа ловко спрыгнул с подоконника, подошёл к графине и учтиво склонил голову, протягивая письмо. Заметив Велиора, он чуть улыбнулся краешками губ: они были знакомы во времена, когда птицы помогали доставлять в другие города письма из Академии.
– Мой король ответил согласием, хотя по-прежнему относится к эльфам с недоверием.
Ещё бы, ведь и по эту сторону Вечных гор стала известна история об эльфийском принце Лорионе, похитившем юную дочь птичьего правителя. К счастью, принцесса вернулась домой живой и здоровой, а вот наследник Фэита впоследствии потерял разум и погиб при загадочных обстоятельствах, что породило, в свою очередь, подозрения эльфов в отношении пернатых соседей. Уж не птицы ли столкнули безумного принца со скалы?.. Правды никто не знал.
– Вас отправили служить мне, здесь, внизу? – удивлённо воскликнула Агата, пробежав глазами послание.
– У нас не принято спорить с решениями старших, – спокойно ответил юноша. – К тому же магистр Тэрон и без того собирался забрать меня в Академию. Так что мои крылья в вашем полном распоряжении.
– И мои тоже. – Рыжеволосая птичья девушка неловко поклонилась графине.
Велиор невольно вспомнил, как они с Лизой передавали письма этой парочке год назад и гадали, кем же приходится темноволосый оборотень магистру Тэрону.
Говорили ещё долго, но Велиор не слушал. Он думал только о том, что будущей ночью они втроём – он, Тесса и её брат – избавят город от нескольких искателей. Барьер падёт, и на его восстановление у Мередит Крайсен уйдёт не одна неделя. Этого времени должно хватить на то, чтобы разыскать Гаэласа и Лизабет.
