Адреналин в крови рассосался, накатила усталость. Я упал на спину прямо на мощёный камень. Вокруг слышалась суета, топот ног. Нервные голоса перекрикивали друг друга.

Пролежал минут пять, может, больше. Несколько раз соратники предлагали помощь. Я просил оставить меня в покое ещё немного.

Пандемия нам больше не грозит, ведь матка устранена.

Улыбка тронула губы на мгновение, затем исчезла.

Много заражённых на первой и второй стадии. Часть из них не выживет, если верить словам Ширайи.

Ближе к вечеру мы закончили разгребать последствия массового заражения. Как оказалось, более двух тысяч Землян спешно покинули город во время битвы с маткой. За ними следили мои разведчики.

Они вернулись грязные, исцарапанные, с листвой в волосах и кровью на сапогах. Говорили не сразу. Просто сидели, прервысто дыша. Вспомнился диалог:

— Наблюдение шло ровно, — шмыгнул первый. — Но в один миг их будто прорвало. В джунглях началось безумие. Люди бежали, не разбирая дороги, ломились сквозь заросли, падали в овраги. Многие орали так, что сердце в пятки уходило.

Второй разведчик перебил, глядя в землю:

— У них под кожей… всё полезло сразу. Одни пытались вырезать это ножом. Другие бились о деревья, пока не переставали шевелиться, — он замолчал на мгновение и добавил уже тише: — Один мужик вцепился в лиану и кричал, чтобы мы его не трогали. Говорил, что если не прекратим приближаться, он всех убьёт. Уровень-то за двухсотый был, и экипировка эпичная. Мы не рискнули.

Больше они ничего не рассказывали.

По итогу транспортировка раненых заняла несколько часов. Палатки наспех развернули где попадётся, брезент хлопал на ветру. Повсюду тянулись стоны, плакали родственники. Запах крови и пота смешивался с солёным морским бризом, создавал тошнотворную смесь.

Я сидел на переносной табуретке в одной из палаток. Мы окрестили её временным штабом.

— Мне нужен отчёт!

Декстер вытер руки о фартук. Кровь въелась в ткань намертво, оставила бурые пятна.

— Из двух тысяч ста семидесяти заражённых выжило тысяча четыреста два человека. Остальные погибли от болевого шока в течение получаса после ликвидации матки. Доктор Агата Кранц… Паразит успел слишком глубоко врасти в позвоночник. Она не выдержала.

Веки сомкнулись сами собой. В памяти всплыл разговор в лазарете. Агата отчаянно просила помочь добраться до Новой Земли, жених ждал её там.

— Проклятье! А комендант?

— В критическом состоянии, но жив.

Декстер протянул список погибших. Я пробежал взглядом по строчкам. Увидел несколько знакомых имён. Бойцы из форта, патрульные, которым кивал на улицах утром. Обычные люди, желавшие просто жить дальше.

— Потери среди наших?

— Потерь нет, капитан. Если не считать тех, кто пропал во время штурма Мадагаскара.

Я молча покинул палатку и направился к причалу. Уселся на краю, свесил ноги вниз. Волны всплёскивали о каменную стену, брызги долетали до сабатонов, оставляли влажные пятна на металле.

Семьсот шестьдесят восемь человек мертвы. Число застряло в голове, повторялось снова и снова.

Вдруг Такеши появился рядом. Хромал, но шёл сам. Бинты покрывали почти всё тело, местами проступали красноватые пятна. Он опустился на камень со стоном, который вырвался против воли.

— М-м-м…

— Скоро экспедиция в Штир, и твои навыки очень пригодятся. Лучше бы восстанавливался в госпитале!

— У-у!

— Нет, ну что за упрямец! У мужчин все болячки заживают сами собой, да?

— Ы-ы, ы-ы, — он устало улыбнулся, слегка приподнимая подбородок на каждый протяжный звук.

Слава повышена до 488 пунктов (+10).

Я уставился на строчку, не сразу понимая смысл. Открыл лог сообщения для сверки. Теперь понял — и скривился.

Десять пунктов за что? За то, что не успел спасти всех? За тысячу раненых в порту? За то, что сегодня пришлось стрелять в своих? Неужели за мясорубку?

Закрыл лог резким движением. Система явно была не в себе.

Двенадцать пунктов до титула Лироса, но почему-то от этой мысли стало не легче.

Мы смотрели на заходящий Соларис. Ветерок трепал волосы, приносил запах океана и водорослей.

Мысли метались хаотично, не давали покоя. Перед глазами возникали лица Светланы, Агаты, Карла и Вэя. И это лишь те, кого я знал лично. Неприятно осознавать, что к остальным Землянам просто не успел проникнуться чувствами, но теперь их нет. Цифры с потерями возвращались снова и снова, вгоняли в тоску.

Молчание прервала почтовая чайка. Приземлилась рядом со мной, издала резкий клич. Умная птица. Смотрела прямо в глаза, ждала, пока сниму записку с лапки. Я достал из рюкзака хлебный мякиш, протянул ей. Взял за привычку носить корм для птиц на такие случаи.

Послание развернулось с тихим шорохом.

Отлично, Макс. Иного исхода я и не предполагал. Отчёт у меня на столе, потери учтены. Вы не позволили ситуации перерасти в катастрофу. Роль Миротворцев в укреплении фракции неоценима. Примите мою личную признательность.

Что касается новостей… С сегодняшнего дня с ближайшими к нашим границам старожилами, то есть кокозаврами, установлен торговый союз и подписан пакт о ненападении сроком на десять зодов.

Держите порох сухим.

С уважением, А. Холодов.

P. S. Завтра в 09:00 — совещание в форте на Новой Земле. Присутствие вашего представителя обязательно.

Очередной союз, теперь уже с могущественной расой старожилов, а не с новоприбывшими. Плечи расправились сами собой, напряжение в груди ослабло. Приятная новость под конец изнурительного дня.

Значит, вот откуда появилось десять пунктов славы. Награда от Холодова за выполненную миссию.

Я передал записку Такеши. Он сузил глаза, пробежал взглядом по строчкам. Удовлетворённо кивнул, скомкал послание и отправил в воду. После привычно достал глиф последнего шанса и крепко сжал, потом ещё раз, и ещё. Перед его глазами пробегали строки текста, на которые он тяжело вздыхал.

Бумага закружилась на волнах, начала размокать, поплыла дальше от причала. Глядя на неё, я вспомнил о Драксусе. Почему демон не помог мне сегодня? Он ведь всегда приходил по первому зову в порыве полакомиться свежей кровью.

Веки с трудом разлепились. Утренний свет ударил в лицо, мысли хлынули густым потоком. Тело отдохнуло: мышцы налились приятной лёгкостью, голова прояснилась. Разум работал резво, цеплялся за разные идеи. Радоваться бы такому пробуждению, вот только каждая мысль давила грузом нерешённых дел.

Сложные ситуации росли, как мухоморы после дождя. Ну почему нельзя просто жить? Растить детей, смеяться над шутками друзей, наблюдать за их успехами. Парадигма не оставляла передышки.

Затишье в Архипелаге обманчиво. Когда жизнь входит в спокойное русло, жди шторма. И без того каждые сорок дней твари покидают логова и мчатся к гибели, прихватывая с собой сотни Землян. Маховик круговорота душ крутится безостановочно. А между волнами монстров сыплются иные проблемы, одна хуже другой.

Дедушка обещал золотое время для фракции, когда четыре обрывка ткани мироздания окажутся в моих руках и я стану арбитром. Может, тогда и получится наладить безопасность. Наивность, конечно. Но в такой ситуации за добрую мысль цепляешься, как за спасательный круг, иначе свихнуться можно.

Бедовый демон втянул меня в очередную передрягу. Сперва выковыривал душу из тела, пытаясь занять место. Потом началась возня с его возлюбленной Мортой. Теперь пропал.

Эх, совсем я разворчался. Старею, что ли?

Пора браться за дела.

Встал, потянулся, подошёл к окну, взглянул на небо.

Снизу доносился смех сына. Они, судя по всему, завтракали.

Вспомнил, как вчера из любопытства подключился к фантому на острове Вечной Ночи. Увиденное заставило меня поморщиться. На каменном троне Драксуса развалился чужак. Огромное мускулистое тело, перепончатые крылья, культяпки недоразвитых конечностей торчали отовсюду. Из груди, головы, ног. Даже из рук. Шестнадцать штук насчитал, все шевелились, хватали невидимое мне пространство. Мерзость редкая.