Не стал тогда переноситься для разборок, уставший был, да и кровь свободную всю истратил. Существо пятитысячного уровня может растерзать меня быстрее, чем успею моргнуть. Но встреча неизбежна. Наверняка именно этот демон деактивировал Драксуса. Тому оставалось пару сделок до нужной ступени, после чего он рванул бы искать Морту на другом острове. Вместо этого снова влип в историю, разгребать которую придётся мне.
Я покинул дом, а затем огороженный микрорайон, направился к лавке с фруктами. Воздух пах перезрелыми манго и пылью от дороги. Продавец, смуглый мужик с морщинистым лицом, отжал сок в мою флягу и получил пригоршню осколков в благодарность.
На фракционное совещание сегодня отправится Эстебан. Пусть слушает нудные отчёты вместо меня.
ЩЁЛК!
Остров Вечной Ночи встретил жаром и наградил слабостью в теле.
Приготовил спасительную комбинацию пальцев на всякий случай. Вопрос бросил с ходу, без церемоний:
— Где Драксус?
Демон лениво закинул ногу на ногу, подпер кулаком подбородок. Каменный трон под ним заскрипел от смещения веса.
— Ну надо же, хромоногий червь не врал. Редкость по нынешним временам. Смертному и вправду подвластно посещать нашу тюрьму.
— Ты кто вообще такой?
— Ах, где же мои манеры, — ухмыльнулся он.
Губы растянулись до ушей, обнажая крючковатые зубы. Демон поднялся с трона, разворачиваясь во весь рост. Пять метров лютого кошмара: тёмно-зелёная кожа, испещрённая шрамами, бугры мышц под ней перекатывались при каждом движении. Крылья за спиной сложены аккуратно, перепонки между костяными перемычками шелестели на ветру.
Он согнулся в театральном поклоне, размашисто взмахнув рукой. Многочисленные отростки, торчащие из груди, живота, бёдер, повторили жест синхронно. Зрелище вышло гротескное.
— Я — Мерзахт, смерть во плоти, предвестник забвения, пожиратель сердец богов-самозванцев, сводящий с ума суккуб, сын самой Бездны, главнокомандующий армией демонов, правая рука владыки Абиссара и… самый скромный злыдень на острове Вечной Ночи!
Моё лицо непроизвольно скривилось. Фальшь раздражала. Слишком нарочито, слишком громко. Будто он пытается убедить не меня, а самого себя. Вспомнилось, как Драксус раньше хорохорился, будучи жалким сборщиком. Та же интонация: «Я всё ещё важен, правда же?»
— Эм-м, а я — Макс.
— Будем знакомы.
Он протянул руку. Не основную, а кривую палку с тремя скрученными пальцами, выпиравшую из живота чуть выше пупка. Я пожал эту куриную ножку и почувствовал судорожные движения пальцев. Конечность дёрнулась, где-то снизу послышалось тихое хихиканье. Другие культяпки по телу демона недовольно зашевелились в ответ.
Потом придётся помыть латную перчатку с мылом. Или лучше сожгу в печи к диабло собачьему!
— И где Драксус? — повторил вопрос.
— В цитадели. Абиссар ждёт тебя для разговора. Владыка не обладает излишним терпением, потому лучше нам поторопиться!
Драксус… чёртов идиот! Сколько времени и ресурсов ушло на взятие очередной ступени. А он на финишной прямой умудрился угодить в плен архидемона. Превосходно.
— Куда идти?
Мерзахт рассмеялся. Звук вышел низкий, рокочущий.
— Идти? Хе-хе, ты, наверное, шутишь, смертный? В цитадель можно пробраться исключительно по воздуху! Если, конечно, ты не умеешь плавать в ядовитых рвах и взбираться по отвесным скалам высокой горы. Подойди ближе, я лично тебя доставлю.
— Спасибо, но нет! Как-нибудь в другой…
Крылья расправились с резким хлопком. Воздух ударил в лицо горячей волной. Даже не успел сообразить, как он оказался у меня за спиной. Десяток отростков обхватил со всех сторон, сжал в тиски. Мы взмыли вверх ракетой.
Перегрузка ударила в голову, зрение потемнело. Желудок остался где-то внизу, у трона. Ветер выл в ушах, хлестал по лицу холодными плетьми. Когда глаза снова начали видеть, подо мной расстилались депрессивные пейзажи острова. Антрацитовые скалы, редкие костры в расщелинах, чёрное небо с огроменной алой Вортаной.
Напротив лица трепыхалась недоразвитая конечность. В центре её ладони шевелились губы, между ними проглядывали треугольные зубы. Культяпка что-то говорила, рот размыкался и смыкался, но шум ветра заглушал звуки.
— К уху моему поднеси эту… штуковину! Не слышу же ни фига! — заорал я, сложив ладони рупором.
Отросток исчез из поля зрения. Он прикоснулся к барбюту слева, послышалось мерзкое причмокивание. Что-то тёплое брызнуло на шею.
Фуэ! Ангел тебя подери!
— Абиссар наказал мне обращаться с тобой почтительно, смертный. Проведу тебе небольшую экскурсию, слушай внимательно! — тонкий сиплый голос прозвучал прямо возле уха, отчего перепонка зачесалась.
— Ладно, блин. А сколько нам лететь?
— Недолго, — ответило оно, и мы камнем понеслись вниз.
Земля шла навстречу. В последний момент крылья раскрылись, рывок едва не вывернул мне плечи. Мы продолжили полёт вдоль холма, который резко оборвался пропастью. Внизу расстилались обширные территории, изрезанные трещинами и оврагами.
— Впереди буйная гора, — начал он экскурсию.
Взгляд выхватил широкий приземистый кряж высотой в полкилометра. Ничего примечательного, обычная каменная громада. Кубохтон упоминал про неё когда-то, вспомнилось вдруг.
— Если не ошибаюсь, в её чреве живут глисты сто пятидесятого уровня? А почему она буйная?
— Откуда столь глубокие познания? — в голосе прозвучало удивление. — Сборщики вексами напролёт добывают кровь из стен её чрева. Несправедливо, скажешь ты? Вот и гора так же считает, потому и буянит. Когда терпение лопается, она движется в сторону наших городов и стирает их в пыль! Здесь раньше находился Экзистум, а теперь лишь руины.
Я попытался разглядеть получше. За горой тянулась глубокая борозда, уходящая за горизонт. Сперва принял её за каньон.
Присмотрелся внимательнее и различил едва заметные фундаменты у подножья горы. Обломки стен торчали из земли, покрытые пылью и гарью.
— Вы, демоны, очень странные и… саморазрушительные существа. Знаете, что ваши города уничтожит гора, и всё равно мучаете её, кровь сосёте!
— Ты, смертный, умеешь делать приятные комплименты. Да… мы такие в большинстве своём. Но летим дальше, самое интересное впереди!
Мерзахт резко развернул вправо, крылья замахали усерднее. Скорость выросла заметно. Воздух засвистел в ушах громче, глаза слезились от встречного потока. Минут через десять я заметил движение вдалеке. Пара существ летела следом, едва поспевали.
— Нас преследуют?
— Нет. У демонов, если ты не знал, обоняние развито куда тоньше, чем у всех остальных существ. Я лечу и тяну за собой шлейф запаха на несколько километров. Для любого уважающего себя демона честь учуять меня, Мерзахта, смерть во плоти, предвестника забвения…
— И самого скромного злыдня, — перебил я его. Слушать весь список титулов заново не хотелось.
Мерзахт фыркнул, отростки напряглись, сжимая меня чуть сильнее.
Предстоящие разговоры и знакомство с демоническим бытием обещали головную боль. Денёк точно выдастся оригинальным.
— Посмотри в ту сторону, — пробулькал он и указал влево культёй, торчащей изо лба. — Мы приближаемся к башне двадцать девятого часа.
Сооружение лишь отдалённо напоминало нашу башню арканы. Примерно совпадало по высоте и ширине, но выглядело иначе. Готичный дизайн, чёрный камень, острые длинные зубцы на крыше смотрели в небо.
— Но ведь в вексе двадцать восемь часов. Хромает логика!
— Отнюдь. Единственное место в Архипелаге, где время идёт рывками, ломает рассудок. Туда мы заключаем всех провинившихся, обрекаем на бесконечные страдания!
Голос звучал с нескрываемым удовольствием. Откуда-то сверху донеслось чавканье, я вновь ощутил, как что-то капает на шлем.
— Драксус тоже чалился в башне двадцать девятого часа после низвержения?
— Нет. Абиссар лично вырвал ему крылья с руками, а ноги переломал. Так и отправил ползать по зловонным копям в поисках залежей металлов. Тогда к нему прилипло прозвище «Хромоногий червь». Знатная потеха получилась!
