А вот пушки Каладона, при всей их убойности, разнесут только низших, да и то не всех.

Впереди показался преобразованный Безликий. Еще один. Один на этом этаже дежурил у входа, второй, видимо, у выхода. Дзимвел без лишних слов перенес плазмомет на грудь и выпустил короткую очередь.

Лестница наверх. Дзимвел поднялся уже на девятый этаж, следующим будет десятый. В Башне Боли их четыреста одиннадцать, и каждый в четырех экземплярах, но если все время двигаться вверх, рано или поздно он кого-нибудь встретит. Им нужно воссоединиться, и поскорее.

Тьянгерии сообщили о их приходе, и совершенно очевидно — кто. Дзимвел думал о такой возможности, но посчитал ее маловероятной — и, увы, ошибся. Проверить, к сожалению, было невозможно.

У Дзимвела был запасной план на случай, если Тьянгерия заблокирует им Ме. Был и план на случай, если она раскидает их по Башне Боли. Но она сделала сразу же то и другое, и это сильно все усложнило.

Дзимвел приберег кое-что и на этот случай, но этот вариант самый ненадежный и займет много времени. Вероятно, парочка апостолов теперь погибнет, и им всем еще очень повезет, если всего лишь парочка.

Главное — разыскать тех, которым в планах отведено особое место. Остальные… хорошо, если удастся выручить и их, но если кому-то суждено погибнуть, то пусть хотя бы отвлекут внимание Тьянгерии. Она, в отличие от Дзимвела, не способна размножать сознание.

Они должны преуспеть. Сегодня у фархерримов должен появиться демолорд.

И им обязан стать Дзимвел.

— Крысеныш, — заговорили портреты. — Маленький мерзкий паразит. Думаешь, далеко пройдешь? Ты крыса, а крыса должна бегать в лабиринте.

Дзимвел не удостоил ее ответом. Просто вступил в дверной проем и поднялся по лестнице.

На лестнице тоже были портреты.

На одном из них Тьянгерия в образе девочки с абрикосами зло, жутко улыбнулась, и ее рот превратился в черный провал.

Дзимвел скакнул мимо, как ошпаренный. Картина, а затем стена стала втягиваться в провал, а потом и коридор. Он чувствовал хвостом, как его тянет в черную пустоту. Позади послышался смех — скрипучий и вибрирующий. Словно смеялось большое злое насекомое.

Ноги перешагнули порог этажа, но Дзимвел не сбавил темпа. Правила башни остались в прошлом.

Здесь было мелководье. Неудачно. Ноги передвигать труднее, вода выше колен.

А позади продолжает расширяться черная воронка. Пространство втягивается в дыру, вода течет навстречу, еще сильнее затрудняя бег.

Тьянгерия словно решила свернуть свою башню в точку… а впереди Низшие.

Это точно они. Слуги Таштарагиса… но это значит… Одного или двух Тьянгерия могла просто поймать где-нибудь, но их тут два десятка…

Это значит…

Дзимвел ринулся что есть сил, взметая тучу брызг. Низшие бросились навстречу… все ближе… ближе!..

Дзимвел прыгнул. Оттолкнулся ступнями, расправил крылья и взлетел, словно неуклюжая отяжелевшая утка. Низшие на миг оторопели, а потом увидели, от чего он убегает.

И забыли о Пресвитере. Они бросились ему вдогонку, но даже не глядя на преследуемого. Беспросветно тупые, Низшие все-таки поняли, что это смерть.

Дзимвел приземлился одному на голову и оттолкнулся. Подпрыгнул еще выше и воспарил, в полете открывая огонь из плазмомета. Очередь срезала одного Низшего у лестницы, Дзимвел перепрыгнул через труп и помчался выше.

Он бежал и бежал. Одиннадцатый этаж уже не проваливался. Кажется, Тьянгерия не планировала ради него обрушать башню. Возможно, она уже восстановила предыдущий этаж, но возвращаться и проверять Дзимвел не собирался.

Этот этаж был ночным. Небо скрывалось за тучами, светила полная луна, а на серой равнине не было ничего, кроме ветхой хибары. Вероятно, в ней скрывается какая-нибудь тварь, головоломка или испытание. Там же и двери на другой этаж.

Придется идти.

— О, Дзимвел, — раздалось сзади.

Пресвитер повернулся. Ну вот и первая встреча. Не самая удачная, правда.

Кардаш вышел из другой двери. Возможно, они с Дзимвелом довольно долго шли параллельно, пока, наконец, не выбрали один и тот же этаж.

— Давно хотел тебя встретить, — сказал рослый фархеррим. — Ублюдок. Наконец-то я могу тебя убить.

Дзимвел не удивился, он этого ждал. Признаться, в Башню Боли он взял Кардаша только затем, чтобы тот был под присмотром. Его было слишком опасно оставлять снаружи — как для Дзимвела, так и для Народа.

Втайне он надеялся, что Кардаш все-таки погибнет сам. Или нападет в менее выгодной для него обстановке. Но придется работать с тем, что есть — благо Кардаш первым нарушает клятву.

Пытается нарушить. Кардаш… застрял. Он достал из-за пазухи искривленный золотой жезл и направил на Дзимвела, но…

— ХА… ХА…

Кардаша аж затрясло. Клятва держала его изнутри, стискивала руки и язык. Его хвост бешено стеганул землю, крылья захлопали, а сам он зарычал, преодолевая внутренний запрет.

Долго это не продлится. Любой демон может нарушить клятву, если очень хочет. Другое дело, что при этом внутри него что-то безвозвратно повредится.

А вот над Дзимвелом клятва уже не властна. Кардаш напал… пытается напасть первым — и теперь Дзимвел может делать все, что пожелает.

Пресвитер быстрым, плавным движением вскинул плазмомет и выстрелил по руке с жезлом.

— Ах ты-ы!.. — выдохнул Тавматург, роняя свой артефакт. — Куда бежишь⁈

Дзимвел уже мчался во весь дух. Плазменная очередь, на месте убившая Низшего, лишь опалила шкуру фархеррима. Убить или хотя бы серьезно ранить его этим не выйдет, а драться с ним когтями и зубами Дзимвел не собирался — Кардаш намного крупнее и сильнее, и у него могут быть козыри в рукаве.

Тьянгерия заблокировала им демоническую силу, но он был великим колдуном и мог что-то приберечь.

Он приберег. Кардаш не пустился в погоню. Он просто поднял жезл, указал им на Дзимвела и уже уверенно закричал:

— ХАТ!

Слепящий луч пронзил Пресвитера насквозь.

Кардаш подошел к трупу и довольно оскалился. Одним меньше. Хорошо.

Осталось не больше шести. Возможно, и меньше. Башня Боли — опасное место, а здесь Дзимвел не может возрождаться. Ему хватило ума войти сюда в нескольких экземплярах, но все равно теперь его не больше шести, а с этим Кардаш справится.

Он пнул труп.

— Ненавижу тебя, — доверительно сказал он. — Тварь. Если бы не ты, мне не пришлось бы убивать остальных. Они бы сами выбрали меня главным. Мразь. Гнида. Поганец.

На труп Дзимвела обрушивались все новые удары, а потом еще и струйка мочи.

— Из твоей последней башки я сделаю кубок, — пообещал он. — Сейчас просто некогда возиться.

Тарпа вьерда. Он поторопился. У ублюдка может быть что-то ценное… Кардаш с легкой брезгливостью обшарил труп.

— Сначала обыскать, потом обоссать, — тихо сказал он. — Не наоборот. Когда я уже научусь?

Ничего. У этого не оказалось ничего, кроме громогласного дульника Каладона. В нем Кардаш особого проку не видел, к тому же если его прихватить, другие могут обратить внимание на эту деталь. Кто-то мог запомнить, что этот дульник взял Дзимвел.

По-настоящему Кардашу нужен только один предмет. Стилет из божьего серебра. Он у одного из Дзимвелов… но, похоже, не у этого.

Что ж, шансы были один к шести.

Кардаш осмотрелся. Он двигался быстро, но все-таки осторожно. Башня кишела монстрами, загадками и просто пакостями. Даже сама земля могла провалиться под ногами, что и случилось с Кардашем на втором же этаже.

На первом-то все было легко. Он просто увидел, как убивает отца и сжигает деревню.

Это было неприятно видеть. Сейчас он понимал, что зря так погорячился. Но, в конце концов, отец сам был во всем виноват. Что ему стоило добром отдать амулет? За него и дали-то немного, а у отца он вовсе зря пылился. Но отец заупрямился, и Кардаш убил его.